30 цитат Эмиля Мишеля Чорана (Сьоран) — читать онлайн

Эмиль Мишель Чоран (Сьоран) — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 30 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Открыв антологию религиозных текстов, я сразу напал на такое изречение Будды: «Ни один предмет не стоит того, чтобы его желать». Я тотчас же закрыл книгу, ибо что еще читать после этого?

   Открыв антологию религиозных текстов, я сразу напал на такое изречение Будды: «Ни один предмет не стоит того, чтобы его желать». Я тотчас же закрыл книгу, ибо что еще читать после этого?

   — Признания и проклятия · книга
2. «

   Рембо выхолостил поэзию на столетие вперед. Настоящий гений делает своих потомков импотентами.

   Рембо выхолостил поэзию на столетие вперед. Настоящий гений делает своих потомков импотентами.

   — Молитва неверующего · книга
3. «

   Человек живет не в стране, он живет внутри языка. Родина — это язык и ничего больше.

   Человек живет не в стране, он живет внутри языка. Родина — это язык и ничего больше.
4. «

   Слава моим неудачам! Я обязан им всем, что знаю.

   Слава моим неудачам! Я обязан им всем, что знаю.
5. «

   Неповторимость любого существа неотрывна от его собственной манеры заблуждаться. Первейшая заповедь — невмешательство: пусть каждый живет и умирает, как считает нужным, словно ему выпало счастье не походить ни на кого, быть этаким священным идолом. Оставьте ближних такими, каковы они есть, и они ответят вам признательностью. Так нет, вы хотите их счастья любой ценой? Тогда берегитесь.

   Неповторимость любого существа неотрывна от его собственной манеры заблуждаться. Первейшая заповедь — невмешательство: пусть каждый живет и умирает, как считает нужным, словно ему выпало счастье не походить ни на кого, быть этаким священным идолом. Оставьте ближних такими, каковы они есть, и они ответят вам признательностью. Так нет, вы хотите их счастья любой ценой? Тогда берегитесь.
6. «

   Мысли приходят на ходу, говорил Ницше. Ходьба рассеивает мысль, учил Шанкара. Я «опробовал» обе теории.

   Мысли приходят на ходу, говорил Ницше. Ходьба рассеивает мысль, учил Шанкара. Я «опробовал» обе теории.
7. «

   Достигнуть дна, добраться до последней степени униженности, махнуть на себя рукой, опуститься — и повторять это снова и снова, с бессознательным, погибельным упорством! Стать фитюлькой, нулем, смешаться с грязью; и тут, под гнётом и страхом позора, вдруг вспыхнуть и опомниться, собирая себя из собственных останков.

   Достигнуть дна, добраться до последней степени униженности, махнуть на себя рукой, опуститься — и повторять это снова и снова, с бессознательным, погибельным упорством! Стать фитюлькой, нулем, смешаться с грязью; и тут, под гнётом и страхом позора, вдруг вспыхнуть и опомниться, собирая себя из собственных останков.
8. «

   Познание самого себя всегда обходится слишком дорого, как, впрочем, и познание вообще. Когда человек доберётся до глубин, ему не захочется жить. В объяснённом мире ничто не может иметь смысла, кроме самого ничто. Предмет, который досконально осмотрели, лишается своей ценности. После этого ему лучше исчезнуть.

   Познание самого себя всегда обходится слишком дорого, как, впрочем, и познание вообще. Когда человек доберётся до глубин, ему не захочется жить. В объяснённом мире ничто не может иметь смысла, кроме самого ничто. Предмет, который досконально осмотрели, лишается своей ценности. После этого ему лучше исчезнуть.
9. «

   Любой, кто не умер в молодости, рано или поздно будет в этом раскаиваться.

   Любой, кто не умер в молодости, рано или поздно будет в этом раскаиваться.

   — Признания и проклятия · книга
10. «

    Глоток кофе и сигаретная затяжка — вот мои настоящие родители. Теперь я не курю, не пью кофе и чувствую себя сиротой. Я отказался от всего, что имел: от яда, того яда, который давал мне силу работать.

    Глоток кофе и сигаретная затяжка — вот мои настоящие родители. Теперь я не курю, не пью кофе и чувствую себя сиротой. Я отказался от всего, что имел: от яда, того яда, который давал мне силу работать.
11. «

    Я живу, словно только что умер.

    Я живу, словно только что умер.
12. «

    Сомневаться в окружающем — вещь обычная; усомниться в себе — вот настоящая мука. Только такой скепсис доводит до головокружения.

    Сомневаться в окружающем — вещь обычная; усомниться в себе — вот настоящая мука. Только такой скепсис доводит до головокружения.

    — После конца истории · книга
13. «

    Чем вы занимаетесь? — Жду.

    Чем вы занимаетесь? — Жду.
14. «

    Я являюсь самим собой, только находясь выше или ниже себя, только в приступах бешенства или уныния; на обычном моем уровне я просто не знаю, что я существую.

    Я являюсь самим собой, только находясь выше или ниже себя, только в приступах бешенства или уныния; на обычном моем уровне я просто не знаю, что я существую.

    — Горькие силлогизмы · книга
15. «

    Создать семью. Да по мне, проще основать империю.

    Создать семью. Да по мне, проще основать империю.
16. «

    Чудесно то, что каждый день приносит нам новый повод умереть.

    Чудесно то, что каждый день приносит нам новый повод умереть.

    — Признания и проклятия · книга
17. «

    Прошёлся по кладбищу Монпарнас. Все — молодые и старые — строили планы на будущее. Больше не строят.

    Прошёлся по кладбищу Монпарнас. Все — молодые и старые — строили планы на будущее. Больше не строят.
18. «

    Тоже мне — «забытый». Как будто меня кто-нибудь знал!

    Тоже мне — «забытый». Как будто меня кто-нибудь знал!
19. «

    Когда пропадает желание проявлять себя, находишь убежище в музыке — добром гении всех, кто страдает безволием.

    Когда пропадает желание проявлять себя, находишь убежище в музыке — добром гении всех, кто страдает безволием.

    — Признания и проклятия · книга
20. «

    Все, чем я обязан разрушительным, беспощадным, «вредным» книгам. Без них я бы не выжил. Только борясь с их ядом, только противостоя их гибельной мощи, я набрал силу и привязался к жизни. Это были укрепляющие книги: они пробудили во мне сопротивление. Я прочел почти всё, что нужно, чтобы пойти ко дну, но именно так я сумел избежать кораблекрушения. Чем «токсичнее» книга, тем лучше она меня взбадривает. Я утверждаюсь единственным способом: от противного.

    Все, чем я обязан разрушительным, беспощадным, «вредным» книгам. Без них я бы не выжил. Только борясь с их ядом, только противостоя их гибельной мощи, я набрал силу и привязался к жизни. Это были укрепляющие книги: они пробудили во мне сопротивление. Я прочел почти всё, что нужно, чтобы пойти ко дну, но именно так я сумел избежать кораблекрушения. Чем «токсичнее» книга, тем лучше она меня взбадривает. Я утверждаюсь единственным способом: от противного.