21 цитата Элиса Сиболда — подборка на все случаи

Подборка из 21 цитата Элиса Сиболда: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Все посмеивались, когда Линдси при такой жизни забеременела. — То-то я смотрю, тебя так разнесло, — посмеивался Бакли.

   Все посмеивались, когда Линдси при такой жизни забеременела. — То-то я смотрю, тебя так разнесло, — посмеивался Бакли.

   — Бакли · книга
2. «

   Верный способ заставить ее улыбаться — это привезти ей букет полевых цветов.

   Верный способ заставить ее улыбаться — это привезти ей букет полевых цветов.

   — Милые кости · книга
3. «

   Человека невозможно вытащить из-под завалов прошлого. Либо ты выкарабкиваешься самостоятельно, либо остаешься под обломками.

   Человека невозможно вытащить из-под завалов прошлого. Либо ты выкарабкиваешься самостоятельно, либо остаешься под обломками.

   — Счастливая · книга
4. «

   У него были тёмно-серые глаза. Глядя с небес, я бросалась в них очертя голову.

   У него были тёмно-серые глаза. Глядя с небес, я бросалась в них очертя голову.

   — Сьюзи Сэлмон · книга
5. «

   Глубоко вдохни, задержи дыхание. Как можно дольше сохраняй неподвижность. Сожмись, представь, что ты — камень. Подбери и спрячь всё лишнее.

   Глубоко вдохни, задержи дыхание. Как можно дольше сохраняй неподвижность. Сожмись, представь, что ты — камень. Подбери и спрячь всё лишнее.

   — Милые кости · книга
6. «

   У моего отца на письменном столе стоял стеклянный шар, а в нем — утопающий в снегу пингвин с красно-белым полосатым шарфиком на шее. Когда я была маленькой, папа сажал меня к себе на колени, придвигал поближе эту вещицу, переворачивал ее вверх дном, а потом резко опускал на подставку. И мы смотрели, как пингвина укутывают снежинки. А мне не давало покоя: пингвин там один-одинешенек, жалко его. Поделившись этой мыслью с отцом, я услышала в ответ: «Не горюй, Сюзи, ему не так уж плохо. Ведь он попал в идеальный мир».

   У моего отца на письменном столе стоял стеклянный шар, а в нем — утопающий в снегу пингвин с красно-белым полосатым шарфиком на шее. Когда я была маленькой, папа сажал меня к себе на колени, придвигал поближе эту вещицу, переворачивал ее вверх дном, а потом резко опускал на подставку. И мы смотрели, как пингвина укутывают снежинки. А мне не давало покоя: пингвин там один-одинешенек, жалко его. Поделившись этой мыслью с отцом, я услышала в ответ: «Не горюй, Сюзи, ему не так уж плохо. Ведь он попал в идеальный мир».

   — Сьюзи Сэлмон · книга
7. «

   Люби живых.

   Люби живых.

   — Милые кости · книга
8. «

   Жил-был мальчик, звали его Билли. Он хотел все знать. Увидел он яму, и решил туда залезть, а обратно не вылез. Конец.

   Жил-был мальчик, звали его Билли. Он хотел все знать. Увидел он яму, и решил туда залезть, а обратно не вылез. Конец.

   — Милые кости · книга
9. «

   Когда долгими часами пытаешься «хоть чем-то себя занять», волей-неволей начинаешь строить козни.

   Когда долгими часами пытаешься «хоть чем-то себя занять», волей-неволей начинаешь строить козни.

   — Элис Сиболд · книга
10. «

    Его любовь к ней питали не застывшие картины прошлого. Эту любовь питало все — ее сломленный дух, ее бегство, ее возвращение, ее близость к нему в этой больничной палате, до восхода солнца, до приходы врачей. Он любил ее за то, что мог осторожно гладить ее волосы и безрассудно бросаться в глаза-океаны.

    Его любовь к ней питали не застывшие картины прошлого. Эту любовь питало все — ее сломленный дух, ее бегство, ее возвращение, ее близость к нему в этой больничной палате, до восхода солнца, до приходы врачей. Он любил ее за то, что мог осторожно гладить ее волосы и безрассудно бросаться в глаза-океаны.

    — Сьюзи Сэлмон · книга
11. «

    Чудовищное и чудесное оказались неразделимы.

    Чудовищное и чудесное оказались неразделимы.

    — Милые кости · книга
12. «

    У нее затвердело сердце, будто спрятанное на хранение в ледник.

    У нее затвердело сердце, будто спрятанное на хранение в ледник.

    — Милые кости · книга
13. «

    Тогда мне пришла в голову мысль, что если мы будем пользоваться белоснежными полотенцами, то внезапно станем более солнечными личностями, яркими и счастливыми, отчаянно чистыми.

    Тогда мне пришла в голову мысль, что если мы будем пользоваться белоснежными полотенцами, то внезапно станем более солнечными личностями, яркими и счастливыми, отчаянно чистыми.

    — Почти луна · книга
14. «

    У неё была кожа лунного цвета и глаза океаны. А внутри – опустошенность, крах, отчаяние.

    У неё была кожа лунного цвета и глаза океаны. А внутри – опустошенность, крах, отчаяние.

    — Милые кости · книга
15. «

    Нравственность — всего лишь привычное убежище, которого не существует.

    Нравственность — всего лишь привычное убежище, которого не существует.

    — Почти луна · книга
16. «

    Попав на небеса, я первое время считала, что там всем без исключения видится одно и то же...

    Попав на небеса, я первое время считала, что там всем без исключения видится одно и то же...

    — Сьюзи Сэлмон · книга
17. «

    В каждой избушке свои погремушки.

    В каждой избушке свои погремушки.

    — Сьюзи Сэлмон · книга
18. «

    Прежде мир делился на чёрное и белое, а тут всё перепуталось. Короче: можно сказать, я пришла в смятение. Точнее, меня охватило смятение. Счастье + испуг = смятение.

    Прежде мир делился на чёрное и белое, а тут всё перепуталось. Короче: можно сказать, я пришла в смятение. Точнее, меня охватило смятение. Счастье + испуг = смятение.

    — Милые кости · книга
19. «

    Бывает, планы меняются.

    Бывает, планы меняются.

    — Милые кости · книга
20. «

    В отношениях между мужчиной и женщиной кто-то один всегда оказывается сильнее другого. Но это не означает, что слабый не любит сильного.

    В отношениях между мужчиной и женщиной кто-то один всегда оказывается сильнее другого. Но это не означает, что слабый не любит сильного.

    — Милые кости · книга