Елена Котова: 70 высказываний о главном

Елена Котова — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 70 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Капиталу нужна здоровая рабочая сила, живущая в достатке, а не забастовки и митинги, от которых одни простои и убытки, тормозящие экономическое развитие.

   Капиталу нужна здоровая рабочая сила, живущая в достатке, а не забастовки и митинги, от которых одни простои и убытки, тормозящие экономическое развитие.
2. «

   Мы молоды, пока живем в «одном формате» с нашими детьми. Пока те, кому 25-35 любят нас за то, что мы клевые, а не потому, что мы родители. Пока их любовь к нам свободна от снисходительности и терпения медсестры или сиделки.

   Мы молоды, пока живем в «одном формате» с нашими детьми. Пока те, кому 25-35 любят нас за то, что мы клевые, а не потому, что мы родители. Пока их любовь к нам свободна от снисходительности и терпения медсестры или сиделки.
3. «

   Когда отец впервые спросил его, кем Леонид — папа называл его только так, хотя Лёник ненавидел это имя, — хочет стать, когда вырастет, Лёник, которому было уже двенадцать или тринадцать, улегшись в постель, подумал, что вообще-то ему никем не хотелось становиться, ни космонавтом, ни ученым, ни бизнесменом, как отец. Все это была такая же неправда, как и то, что нужно работать, хотя Лёник уже знал, что это никому не нужно, все просто притворяются.

   Когда отец впервые спросил его, кем Леонид — папа называл его только так, хотя Лёник ненавидел это имя, — хочет стать, когда вырастет, Лёник, которому было уже двенадцать или тринадцать, улегшись в постель, подумал, что вообще-то ему никем не хотелось становиться, ни космонавтом, ни ученым, ни бизнесменом, как отец. Все это была такая же неправда, как и то, что нужно работать, хотя Лёник уже знал, что это никому не нужно, все просто притворяются.

   — Кащенко! Записки не сумасшедшего · книга
4. «

   «Вот я в твоем возрасте…» А в своем возрасте? Не за прошлое, а за ваше сегодняшнее и особенно за ваше будущее можете услышать от них «респект и уважуха»? С еле заметным оттенком зависти?

   «Вот я в твоем возрасте…» А в своем возрасте? Не за прошлое, а за ваше сегодняшнее и особенно за ваше будущее можете услышать от них «респект и уважуха»? С еле заметным оттенком зависти?
5. «

   На улицу не пускают, сегодня ко мне никто не придет. Вместо этого с высокой вероятностью лечащий, то бишь наблюдающий, врач, которая опять, чёрт её побери, дежурит в субботу, вызовет меня для «разговора по душам». Как не показать ей, в какой астрал я вчера ушла? Не дать прочесть на лице ничего про тёмно-голубые, уходящие вверх ямы, закручивающие тела в острые зелёные искры? Эдак можно и до комиссии не дотянуть. «Я сошла с ума, какая досада!», как говорила Раневская. Надо позаниматься немецкой грамматикой. А вдруг это тоже признак душевного нездоровья?

   На улицу не пускают, сегодня ко мне никто не придет. Вместо этого с высокой вероятностью лечащий, то бишь наблюдающий, врач, которая опять, чёрт её побери, дежурит в субботу, вызовет меня для «разговора по душам». Как не показать ей, в какой астрал я вчера ушла? Не дать прочесть на лице ничего про тёмно-голубые, уходящие вверх ямы, закручивающие тела в острые зелёные искры? Эдак можно и до комиссии не дотянуть. «Я сошла с ума, какая досада!», как говорила Раневская. Надо позаниматься немецкой грамматикой. А вдруг это тоже признак душевного нездоровья?

   — Дневник из Кащенко · книга
6. «

   Удивительно, но в обычно бесснежном Вашингтоне шел настоящий новогодний снег. Он шел день за днем, еле заметно, снежинки — редкие, но крупные — медленно опускались на землю в полном безветрии. Улицы были черными и мокрыми от мгновенно таявшей под колесами машин снежной пыльцы, но газоны и крыши домов покрылись убедительным пушистым покровом, казалось, звенящим тишиной.

   Удивительно, но в обычно бесснежном Вашингтоне шел настоящий новогодний снег. Он шел день за днем, еле заметно, снежинки — редкие, но крупные — медленно опускались на землю в полном безветрии. Улицы были черными и мокрыми от мгновенно таявшей под колесами машин снежной пыльцы, но газоны и крыши домов покрылись убедительным пушистым покровом, казалось, звенящим тишиной.

   — Период полураспада · книга
7. «

   Действительно, город был неземной. Не хотелось искать для него слов, просто – идти и наслаждаться. Когда они прошли под аркой на Дворцовую площадь, он подумал, что не зря сюда прилетел. Александрийскому столпу и Зимнему дворцу еще можно было найти аналогии — что-то перекликается то ли с Трафальгаром, то ли с Вандомской площадью. Но колонны Адмиралтейства там, на втором плане... Как сумел человеческий ум, глаз собрать столько в одну перспективу?! Город невероятно мощный, массивный, строгий, и вместе с тем непредсказуемо чувственный. От его совершенства захватывало дух.

   Действительно, город был неземной. Не хотелось искать для него слов, просто – идти и наслаждаться. Когда они прошли под аркой на Дворцовую площадь, он подумал, что не зря сюда прилетел. Александрийскому столпу и Зимнему дворцу еще можно было найти аналогии — что-то перекликается то ли с Трафальгаром, то ли с Вандомской площадью. Но колонны Адмиралтейства там, на втором плане... Как сумел человеческий ум, глаз собрать столько в одну перспективу?! Город невероятно мощный, массивный, строгий, и вместе с тем непредсказуемо чувственный. От его совершенства захватывало дух.

   — Третье яблоко Ньютона · книга
8. «

   Вслед за этим – главный вопрос. Чего мы, собственно, ждем от жизни? Что принесет нам радость, когда пробьют часы и дальше прятаться от своих пятидесяти невозможно, а комплексовать при встречах с тридцатилетними – разрушительно. Ни ночные клубы, ни яхты или дискотеки уже не помогают, потому что либо в них уже не зовут, либо самой неинтересно. Себя не уговорить, что главное в твоей жизни – это выполнение за детей домашнего задания или стирка пеленок, а дети выросли и дом опустел.

   Вслед за этим – главный вопрос. Чего мы, собственно, ждем от жизни? Что принесет нам радость, когда пробьют часы и дальше прятаться от своих пятидесяти невозможно, а комплексовать при встречах с тридцатилетними – разрушительно. Ни ночные клубы, ни яхты или дискотеки уже не помогают, потому что либо в них уже не зовут, либо самой неинтересно. Себя не уговорить, что главное в твоей жизни – это выполнение за детей домашнего задания или стирка пеленок, а дети выросли и дом опустел.

   — Акционерное общество женщин · книга
9. «

   Сила теории — в умении поставить любое конкретное «сегодня» в контекст абстрактных понятий, которые неподвластны переменам и составляют основу общества.

   Сила теории — в умении поставить любое конкретное «сегодня» в контекст абстрактных понятий, которые неподвластны переменам и составляют основу общества.

   — Откуда берутся деньги, Карл? Природа богатства и причины бедности · книга
10. «

    Социальные лифты – мужики, утратившие ощущение реальности. В обнимку с ней, двадцатилетней, ему на фото сорок, не больше! А был бы с увядшей первой – так и все шестьдесят. И не на фоне яхты в океане, а за дачным столом в кругу уже седеющих детей и внуков. За это мужик готов платить.

    Социальные лифты – мужики, утратившие ощущение реальности. В обнимку с ней, двадцатилетней, ему на фото сорок, не больше! А был бы с увядшей первой – так и все шестьдесят. И не на фоне яхты в океане, а за дачным столом в кругу уже седеющих детей и внуков. За это мужик готов платить.
11. «

    Меньшая часть общества всегда грабила ресурсы другой, огромной его части. Это вранье, что между дворянами и их крепостными была патриархальная идиллия. Это было сожительство патрициев и рабов.

    Меньшая часть общества всегда грабила ресурсы другой, огромной его части. Это вранье, что между дворянами и их крепостными была патриархальная идиллия. Это было сожительство патрициев и рабов.

    — Откуда берутся деньги, Карл? Природа богатства и причины бедности · книга
12. «

    Качественная журналистика не умерла. Она сменила формы и ушла с блогосферу. Там полная свобода слова и диалог автора и читателя. Там жестче критерии доверия к автору.

    Качественная журналистика не умерла. Она сменила формы и ушла с блогосферу. Там полная свобода слова и диалог автора и читателя. Там жестче критерии доверия к автору.
13. «

    Нельзя лечить болезнь, можно лечить только именно этого человека. Видеть его насквозь, найти то единственное нешаблонное решение, пригодного именно для него. Заставить его биться с хворобой вместе с врачом. Включить сострадание, черт возьми!

    Нельзя лечить болезнь, можно лечить только именно этого человека. Видеть его насквозь, найти то единственное нешаблонное решение, пригодного именно для него. Заставить его биться с хворобой вместе с врачом. Включить сострадание, черт возьми!
14. «

    Я люблю писать для своих читателей. Люблю их слушать, и думать вместе. О мире, в котором все так запутано. О человеческой природе, полной противоречий. Главное, чтобы честно, без зауми и скуки. Легко! О сложном.

    Я люблю писать для своих читателей. Люблю их слушать, и думать вместе. О мире, в котором все так запутано. О человеческой природе, полной противоречий. Главное, чтобы честно, без зауми и скуки. Легко! О сложном.
15. «

    У нас не очень часто в госпитале в субботу утром умирают женщины с русскими паспортами, американскими водительскими удостоверениями, прилетевшие, судя по билету, из Лондона, с тремя домашними адресами – в Москве, Лондоне и Вашингтоне и тремя мужьями, один из которых, заметьте – из Африки.

    У нас не очень часто в госпитале в субботу утром умирают женщины с русскими паспортами, американскими водительскими удостоверениями, прилетевшие, судя по билету, из Лондона, с тремя домашними адресами – в Москве, Лондоне и Вашингтоне и тремя мужьями, один из которых, заметьте – из Африки.

    — Легко! · книга
16. «

    Пена, брызги, песок, — все осталось позади, вместе с криками детей, визжащих на берегу, вместе с бредущими по мелководью американцами, похожими на носорогов. Впереди был только океан и тишина, мерцающая солнечными бликами серо-стальная вода.

    Пена, брызги, песок, — все осталось позади, вместе с криками детей, визжащих на берегу, вместе с бредущими по мелководью американцами, похожими на носорогов. Впереди был только океан и тишина, мерцающая солнечными бликами серо-стальная вода.
17. «

    Женственность – вещь столь же загадочная, сколь и бессодержательная.

    Женственность – вещь столь же загадочная, сколь и бессодержательная.

    — Акционерное общество женщин · книга
18. «

    Их многие ненавидят, но эти люди работают по восемнадцать часов в сутки, и у них выдающиеся мозги. Да, они летают на личных самолетах и отдыхают в Куршавеле. Если бы они летали эконом-классом, а отдыхали бы в Анапе, то уже умерли бы от нагрузок, сопряженных с миссией, которую выбрали. Их предприятия несут в регионы занятость, на них работают сотни тысяч людей, которые и составляют какой-никакой чахлый средний класс, их выбирают в партнеры иностранцы, и благодаря этому Россия хоть во что-то интегрируется. Они не ангелы, беспощадны в конкуренции, злоупотребляют лоббированием, заносят в правительство, а что, где-то в мире по-иному? При их богатстве, они уже давно могли каждый купить по острову и жить там беспечно. А они вкалывают в этой стране, где по улицам-то проехать невозможно, и без отдыха приумножают ВВП.

    Их многие ненавидят, но эти люди работают по восемнадцать часов в сутки, и у них выдающиеся мозги. Да, они летают на личных самолетах и отдыхают в Куршавеле. Если бы они летали эконом-классом, а отдыхали бы в Анапе, то уже умерли бы от нагрузок, сопряженных с миссией, которую выбрали. Их предприятия несут в регионы занятость, на них работают сотни тысяч людей, которые и составляют какой-никакой чахлый средний класс, их выбирают в партнеры иностранцы, и благодаря этому Россия хоть во что-то интегрируется. Они не ангелы, беспощадны в конкуренции, злоупотребляют лоббированием, заносят в правительство, а что, где-то в мире по-иному? При их богатстве, они уже давно могли каждый купить по острову и жить там беспечно. А они вкалывают в этой стране, где по улицам-то проехать невозможно, и без отдыха приумножают ВВП.

    — Легко! · книга
19. «

    — Кстати, мужчины-концептуалисты считают, что женщина от природы более талантлива, более способна к творчеству и по своей природе она более, чем мужчина, способна к multi-tasking. – К чему? – спросили Ирина и Полина одновременно. – Это когда у тебя ребенок на одной руке, телефонная трубка в другой, а ты при этом переворачиваешь блины на сковороде, одновременно крася ногти. Обычный день женщины.

    — Кстати, мужчины-концептуалисты считают, что женщина от природы более талантлива, более способна к творчеству и по своей природе она более, чем мужчина, способна к multi-tasking. – К чему? – спросили Ирина и Полина одновременно. – Это когда у тебя ребенок на одной руке, телефонная трубка в другой, а ты при этом переворачиваешь блины на сковороде, одновременно крася ногти. Обычный день женщины.

    — Акционерное общество женщин · книга
20. «

    Девятое отделение Кащенко – слепок нашего общества. Половина его населения не отдает себе отчёта в том, что происходит с ними, с миром, что станет с их детьми, о любви к которым они готовы говорить часами. Особенно когда больше говорить не о чем… Депрессии, повторяющиеся год за годом, приводят их сюда вновь и вновь. А сколько таких же, которых их депрессии сюда не приводят?

    Девятое отделение Кащенко – слепок нашего общества. Половина его населения не отдает себе отчёта в том, что происходит с ними, с миром, что станет с их детьми, о любви к которым они готовы говорить часами. Особенно когда больше говорить не о чем… Депрессии, повторяющиеся год за годом, приводят их сюда вновь и вновь. А сколько таких же, которых их депрессии сюда не приводят?