41 цитата Энна Бронте для поста и дневника

Энн Бронте — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 41 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   My soul is awakened, my spirit is soaring And carried aloft on the wings of the breez; For above and around me the wild wind is roaring, Arousing to rapture the earth and the seas.

   My soul is awakened, my spirit is soaring And carried aloft on the wings of the breez; For above and around me the wild wind is roaring, Arousing to rapture the earth and the seas.
2. «

   Благочестие, на мой взгляд, придает особое очарование, но им, как и всем хорошим, не следует злоупотреблять.

   Благочестие, на мой взгляд, придает особое очарование, но им, как и всем хорошим, не следует злоупотреблять.

   — Артур Хантингдон · книга
3. «

   И слезы, и улыбки для меня едины и не связаны строго с тем или иным душевным состоянием. Я часто плачу, когда счастлива, и улыбаюсь, когда печальна.

   И слезы, и улыбки для меня едины и не связаны строго с тем или иным душевным состоянием. Я часто плачу, когда счастлива, и улыбаюсь, когда печальна.

   — Хелен Грэхем · книга
4. «

   Улещивать и упрашивать куда надежнее, чем приказывать.

   Улещивать и упрашивать куда надежнее, чем приказывать.

   — Хелен Грэхем · книга
5. «

   Истинная дружба невозможна без близкого знакомства.

   Истинная дружба невозможна без близкого знакомства.

   — Хелен Грэхем · книга
6. «

   Сожалея об утрате земных наслаждений ради райского блаженства, мы уподобляемся ползучей гусенице, которая начала бы сетовать, что ей в дальнейшем суждено больше не грызть листочки, а взмыть в воздух и по собственной воле перепархивать с цветка на цветок, пить сладкий нектар из их чашечек или нежиться на солнце среди их душистых лепестков! Знай эти крохотные создания, какая великая перемена их ожидает, без сомнения, они ее не страшились бы.

   Сожалея об утрате земных наслаждений ради райского блаженства, мы уподобляемся ползучей гусенице, которая начала бы сетовать, что ей в дальнейшем суждено больше не грызть листочки, а взмыть в воздух и по собственной воле перепархивать с цветка на цветок, пить сладкий нектар из их чашечек или нежиться на солнце среди их душистых лепестков! Знай эти крохотные создания, какая великая перемена их ожидает, без сомнения, они ее не страшились бы.

   — Хелен Грэхем · книга
7. «

   Если вы хотите, чтобы ваш сын прошел по жизни с достоинством, не старайтесь убирать камни у него из — под ног, но научите не спотыкаться о них.

   Если вы хотите, чтобы ваш сын прошел по жизни с достоинством, не старайтесь убирать камни у него из — под ног, но научите не спотыкаться о них.

   — Гилберт Маркхем · книга
8. «

   Если мы способны только чернить тех, кто достойнее нас, то не лучше ли помолчать?

   Если мы способны только чернить тех, кто достойнее нас, то не лучше ли помолчать?

   — Гилберт Маркхем · книга
9. «

   Если же я иной раз и позволю себе взглянуть на другую, тебе нечего на это сетовать: это же просто мгновенная вспышка молнии, а моя любовь к тебе пылает ровно и вечно, как солнце.

   Если же я иной раз и позволю себе взглянуть на другую, тебе нечего на это сетовать: это же просто мгновенная вспышка молнии, а моя любовь к тебе пылает ровно и вечно, как солнце.

   — Артур Хантингдон · книга
10. «

    Ах, вам никто не мешает оставить последнее слово за собой. Только я, к сожалению, не могу повременить, чтобы его выслушать.

    Ах, вам никто не мешает оставить последнее слово за собой. Только я, к сожалению, не могу повременить, чтобы его выслушать.

    — Хелен Грэхем · книга
11. «

    В любви нет посредника лучше привязчивого бесхитростного малыша, который всегда готов спаять разделенные сердца, перебросить мост через угрюмый ров условностей, растопить лед холодной сдержанности и сокрушить стену пустых требований приличия и гордости.

    В любви нет посредника лучше привязчивого бесхитростного малыша, который всегда готов спаять разделенные сердца, перебросить мост через угрюмый ров условностей, растопить лед холодной сдержанности и сокрушить стену пустых требований приличия и гордости.

    — Гилберт Маркхем · книга
12. «

    Те, кто наделен красотой, пусть будут благодарны за нее и обратят ее на пользу, как любой другой талант. Те же, кто ее лишен, пусть не сетуют напрасно, а пробуют обойтись без нее. Во всяком случае, хотя красоте и придается чрезмерное значение, она — дар Божий, и презирать ее не должно.

    Те, кто наделен красотой, пусть будут благодарны за нее и обратят ее на пользу, как любой другой талант. Те же, кто ее лишен, пусть не сетуют напрасно, а пробуют обойтись без нее. Во всяком случае, хотя красоте и придается чрезмерное значение, она — дар Божий, и презирать ее не должно.

    — Агнес Грей · книга
13. «

    Уж лучше просто продать себя в рабство, чем выйти за человека вам неприятного.

    Уж лучше просто продать себя в рабство, чем выйти за человека вам неприятного.

    — Хелен Грэхем · книга
14. «

    Шахматы игра не для общества, партнеры не замечают никого, кроме друг друга.

    Шахматы игра не для общества, партнеры не замечают никого, кроме друг друга.

    — Хелен Грэхем · книга
15. «

    Пусть глаза твои будут слепы к поверхностному блеску, твои уши глухи ко всем ухищрениям лести, к самым вкрадчивым улещиваниям.

    Пусть глаза твои будут слепы к поверхностному блеску, твои уши глухи ко всем ухищрениям лести, к самым вкрадчивым улещиваниям.

    — Пегги Максуэлл · книга
16. «

    Исправиться вообще никогда не поздно, лишь бы было искреннее желание и нашлась бы сила воли привести свое намерение в исполнение.

    Исправиться вообще никогда не поздно, лишь бы было искреннее желание и нашлась бы сила воли привести свое намерение в исполнение.

    — Хелен Грэхем · книга
17. «

    От горя нет лучше средства, чем работа.

    От горя нет лучше средства, чем работа.

    — Элиза Миллуорд · книга
18. «

    А я несчастна — даже самой себе боюсь признаться, как несчастна! И гордость не приходит мне на помощь. Она ввергла меня в эту беду, но не хочет выручить.

    А я несчастна — даже самой себе боюсь признаться, как несчастна! И гордость не приходит мне на помощь. Она ввергла меня в эту беду, но не хочет выручить.

    — Хелен Грэхем · книга
19. «

    Мне кажется, наш суровый пол недолюбливает кошечек и птичек потому, что прекрасные девицы и дамы изливают на них слишком уж много нежности.

    Мне кажется, наш суровый пол недолюбливает кошечек и птичек потому, что прекрасные девицы и дамы изливают на них слишком уж много нежности.

    — Гилберт Маркхем · книга
20. «

    Чем больше счастья предлагает мне природа, тем сильнее томит меня тоска, что он не вкушает его со мной. Чем больше блаженство, которое мы могли бы делить, тем болезненнее я ощущаю, как мы несчастны в разлуке!

    Чем больше счастья предлагает мне природа, тем сильнее томит меня тоска, что он не вкушает его со мной. Чем больше блаженство, которое мы могли бы делить, тем болезненнее я ощущаю, как мы несчастны в разлуке!

    — Хелен Грэхем · книга