266 цитат Елены Котовы

Елена Котова — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 266 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Вторник прошел в разборке завалов в офисе, в звонках, совещаниях, в раздраженном выслушивании сотрудников с их проблемами и в ожидании встречи, отчего раздражение на сотрудников только росло. Сон о том, как он лишился банка и обрел свободу, давно забылся, Лида – тем более.

   Вторник прошел в разборке завалов в офисе, в звонках, совещаниях, в раздраженном выслушивании сотрудников с их проблемами и в ожидании встречи, отчего раздражение на сотрудников только росло. Сон о том, как он лишился банка и обрел свободу, давно забылся, Лида – тем более.

   — Кодекс бесчестия · книга
2. «

   Суд присяжных вызывал у него отвращение как институт в целом. Самое нелепое, что могла породить демократия, мутируя из благородной утопической идеи в несуразную, скрипящую машину, неуклюже продвигающуюся по миру. Есть обвинение и есть защита, каждый строит свою картину в состязательном процессе. Дуэль этих изощрённых профессионалов может длиться месяцами, чаще годами, картины становятся всё более многоплановыми, заполняются новыми фигурами. И вот вердикт дуэли этих творцов выносится двенадцатью случайно собранными слесарями, водителями автобусов и домохозяйками. Как можно было допустить такое попрание здравого смысла?!

   Суд присяжных вызывал у него отвращение как институт в целом. Самое нелепое, что могла породить демократия, мутируя из благородной утопической идеи в несуразную, скрипящую машину, неуклюже продвигающуюся по миру. Есть обвинение и есть защита, каждый строит свою картину в состязательном процессе. Дуэль этих изощрённых профессионалов может длиться месяцами, чаще годами, картины становятся всё более многоплановыми, заполняются новыми фигурами. И вот вердикт дуэли этих творцов выносится двенадцатью случайно собранными слесарями, водителями автобусов и домохозяйками. Как можно было допустить такое попрание здравого смысла?!

   — Третье яблоко Ньютона · книга
3. «

   Ощущение, как в самолёте, когда после девятичасового полёта над Атлантикой томительно, бесконечно тянутся последние полтора часа полета: в салоне уже духота, всё вкусное закончилось, на полу валяются ошметки целлофановых пакетов.

   Ощущение, как в самолёте, когда после девятичасового полёта над Атлантикой томительно, бесконечно тянутся последние полтора часа полета: в салоне уже духота, всё вкусное закончилось, на полу валяются ошметки целлофановых пакетов.
4. «

   Мэтью родился на изломе времен, почти столь же эпохальном, как падение Римской или Британской империй, но гораздо меньше расцвеченном историками. Излом почти до основания разрушил прежний западный мир иллюзией всеобщей любви и братства, романтикой преодоления насилия и войн, отрицанием лживой и продажной красоты послевоенной американской культуры кока-колы и Голливуда.

   Мэтью родился на изломе времен, почти столь же эпохальном, как падение Римской или Британской империй, но гораздо меньше расцвеченном историками. Излом почти до основания разрушил прежний западный мир иллюзией всеобщей любви и братства, романтикой преодоления насилия и войн, отрицанием лживой и продажной красоты послевоенной американской культуры кока-колы и Голливуда.

   — Третье яблоко Ньютона · книга
5. «

   Сначала он фотографировал исключительно уродов. Физически дефективных, 201 идиотов, просто некрасивых до омерзения, и поражался, как их много. А потом понял, что их гораздо больше, ведь в урода превратить можно почти каждого. Даже просто каждого, если повезет. Неловкий поворот шеи, раззявленный от смеха рот, ярость, исказившая лицо, гримаса, которая выдает человека на секунду с головой, как бы он ни кривлялся, что это он пошутил так, а вообще у него просто дружеский, веселый разговор.

   Сначала он фотографировал исключительно уродов. Физически дефективных, 201 идиотов, просто некрасивых до омерзения, и поражался, как их много. А потом понял, что их гораздо больше, ведь в урода превратить можно почти каждого. Даже просто каждого, если повезет. Неловкий поворот шеи, раззявленный от смеха рот, ярость, исказившая лицо, гримаса, которая выдает человека на секунду с головой, как бы он ни кривлялся, что это он пошутил так, а вообще у него просто дружеский, веселый разговор.

   — Кащенко! Записки не сумасшедшего · книга
6. «

   Хотя девочки и мальчики купались в отдалении друг от друга, все купались в сорочках, осторожно, стараясь не занозить ноги, проходили по дощатому, нагретому солнцем помосту купален, спускались по ступенькам в воду. Затем в купальнях же переодевались, складывали мокрые сорочки и полотенца в короба, мужская и женская половина общества воссоединялись и так же медленно, с разговорами шли назад, к дому, ужинать.

   Хотя девочки и мальчики купались в отдалении друг от друга, все купались в сорочках, осторожно, стараясь не занозить ноги, проходили по дощатому, нагретому солнцем помосту купален, спускались по ступенькам в воду. Затем в купальнях же переодевались, складывали мокрые сорочки и полотенца в короба, мужская и женская половина общества воссоединялись и так же медленно, с разговорами шли назад, к дому, ужинать.

   — Период полураспада · книга
7. «

   Это жизнь понарошку. В любой момент под рукой придуманный мир. В нем предсказуемо происходит то, что в собственной жизни произойти не может. Культ бегства из тюрьмы обыденности. Что ж за жизнь такая, от которой нужно все время бежать?

   Это жизнь понарошку. В любой момент под рукой придуманный мир. В нем предсказуемо происходит то, что в собственной жизни произойти не может. Культ бегства из тюрьмы обыденности. Что ж за жизнь такая, от которой нужно все время бежать?
8. «

   — Может, ты просто не любишь детей? — Вполне может быть. Как и многие люди, которые даже не задумываются, нужны ли им дети. Большинство вообще надо было бы лишить родительских прав.

   — Может, ты просто не любишь детей? — Вполне может быть. Как и многие люди, которые даже не задумываются, нужны ли им дети. Большинство вообще надо было бы лишить родительских прав.

   — Провокация. Роман с примечаниями · книга
9. «

   Я еще ни шагу не сделала, я только повернулась от окна! В лицо ударяет смрад, смесь запахов немытого тела, грязных тапок, мочи, остатков обеда… Он, как удар океанической волны, безопасный, но на мгновение оглушающий, на секунду лишает всех чувств.

   Я еще ни шагу не сделала, я только повернулась от окна! В лицо ударяет смрад, смесь запахов немытого тела, грязных тапок, мочи, остатков обеда… Он, как удар океанической волны, безопасный, но на мгновение оглушающий, на секунду лишает всех чувств.

   — Кащенко! Записки не сумасшедшего · книга
10. «

    В конце улицы возбужденная толпа опять что-то громила. Что еще в этом городе можно грабить? Все, что представляло какую-то ценность для оголодавшего, озверевшего люда, выползшего неизвестно откуда – Оля никогда не представляла, что в ее городе столько той самой черни, которая до революции выглядела нормальными людьми, что-то угрюмо, но мирно паявших и клепавших в мастерских на окраине, – все было давно разграблено.

    В конце улицы возбужденная толпа опять что-то громила. Что еще в этом городе можно грабить? Все, что представляло какую-то ценность для оголодавшего, озверевшего люда, выползшего неизвестно откуда – Оля никогда не представляла, что в ее городе столько той самой черни, которая до революции выглядела нормальными людьми, что-то угрюмо, но мирно паявших и клепавших в мастерских на окраине, – все было давно разграблено.

    — Период полураспада · книга
11. «

    Тут заведомо продаваем и любой талант, и его отсутствие. Здесь можно жить на три копейки, пользоваться кучей бесплатных благ и платить налоги — самые низкие в мире — по настроению. Чтобы «на жизнь» больше оставалось. Чморить кого желаешь, хулить тех, кто отнял свободу, но позволяет делать все, что душе угодно. И ни за что не получать по башке.

    Тут заведомо продаваем и любой талант, и его отсутствие. Здесь можно жить на три копейки, пользоваться кучей бесплатных благ и платить налоги — самые низкие в мире — по настроению. Чтобы «на жизнь» больше оставалось. Чморить кого желаешь, хулить тех, кто отнял свободу, но позволяет делать все, что душе угодно. И ни за что не получать по башке.
12. «

    Евро все еще трясет от того, что фрау Меркель так облажалась с выборами, и Германия полгода жила без правительства. Доллар падает потому что Трамп непредсказуем, не выстраивает государственную машину, и та работает через пень-колоду.

    Евро все еще трясет от того, что фрау Меркель так облажалась с выборами, и Германия полгода жила без правительства. Доллар падает потому что Трамп непредсказуем, не выстраивает государственную машину, и та работает через пень-колоду.
13. «

    Варя отдавала себе отчет, что жажда свободы превращается в одержимость, уводит за грань разумного — по меркам нормальных людей. Но в пределах разумного решений не было, а свободе не было альтернативы. Никто за пределами ее внутреннего мира не подскажет решения.

    Варя отдавала себе отчет, что жажда свободы превращается в одержимость, уводит за грань разумного — по меркам нормальных людей. Но в пределах разумного решений не было, а свободе не было альтернативы. Никто за пределами ее внутреннего мира не подскажет решения.

    — Провокация. Роман с примечаниями · книга
14. «

    Вдруг ощутила инстинктом самки, теряющей детеныша, что ей надо думать не о том, как вернуть сына на правильный путь, а только о том, как его не потерять.

    Вдруг ощутила инстинктом самки, теряющей детеныша, что ей надо думать не о том, как вернуть сына на правильный путь, а только о том, как его не потерять.

    — Период полураспада · книга
15. «

    Есть у Трампа немало внешних свойств трикстера. Только хочу напомнить, что по Юнгу мощное бессознательное трикстеров нередко превосходят обыденное сознание. Они могут быть плутами, шутами, троллями, а могут – и маркерами реальности.

    Есть у Трампа немало внешних свойств трикстера. Только хочу напомнить, что по Юнгу мощное бессознательное трикстеров нередко превосходят обыденное сознание. Они могут быть плутами, шутами, троллями, а могут – и маркерами реальности.
16. «

    Можно верить дедам, что еще недавно Россия была первой по объему ВВП в мире — но так было лишь в сводках Госплана. Или что было изобилие — так оно было по талонам и трудо­дням.

    Можно верить дедам, что еще недавно Россия была первой по объему ВВП в мире — но так было лишь в сводках Госплана. Или что было изобилие — так оно было по талонам и трудо­дням.

    — Откуда берутся деньги, Карл? Природа богатства и причины бедности · книга
17. «

    «Россия должна стать снова передовой страной, россияне заслужили достаток и достойную жизнь», — твердят все подряд, но на этой нехитрой мысли общее согласие и кончается.

    «Россия должна стать снова передовой страной, россияне заслужили достаток и достойную жизнь», — твердят все подряд, но на этой нехитрой мысли общее согласие и кончается.

    — Откуда берутся деньги, Карл? Природа богатства и причины бедности · книга
18. «

    Не ждите, что жизнь исправит ваши воспитательские провалы! Жизнь, конечно, любому надает затрещин, любую обезьяну превратит в социального человека, способного выжить в стае. Только одних это закалит, а других может и сломать.

    Не ждите, что жизнь исправит ваши воспитательские провалы! Жизнь, конечно, любому надает затрещин, любую обезьяну превратит в социального человека, способного выжить в стае. Только одних это закалит, а других может и сломать.
19. «

    Профессия криминального адвоката манила жаждой побед и эстетикой процесса познания, холодного и эмоционально отстраненного от познаваемого объекта. Та же игра ума, что и в математике, только вместо цифр — людские судьбы.

    Профессия криминального адвоката манила жаждой побед и эстетикой процесса познания, холодного и эмоционально отстраненного от познаваемого объекта. Та же игра ума, что и в математике, только вместо цифр — людские судьбы.

    — Третье яблоко Ньютона · книга
20. «

    Удивительно, но в обычно бесснежном Вашингтоне шел настоящий новогодний снег. Он шел день за днем, еле заметно, снежинки — редкие, но крупные — медленно опускались на землю в полном безветрии. Улицы были черными и мокрыми от мгновенно таявшей под колесами машин снежной пыльцы, но газоны и крыши домов покрылись убедительным пушистым покровом, казалось, звенящим тишиной.

    Удивительно, но в обычно бесснежном Вашингтоне шел настоящий новогодний снег. Он шел день за днем, еле заметно, снежинки — редкие, но крупные — медленно опускались на землю в полном безветрии. Улицы были черными и мокрыми от мгновенно таявшей под колесами машин снежной пыльцы, но газоны и крыши домов покрылись убедительным пушистым покровом, казалось, звенящим тишиной.

    — Период полураспада · книга