43 цитаты Элизабета Страута для тех, кто любит думать

Ниже 43 цитаты Элизабета Страута — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Совершенно недопустимо называть людей с нервными расстройствами сумасшедшими.

   Совершенно недопустимо называть людей с нервными расстройствами сумасшедшими.

   — Эми Берроуз · книга
2. «

   Люди никогда не бывают такими беспомощными, какими кажутся.

   Люди никогда не бывают такими беспомощными, какими кажутся.

   — Оливия Киттеридж · книга
3. «

   Конечно, в данный момент секс у них, вероятно, необычайно волнующий, и они, несомненно, считают, что так оно и будет длиться, — молодые пары всегда так думают. А еще они думают, что с одиночеством покончено.

   Конечно, в данный момент секс у них, вероятно, необычайно волнующий, и они, несомненно, считают, что так оно и будет длиться, — молодые пары всегда так думают. А еще они думают, что с одиночеством покончено.

   — Оливия Киттеридж · книга
4. «

   Нужно принимать своих детей такими, какие они есть, какими бы они ни были.

   Нужно принимать своих детей такими, какие они есть, какими бы они ни были.

   — Оливия Киттеридж · книга
5. «

   В последние время им так весело вместе, они по-настоящему развлекаются. Вроде бы их семейная жизнь была долгой трапезой из многих сложных блюд, а теперь наступило время прелестного десерта.

   В последние время им так весело вместе, они по-настоящему развлекаются. Вроде бы их семейная жизнь была долгой трапезой из многих сложных блюд, а теперь наступило время прелестного десерта.

   — Оливия Киттеридж · книга
6. «

   С врачами часто чувствуешь себя мерзко, просто каким-то куском жира, едущим по конвейеру.

   С врачами часто чувствуешь себя мерзко, просто каким-то куском жира, едущим по конвейеру.

   — Оливия Киттеридж · книга
7. «

   Позволяй людям говорить. Большинство из них, если им не мешать, способны сами наговорить себе петлю вокруг шеи.

   Позволяй людям говорить. Большинство из них, если им не мешать, способны сами наговорить себе петлю вокруг шеи.

   — Джим Берджесс · книга
8. «

   — Ты голодаешь. Девочка не пошевелилась, только произнесла: — Угу. — Я тоже голодаю, — сказала Оливия. Девочка уставилась на нее молча. — Да, голодаю, — повторила Оливия. — Иначе отчего же, по-твоему, я съедаю каждый пончик, который попадается мне на глаза?! — Вы-то не голодаете, — с отвращением произнесла Нина. — Конечно, голодаю. Все мы голодаем.

   — Ты голодаешь. Девочка не пошевелилась, только произнесла: — Угу. — Я тоже голодаю, — сказала Оливия. Девочка уставилась на нее молча. — Да, голодаю, — повторила Оливия. — Иначе отчего же, по-твоему, я съедаю каждый пончик, который попадается мне на глаза?! — Вы-то не голодаете, — с отвращением произнесла Нина. — Конечно, голодаю. Все мы голодаем.

   — Оливия Киттеридж · книга
9. «

   И красота бывает оскорбительной.

   И красота бывает оскорбительной.

   — Оливия Киттеридж · книга
10. «

    Это дар — иметь возможность знать человека так много лет.

    Это дар — иметь возможность знать человека так много лет.

    — Оливия Киттеридж · книга
11. «

    Молли только что, обернувшись, бросила взгляд в сторону магазина и с глубоким вздохом произносит: «Такая милая женщина. Это несправедливо». Оливия... достает из сумки темные очки, надевает их и, сердито прищурив глаза, смотрит на Молли Коллинз, потому что та, как ей кажется, сказала ужасную глупость. Ведь это глупо — считать, как считают почти все, что то, что с человеком происходит, должно быть справедливо.

    Молли только что, обернувшись, бросила взгляд в сторону магазина и с глубоким вздохом произносит: «Такая милая женщина. Это несправедливо». Оливия... достает из сумки темные очки, надевает их и, сердито прищурив глаза, смотрит на Молли Коллинз, потому что та, как ей кажется, сказала ужасную глупость. Ведь это глупо — считать, как считают почти все, что то, что с человеком происходит, должно быть справедливо.

    — Оливия Киттеридж · книга
12. «

    Вот чего не знают молодые, подумала Оливия, ложась рядом с этим мужчиной, ощутив его руку у себя на плече, на руке у локтя, ах, вот чего не знают молодые. Они не знают, что потерявшие упругость, морщинистые, состарившиеся тела испытывают такую же тягу, как их, молодые и упругие; что любовь нельзя беспечно выбрасывать, словно пирожное с блюда, где лежат еще другие пирожные, и это блюдо будет снова предложено вам. Нет, если вам предложили любовь, вы выбираете ее или — не выбираете. И если ее блюдо было наполнено добротой и великодушием Генри, а ей это казалось обременительным и она постепенно расшвыривала все это по крошке, то делала так только потому, что не понимала того, что надо было понять: она бессознательно и безрассудно проматывает день за днем.

    Вот чего не знают молодые, подумала Оливия, ложась рядом с этим мужчиной, ощутив его руку у себя на плече, на руке у локтя, ах, вот чего не знают молодые. Они не знают, что потерявшие упругость, морщинистые, состарившиеся тела испытывают такую же тягу, как их, молодые и упругие; что любовь нельзя беспечно выбрасывать, словно пирожное с блюда, где лежат еще другие пирожные, и это блюдо будет снова предложено вам. Нет, если вам предложили любовь, вы выбираете ее или — не выбираете. И если ее блюдо было наполнено добротой и великодушием Генри, а ей это казалось обременительным и она постепенно расшвыривала все это по крошке, то делала так только потому, что не понимала того, что надо было понять: она бессознательно и безрассудно проматывает день за днем.

    — Оливия Киттеридж · книга
13. «

    «А разве вы не плачете на свадьбах?» — «Не вижу причин плакать».

    «А разве вы не плачете на свадьбах?» — «Не вижу причин плакать».

    — Оливия Киттеридж · книга
14. «

    Она чувствовала, что поняла что-то важное слишком поздно и что, вероятно, так оно всегда и бывает в жизни: начинаешь понимать что-то слишком поздно.

    Она чувствовала, что поняла что-то важное слишком поздно и что, вероятно, так оно всегда и бывает в жизни: начинаешь понимать что-то слишком поздно.

    — Оливия Киттеридж · книга
15. «

    После определенной точки в семейной жизни перестаешь ссориться или ссоришься совсем иначе, не так, как раньше, потому что когда лет позади оказывается гораздо больше, чем впереди, все становится иначе.

    После определенной точки в семейной жизни перестаешь ссориться или ссоришься совсем иначе, не так, как раньше, потому что когда лет позади оказывается гораздо больше, чем впереди, все становится иначе.

    — Оливия Киттеридж · книга
16. «

    Не пугайтесь своей жажды. Если вы испугаетесь своей жажды, вы станете такими же простофилями, как все остальные.

    Не пугайтесь своей жажды. Если вы испугаетесь своей жажды, вы станете такими же простофилями, как все остальные.

    — Оливия Киттеридж · книга
17. «

    Есть в нашем мире такие мужчины, которые, когда ложатся с женщиной, ничем не отличаются от собак.

    Есть в нашем мире такие мужчины, которые, когда ложатся с женщиной, ничем не отличаются от собак.

    — Карлтон Браун · книга
18. «

    Все уверены, что они всё знают, а на самом деле никто не знает ни черта.

    Все уверены, что они всё знают, а на самом деле никто не знает ни черта.

    — Оливия Киттеридж · книга
19. «

    Годовщины — это здорово. Краткий миг для размышлений.

    Годовщины — это здорово. Краткий миг для размышлений.

    — Эннабел · книга
20. «

    — Господи, — тихо сказал Кевин. — Неужели все всё всегда знают? — О, разумеется, — утешила она. — Что же еще всем остается делать?

    — Господи, — тихо сказал Кевин. — Неужели все всё всегда знают? — О, разумеется, — утешила она. — Что же еще всем остается делать?

    — Оливия Киттеридж · книга