23 цитат Элиса Хоффман: цитаты о любви, которые цепляют

Ниже 23 цитаты Элиса Хоффман: цитаты о любви — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Он думал о том, как любовь может заставить человека двигаться по таким дорогам, которые трудно и вообразить, просто нужно ставить одну ногу перед другой, даже если тебе кажется, что внутри у тебя уже ничего не осталось.

   Он думал о том, как любовь может заставить человека двигаться по таким дорогам, которые трудно и вообразить, просто нужно ставить одну ногу перед другой, даже если тебе кажется, что внутри у тебя уже ничего не осталось.

   — Элис Хоффман · книга
2. «

   Не могла же это быть любовь — или могла? Не могла же это быть судьба. Не за что. Никогда. Просто это какое-то заболевание: в худшем случае изжога, в лучшем — весенняя лихорадка.

   Не могла же это быть любовь — или могла? Не могла же это быть судьба. Не за что. Никогда. Просто это какое-то заболевание: в худшем случае изжога, в лучшем — весенняя лихорадка.

   — Элис Хоффман · книга
3. «

   Настоящая любовь опасна, заберет тебя изнутри и скрутит; зазеваешься, не ослабишь вовремя поводья — будешь ради нее готов пойти на что угодно.

   Настоящая любовь опасна, заберет тебя изнутри и скрутит; зазеваешься, не ослабишь вовремя поводья — будешь ради нее готов пойти на что угодно.

   — Элис Хоффман · книга
4. «

   Слова, которые он говорил, которые и словами-то не были. То, как он их говорил. То, как он меня желал. Разве всего этого мало? Разве это не могла быть любовь? Вся наука любви говорила «за»: сердце — бухает, мозги — готовы поверить во все, что угодно; она — с нетерпением ждет темноты, желая его и на расстоянии, готова в любое время прыгнуть в машину и мчаться по ночным дорогам. Еще нужны симптомы? Учащенный пульс, смещение центра личности вниз, в брюшную полость, основание, основа, бездумье, безделье, выход из одиночества, растворение себя, растворение границы, отсутствие различия между внешним и внутренним. Все признаки налицо. Доказательства эмпирические. Но она все равно была. Власть одной-единственной мысли, случайно забредшей в мою голову. Что он прячет, чего не прячет. Будто крутилась бесконечная пленка, а я никак не могла найти перемотку.

   Слова, которые он говорил, которые и словами-то не были. То, как он их говорил. То, как он меня желал. Разве всего этого мало? Разве это не могла быть любовь? Вся наука любви говорила «за»: сердце — бухает, мозги — готовы поверить во все, что угодно; она — с нетерпением ждет темноты, желая его и на расстоянии, готова в любое время прыгнуть в машину и мчаться по ночным дорогам. Еще нужны симптомы? Учащенный пульс, смещение центра личности вниз, в брюшную полость, основание, основа, бездумье, безделье, выход из одиночества, растворение себя, растворение границы, отсутствие различия между внешним и внутренним. Все признаки налицо. Доказательства эмпирические. Но она все равно была. Власть одной-единственной мысли, случайно забредшей в мою голову. Что он прячет, чего не прячет. Будто крутилась бесконечная пленка, а я никак не могла найти перемотку.

   — Элис Хоффман · книга
5. «

   Какая жалость, что любовь нельзя обучить или выдрессировать, как морского котика или собаку. Нет, любовь — волк, рыщущий в зарослях, себе на уме, она движется своим путем, не пугаясь творимых ею разрушений.

   Какая жалость, что любовь нельзя обучить или выдрессировать, как морского котика или собаку. Нет, любовь — волк, рыщущий в зарослях, себе на уме, она движется своим путем, не пугаясь творимых ею разрушений.

   — Элис Хоффман · книга
6. «

   Чистой воды тщеславие — предполагать, что любовь лишь такова, какой мы, люди, её себе представляем.

   Чистой воды тщеславие — предполагать, что любовь лишь такова, какой мы, люди, её себе представляем.

   — Элис Хоффман · книга
7. «

   Я бы купила флакончик: один с запахом апельсинов, второй с запахом голубоватого льда, третий с запахом слёз и ещё четвёртый, с запахом до того горячим, что обжигает до смерти. Не по-настоящему до смерти, а так... будто паришь над собой, но остаёшься жить.

   Я бы купила флакончик: один с запахом апельсинов, второй с запахом голубоватого льда, третий с запахом слёз и ещё четвёртый, с запахом до того горячим, что обжигает до смерти. Не по-настоящему до смерти, а так... будто паришь над собой, но остаёшься жить.

   — Элис Хоффман · книга
8. «

   Вот в таком виде входит любовь — кое-как одетая, ошарашенная, объятая паникой, раздавленная, не заботящаяся о том, что подумают другие.

   Вот в таком виде входит любовь — кое-как одетая, ошарашенная, объятая паникой, раздавленная, не заботящаяся о том, что подумают другие.

   — Элис Хоффман · книга
9. «

   Что происходит, когда исчезает тот, вокруг которого ты построила свой мир? Куда идёшь ты тогда? На слом? В руки другого мужчины? А идёшь ты за покупками в ближайший магазин, возишься на кухне, работаешь сверхурочно, занимаешься любовью с кем-то другим короткими июньскими ночами. Но, по сути, тебя нет здесь. Ты там, где вечно голубое небо и пустынная дорога.

   Что происходит, когда исчезает тот, вокруг которого ты построила свой мир? Куда идёшь ты тогда? На слом? В руки другого мужчины? А идёшь ты за покупками в ближайший магазин, возишься на кухне, работаешь сверхурочно, занимаешься любовью с кем-то другим короткими июньскими ночами. Но, по сути, тебя нет здесь. Ты там, где вечно голубое небо и пустынная дорога.

   — Элис Хоффман · книга
10. «

    Любовь стоит лишь того, к чему она сводится, и только.

    Любовь стоит лишь того, к чему она сводится, и только.

    — Элис Хоффман · книга
11. «

    Любовь — это якорь, который может спасти, когда тонешь, и все, что нужно, — это крепко держаться.

    Любовь — это якорь, который может спасти, когда тонешь, и все, что нужно, — это крепко держаться.

    — Элис Хоффман · книга
12. «

    Любовь бывает хорошей и бывает плохой. Любовь может возвысить человека и сделать его хозяином собственных чувств, а может нанести предательский удар в спину, когда он этого меньше всего ожидает.

    Любовь бывает хорошей и бывает плохой. Любовь может возвысить человека и сделать его хозяином собственных чувств, а может нанести предательский удар в спину, когда он этого меньше всего ожидает.

    — Элис Хоффман · книга
13. «

    Когда все сказано и сделано, погода и любовь — вот те две вещи, в которых никогда не можешь быть уверена.

    Когда все сказано и сделано, погода и любовь — вот те две вещи, в которых никогда не можешь быть уверена.

    — Элис Хоффман · книга
14. «

    Любить того, кто своей сложностью и строптивостью заставляет вас пожертвовать всеми иными эмоциями, — да, можно сказать, что это действительно не составляет труда.

    Любить того, кто своей сложностью и строптивостью заставляет вас пожертвовать всеми иными эмоциями, — да, можно сказать, что это действительно не составляет труда.

    — Элис Хоффман · книга
15. «

    Он так много лет любил её, что будет продолжать любить и дальше, с ней или без неё.

    Он так много лет любил её, что будет продолжать любить и дальше, с ней или без неё.

    — Элис Хоффман · книга
16. «

    К любви, однако, не применимы ни упражнения, ни подготовка, тут – как судьба распорядится. Будешь тянуть – есть риск, что упустишь, так и не попробовав.

    К любви, однако, не применимы ни упражнения, ни подготовка, тут – как судьба распорядится. Будешь тянуть – есть риск, что упустишь, так и не попробовав.

    — Элис Хоффман · книга
17. «

    Если не обращать внимания на любовь..., то можно всю жизнь прожить, истекая кровью, пусть даже окружающие ничего не замечали.

    Если не обращать внимания на любовь..., то можно всю жизнь прожить, истекая кровью, пусть даже окружающие ничего не замечали.

    — Элис Хоффман · книга
18. «

    Любовь похожа на дождевую воду: она или испаряется, или превращается в лед. Вроде только что вот она была, а уже ищешь и найти не можешь. Любовь эфемерна; любовь мешает, как булавка в стуле, как камешек в башмаке. От нее так просто не отмахнешься.

    Любовь похожа на дождевую воду: она или испаряется, или превращается в лед. Вроде только что вот она была, а уже ищешь и найти не можешь. Любовь эфемерна; любовь мешает, как булавка в стуле, как камешек в башмаке. От нее так просто не отмахнешься.

    — Элис Хоффман · книга
19. «

    Дед всегда говорил ему: любовь никогда не приходит, вежливо стучась в парадную дверь, как добросердечный сосед, и спрашивая разрешения войти. Наоборот, она поджидает человека в засаде, набрасывается, когда не может защититься, и даже у самого большого упрямца, каким бы тупоголовым он не был, не останется иного выбора, как сдаться, когда такая любовь является к нему.

    Дед всегда говорил ему: любовь никогда не приходит, вежливо стучась в парадную дверь, как добросердечный сосед, и спрашивая разрешения войти. Наоборот, она поджидает человека в засаде, набрасывается, когда не может защититься, и даже у самого большого упрямца, каким бы тупоголовым он не был, не останется иного выбора, как сдаться, когда такая любовь является к нему.

    — Элис Хоффман · книга
20. «

    — Раньше я думал, что существует план, пусть приблизительный, но все-таки план... А теперь я полагаю, что существует тысяча планов. Каждый вдох, каждое решение влияет на этот план, расширяет его, укорачивает, полностью переделывает. Он постоянно изменяется. Тем из нас, кому везёт, удаётся состарится, несмотря на огромное количество возможных болезней и несчастных случаев. Мы устаем. Мы закрываем глаза. — А потом? Куда мы попадаем потом? Он взял руку Элинор и положил себе на грудь, к сердцу: — Вот сюда.

    — Раньше я думал, что существует план, пусть приблизительный, но все-таки план... А теперь я полагаю, что существует тысяча планов. Каждый вдох, каждое решение влияет на этот план, расширяет его, укорачивает, полностью переделывает. Он постоянно изменяется. Тем из нас, кому везёт, удаётся состарится, несмотря на огромное количество возможных болезней и несчастных случаев. Мы устаем. Мы закрываем глаза. — А потом? Куда мы попадаем потом? Он взял руку Элинор и положил себе на грудь, к сердцу: — Вот сюда.

    — Элис Хоффман · книга