22 цитат Элиса Сиболда, которые цепляют

Подборка из 22 цитаты Элиса Сиболда: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   А с Рэем всё было по-другому. Их поцелуи, объятия и ранние ласки остались для неё музейными ценностями, которые память хранила под стеклянным колпаком.

   А с Рэем всё было по-другому. Их поцелуи, объятия и ранние ласки остались для неё музейными ценностями, которые память хранила под стеклянным колпаком.

   — Милые кости · книга
2. «

   Это всё равно что дергать дверь, когда заело замок, или кричать «ловлю, ловлю, ловлю», когда мяч у тебя над головой летит на трибуны.

   Это всё равно что дергать дверь, когда заело замок, или кричать «ловлю, ловлю, ловлю», когда мяч у тебя над головой летит на трибуны.

   — Сьюзи Сэлмон · книга
3. «

   Он знал, что я сейчас далеко; а кто далеко, тот скоро вернется.

   Он знал, что я сейчас далеко; а кто далеко, тот скоро вернется.

   — Сьюзи Сэлмон · книга
4. «

   Когда мёртвые собираются вас покинуть, вы этого не замечаете. Ничего удивительного. В лучшем случае до вас доносится какой-то шепот, а может быть, угасающая волна шепотов. Я бы сравнила это вот с чем: на лекции — в аудитории или в зале — присутствует некая женщина, которая затаилась в последнем ряду. На нее никто не обращает внимания, и вдруг она решает выскользнуть за дверь. Но даже в этом случае её замечает только тот, кто и сам сидит у выхода.

   Когда мёртвые собираются вас покинуть, вы этого не замечаете. Ничего удивительного. В лучшем случае до вас доносится какой-то шепот, а может быть, угасающая волна шепотов. Я бы сравнила это вот с чем: на лекции — в аудитории или в зале — присутствует некая женщина, которая затаилась в последнем ряду. На нее никто не обращает внимания, и вдруг она решает выскользнуть за дверь. Но даже в этом случае её замечает только тот, кто и сам сидит у выхода.

   — Милые кости · книга
5. «

   Потребность высказаться оказалась непреодолимой. Таково было свойство моей натуры: как ни старайся помалкивать, сколько себя ни убеждай, всё без толку.

   Потребность высказаться оказалась непреодолимой. Таково было свойство моей натуры: как ни старайся помалкивать, сколько себя ни убеждай, всё без толку.

   — Счастливая · книга
6. «

   Яд и лекарство — часто одно и то же, все дело в пропорции.

   Яд и лекарство — часто одно и то же, все дело в пропорции.

   — Почти луна · книга
7. «

   Глубоко вдохни, задержи дыхание. Как можно дольше сохраняй неподвижность. Сожмись, представь, что ты — камень. Подбери и спрячь всё лишнее.

   Глубоко вдохни, задержи дыхание. Как можно дольше сохраняй неподвижность. Сожмись, представь, что ты — камень. Подбери и спрячь всё лишнее.

   — Милые кости · книга
8. «

   Мёртвые могут с нами говорить, среди живых мелькают духи, движутся, объединяются и смеются над нами. Они-то и составляют воздух, которым мы дышим.

   Мёртвые могут с нами говорить, среди живых мелькают духи, движутся, объединяются и смеются над нами. Они-то и составляют воздух, которым мы дышим.

   — Милые кости · книга
9. «

   Я вмиг превратилась в зловонное море, куда он влез, чтобы нагадить.

   Я вмиг превратилась в зловонное море, куда он влез, чтобы нагадить.

   — Сьюзи Сэлмон · книга
10. «

    Первый поцелуй — это колокольчик судьбы.

    Первый поцелуй — это колокольчик судьбы.

    — Милые кости · книга
11. «

    На улице выпал снег. Впервые после моей смерти...

    На улице выпал снег. Впервые после моей смерти...

    — Милые кости · книга
12. «

    У неё была кожа лунного цвета и глаза океаны. А внутри – опустошенность, крах, отчаяние.

    У неё была кожа лунного цвета и глаза океаны. А внутри – опустошенность, крах, отчаяние.

    — Милые кости · книга
13. «

    Истина заключается в том, что граница, разделяющая живых и мертвых, подчас бывает смутной и зыбкой.

    Истина заключается в том, что граница, разделяющая живых и мертвых, подчас бывает смутной и зыбкой.

    — Милые кости · книга
14. «

    Когда мы играли с сестрой, у нас Барби и Кен всегда женились в 16 лет. В нашем представлении, у человека могла быть только одна настоящая любовь — никаких компромиссов, никаких повторений.

    Когда мы играли с сестрой, у нас Барби и Кен всегда женились в 16 лет. В нашем представлении, у человека могла быть только одна настоящая любовь — никаких компромиссов, никаких повторений.

    — Сьюзи Сэлмон · книга
15. «

    Глаза-океаны, а в них крушение.

    Глаза-океаны, а в них крушение.

    — Сьюзи Сэлмон · книга
16. «

    Неторопливые уходы давали ей возможность хоть как-то расслабиться.

    Неторопливые уходы давали ей возможность хоть как-то расслабиться.

    — Милые кости · книга
17. «

    Сначала прикинь, чем рискуешь, а потом действуй.

    Сначала прикинь, чем рискуешь, а потом действуй.

    — Милые кости · книга
18. «

    Бывает, планы меняются.

    Бывает, планы меняются.

    — Милые кости · книга
19. «

    У моего отца на письменном столе стоял стеклянный шар, а в нем — утопающий в снегу пингвин с красно-белым полосатым шарфиком на шее. Когда я была маленькой, папа сажал меня к себе на колени, придвигал поближе эту вещицу, переворачивал ее вверх дном, а потом резко опускал на подставку. И мы смотрели, как пингвина укутывают снежинки. А мне не давало покоя: пингвин там один-одинешенек, жалко его. Поделившись этой мыслью с отцом, я услышала в ответ: «Не горюй, Сюзи, ему не так уж плохо. Ведь он попал в идеальный мир».

    У моего отца на письменном столе стоял стеклянный шар, а в нем — утопающий в снегу пингвин с красно-белым полосатым шарфиком на шее. Когда я была маленькой, папа сажал меня к себе на колени, придвигал поближе эту вещицу, переворачивал ее вверх дном, а потом резко опускал на подставку. И мы смотрели, как пингвина укутывают снежинки. А мне не давало покоя: пингвин там один-одинешенек, жалко его. Поделившись этой мыслью с отцом, я услышала в ответ: «Не горюй, Сюзи, ему не так уж плохо. Ведь он попал в идеальный мир».

    — Сьюзи Сэлмон · книга
20. «

    Её интерес выходил за пределы трогательного детского внимания, он разжигал истому, которая расцветала зеленым и желтым, превращаясь в шафрановый цветок вожделения, прорастающий нежными лепестками сквозь её неуклюжее отрочество.

    Её интерес выходил за пределы трогательного детского внимания, он разжигал истому, которая расцветала зеленым и желтым, превращаясь в шафрановый цветок вожделения, прорастающий нежными лепестками сквозь её неуклюжее отрочество.

    — Милые кости · книга