20 цитат от Елены Михалковы

Подборка из 20 цитат Елены Михалковы: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Ничто не подчиняется тебе, кроме самого себя. Люди тебе неподвластны. Время тебе неподвластно. Даже вещи живут своей жизнью. Но ты сам — свое время, своя вещь. Ты можешь быть себе хозяином.

   Ничто не подчиняется тебе, кроме самого себя. Люди тебе неподвластны. Время тебе неподвластно. Даже вещи живут своей жизнью. Но ты сам — свое время, своя вещь. Ты можешь быть себе хозяином.

   — Алмазный эндшпиль · книга
2. «

   В одном я уверена: зло разрушает. Оно губит не только душу, но и рассудок.

   В одном я уверена: зло разрушает. Оно губит не только душу, но и рассудок.

   — Лягушачий король · книга
3. «

   Страх идёт рука о руку с любым сильным чувством — это общее место. Достаточно сказать, что чем глубже любовь, тем большими переживаниями за жизнь любимых она сопровождается. Чем сильнее надежда, тем страшнее и глубже ямы безнадежности, в которые проваливается любой, ожидающий чуда.

   Страх идёт рука о руку с любым сильным чувством — это общее место. Достаточно сказать, что чем глубже любовь, тем большими переживаниями за жизнь любимых она сопровождается. Чем сильнее надежда, тем страшнее и глубже ямы безнадежности, в которые проваливается любой, ожидающий чуда.

   — Танцы марионеток · книга
4. «

   Он был такой мерзавец, что я все эти годы спрашивала себя: Юля, где были твои глаза? Допустим, Юля, у тебя плохое зрение! Но ведь ты могла бы, Юля, ориентироваться на запах, как поступают все разумные женщины, даже если они ослепли от любви.

   Он был такой мерзавец, что я все эти годы спрашивала себя: Юля, где были твои глаза? Допустим, Юля, у тебя плохое зрение! Но ведь ты могла бы, Юля, ориентироваться на запах, как поступают все разумные женщины, даже если они ослепли от любви.

   — Лягушачий король · книга
5. «

   Надо уметь оставаться внутри собственной жизни.

   Надо уметь оставаться внутри собственной жизни.

   — Лягушачий король · книга
6. «

   Нельзя по утрам сбрасывать свое тело с кровати сразу. Нужно дать ему время проснуться. Хотя бы минутку — полежи, потянись, как кошка. Твое тело скажет тебе за это спасибо. Просто привыкни просыпаться на пару-тройку минут раньше, чем требуется, и ты удивишься, насколько легче тебе будет вставать.

   Нельзя по утрам сбрасывать свое тело с кровати сразу. Нужно дать ему время проснуться. Хотя бы минутку — полежи, потянись, как кошка. Твое тело скажет тебе за это спасибо. Просто привыкни просыпаться на пару-тройку минут раньше, чем требуется, и ты удивишься, насколько легче тебе будет вставать.

   — Алмазный эндшпиль · книга
7. «

   Мои родители редко лгали мне, и я стараюсь не обманывать Антона с Евой без необходимости. Но и вешать на них груз наших тягот ни к чему. Я всегда презирала тех взрослых, что используют детей как наперсников. В этих людях нет понимания, но главное – в них нет жалости. А ребенка нужно жалеть не меньше, чем любить. Любовь бывает слепа; жалость всегда зряча. Мы видим своих детей яснее, жалея их.

   Мои родители редко лгали мне, и я стараюсь не обманывать Антона с Евой без необходимости. Но и вешать на них груз наших тягот ни к чему. Я всегда презирала тех взрослых, что используют детей как наперсников. В этих людях нет понимания, но главное – в них нет жалости. А ребенка нужно жалеть не меньше, чем любить. Любовь бывает слепа; жалость всегда зряча. Мы видим своих детей яснее, жалея их.

   — Лягушачий король · книга
8. «

   Сначала заставляй работать собственные мозги, а затем уж читай книги. Наблюдай за людьми, представляй, что они чувствуют, о чем мечтают, кому симпатизируют, а кого не любят. Ты удивишься, когда увидишь, как много можно узнать, всего лишь открыв глаза.

   Сначала заставляй работать собственные мозги, а затем уж читай книги. Наблюдай за людьми, представляй, что они чувствуют, о чем мечтают, кому симпатизируют, а кого не любят. Ты удивишься, когда увидишь, как много можно узнать, всего лишь открыв глаза.

   — Иллюзия игры · книга
9. «

   Знаете, я классифицирую людей по смеху. Есть люди, которые смеются, как вода звенит в ручье — обычно такой смех свойственен стеснительным женщинам. Есть гогочущие, как гуси. Есть похрюкивающие — их очень много. Как ни странно, самым прелестным смехом, какой я когда-либо слышала, смеялась одна из самых глупых девушек, встретившихся в моей жизни. Я бы даже сказала, что она была набитой дурой. Но при этом смех её был просто удивителен — заразительный, звонкий, переливистый, ну просто рассыпающаяся драгоценность, а не смех.

   Знаете, я классифицирую людей по смеху. Есть люди, которые смеются, как вода звенит в ручье — обычно такой смех свойственен стеснительным женщинам. Есть гогочущие, как гуси. Есть похрюкивающие — их очень много. Как ни странно, самым прелестным смехом, какой я когда-либо слышала, смеялась одна из самых глупых девушек, встретившихся в моей жизни. Я бы даже сказала, что она была набитой дурой. Но при этом смех её был просто удивителен — заразительный, звонкий, переливистый, ну просто рассыпающаяся драгоценность, а не смех.

   — Алиса · книга
10. «

    В искусственном камине пылал искусственный огонь. На темно-синих стенах золотые панно чередовались с серебряными; им вторили обильные серебряные лилии на портьерах с ламбрекенами. Взгляд искал, на чем отдохнуть, но дизайнер знал свое дело и не оставил ни метра свободного пространства; где была не резьба, там лепнина. Про себя Макар немедленно окрестил этот стиль бешеным ампиром.

    В искусственном камине пылал искусственный огонь. На темно-синих стенах золотые панно чередовались с серебряными; им вторили обильные серебряные лилии на портьерах с ламбрекенами. Взгляд искал, на чем отдохнуть, но дизайнер знал свое дело и не оставил ни метра свободного пространства; где была не резьба, там лепнина. Про себя Макар немедленно окрестил этот стиль бешеным ампиром.

    — Лягушачий король · книга
11. «

    С тринадцати лет я была уверена: правда всегда жестока. Если вы собираетесь говорить людям правду, вы безжалостный человек. А я не хочу быть такой. Не хочу быть одной из тех, кто ходит среди людей, силой раскрывая им глаза: не зажмуришься, сволочь! Не отвернешься от нашей правды-истины!

    С тринадцати лет я была уверена: правда всегда жестока. Если вы собираетесь говорить людям правду, вы безжалостный человек. А я не хочу быть такой. Не хочу быть одной из тех, кто ходит среди людей, силой раскрывая им глаза: не зажмуришься, сволочь! Не отвернешься от нашей правды-истины!

    — Лягушачий король · книга
12. «

    Последние пятнадцать лет своей жизни я следую нехитрому правилу. И оно, должен сказать, еще ни разу меня не подводило. Запоминай: всегда кажись слабее, чем есть. Сильными хотят выглядеть только дураки.

    Последние пятнадцать лет своей жизни я следую нехитрому правилу. И оно, должен сказать, еще ни разу меня не подводило. Запоминай: всегда кажись слабее, чем есть. Сильными хотят выглядеть только дураки.

    — Иллюзия игры · книга
13. «

    Сергей не уставал твердить: при любой возможности избегай боя.

    Сергей не уставал твердить: при любой возможности избегай боя.

    — Лягушачий король · книга
14. «

    Не подумал, что шулер может такую злобу затаить. Картежники – народ особый, среди них совсем отмороженные попадаются редко.

    Не подумал, что шулер может такую злобу затаить. Картежники – народ особый, среди них совсем отмороженные попадаются редко.

    — Иллюзия игры · книга
15. «

    Как странно: был человек – и исчез. Его вещи, его фотографии, его зеркала, подушки, цветы и карандаши остались, остался миллион предметов, вещный кокон, окружающий любого из нас. Но бабочки в коконе нет. Улетела.

    Как странно: был человек – и исчез. Его вещи, его фотографии, его зеркала, подушки, цветы и карандаши остались, остался миллион предметов, вещный кокон, окружающий любого из нас. Но бабочки в коконе нет. Улетела.

    — Лягушачий король · книга
16. «

    Только молодые девушки могут произносить такие фразы нежным чистым голосами — о том, что они чувствуют себя ужасно старыми, что они уже много повидали, что им двадцать один, а значит, вся жизнь позади... Это всегда бывает смешно и немножко глупо. Но когда такие слова произносит действительно старый человек, это совсем не смешно.

    Только молодые девушки могут произносить такие фразы нежным чистым голосами — о том, что они чувствуют себя ужасно старыми, что они уже много повидали, что им двадцать один, а значит, вся жизнь позади... Это всегда бывает смешно и немножко глупо. Но когда такие слова произносит действительно старый человек, это совсем не смешно.

    — Алиса · книга
17. «

    Фотография — магическое искусство. Лишь она рождает в зрителе ощущение, будто запечатленные на ней люди существуют где-то еще, в ином пространстве, кроме бумажной плоскости; что в неведомом измерении их смех продолжает звучать, и ребенок продолжает свой бег, и крутится колесо велосипеда, сверкая спицами, и юбка у девушки развевается на ветру, дующем откуда-то со стороны вечности.

    Фотография — магическое искусство. Лишь она рождает в зрителе ощущение, будто запечатленные на ней люди существуют где-то еще, в ином пространстве, кроме бумажной плоскости; что в неведомом измерении их смех продолжает звучать, и ребенок продолжает свой бег, и крутится колесо велосипеда, сверкая спицами, и юбка у девушки развевается на ветру, дующем откуда-то со стороны вечности.

    — След лисицы на камнях · книга
18. «

    Девушки модели «Ленок» были оснащены функцией игнорирования звуковых волн, не попадавших в резонанс с их эмоциональным состоянием.

    Девушки модели «Ленок» были оснащены функцией игнорирования звуковых волн, не попадавших в резонанс с их эмоциональным состоянием.

    — Алмазный эндшпиль · книга
19. «

    ... в моем возрасте романтиком уже быть нельзя. Романтичны могут быть лишь юные! «Старый романтик» — это деликатное обозначение старого дурака.

    ... в моем возрасте романтиком уже быть нельзя. Романтичны могут быть лишь юные! «Старый романтик» — это деликатное обозначение старого дурака.

    — Алмазный эндшпиль · книга
20. «

    Что ты молчишь на мою голову? Скажи уже что-нибудь, вбей свой гвоздик.

    Что ты молчишь на мою голову? Скажи уже что-нибудь, вбей свой гвоздик.

    — Алмазный эндшпиль · книга