67 цитат Энна Бронте — коротко и по делу

Энн Бронте — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 67 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Благочестие, на мой взгляд, придает особое очарование, но им, как и всем хорошим, не следует злоупотреблять.

   Благочестие, на мой взгляд, придает особое очарование, но им, как и всем хорошим, не следует злоупотреблять.

   — Артур Хантингдон · книга
2. «

   Чем больше любил бы ты Господа, тем глубже и преданнее была бы твоя любовь ко мне!

   Чем больше любил бы ты Господа, тем глубже и преданнее была бы твоя любовь ко мне!

   — Хелен Грэхем · книга
3. «

   Нет, прекрасная дама, любоваться вами издали — жребий более завидный, чем делить с вами кров!

   Нет, прекрасная дама, любоваться вами издали — жребий более завидный, чем делить с вами кров!

   — Гилберт Маркхем · книга
4. «

   Наши желания подобны труту: кремень и сталь обстоятельств то и дело высекают искры, которые тут же гаснут, если только не попадают на трут наших желаний, а тогда тотчас вспыхивают огнем надежды.

   Наши желания подобны труту: кремень и сталь обстоятельств то и дело высекают искры, которые тут же гаснут, если только не попадают на трут наших желаний, а тогда тотчас вспыхивают огнем надежды.

   — Агнес Грей · книга
5. «

   Если полное воздержание — и зло, хотя многие в этом сомневаются, то злоупотребление — еще большее зло, этого отрицать нельзя.

   Если полное воздержание — и зло, хотя многие в этом сомневаются, то злоупотребление — еще большее зло, этого отрицать нельзя.

   — Фредерик Лоренс · книга
6. «

   Но божеству можно только поклоняться. И я поклоняюсь Аннабелле, но я ее не люблю, а вот тебя, Милисент, люблю, но не поклоняюсь тебе!

   Но божеству можно только поклоняться. И я поклоняюсь Аннабелле, но я ее не люблю, а вот тебя, Милисент, люблю, но не поклоняюсь тебе!

   — Ральф Хэттерсли · книга
7. «

   Хотя я и ненавижу его всей душой и был бы рад любому его несчастью, но мщение оставлю Богу.

   Хотя я и ненавижу его всей душой и был бы рад любому его несчастью, но мщение оставлю Богу.

   — Лорд Лоуборо · книга
8. «

   По его убеждению, жена — это механизм, назначение которого преданно любить мужа и сидеть дома. Она должна ухаживать за своим повелителем, развлекать его и всячески ублажать, пока он изволит оставаться с ней. А в его отсутствие ей положено блюсти его интересы во всем, что от нее зависит, и терпеливо ждать его возвращения, независимо от того, чем он занимается вдали от нее.

   По его убеждению, жена — это механизм, назначение которого преданно любить мужа и сидеть дома. Она должна ухаживать за своим повелителем, развлекать его и всячески ублажать, пока он изволит оставаться с ней. А в его отсутствие ей положено блюсти его интересы во всем, что от нее зависит, и терпеливо ждать его возвращения, независимо от того, чем он занимается вдали от нее.

   — Хелен Грэхем · книга
9. «

   Никто не способен находить счастье в вечном одиночестве.

   Никто не способен находить счастье в вечном одиночестве.

   — Гилберт Маркхем · книга
10. «

    — Мне почти жаль, что я художница, — заметила миссис Грэхем. — Почему? Казалось бы, в такие мгновения вы должны радоваться вашему редкому умению подражать сверкающим и нежным краскам природы. — О нет! Вместо того чтобы просто наслаждаться ими, подобно прочим людям, я мысленно ищу способа, как передать их на холсте точно такими же. А это заведомо невозможно: одна лишь суета сует и смятение духа.

    — Мне почти жаль, что я художница, — заметила миссис Грэхем. — Почему? Казалось бы, в такие мгновения вы должны радоваться вашему редкому умению подражать сверкающим и нежным краскам природы. — О нет! Вместо того чтобы просто наслаждаться ими, подобно прочим людям, я мысленно ищу способа, как передать их на холсте точно такими же. А это заведомо невозможно: одна лишь суета сует и смятение духа.

    — Хелен Грэхем · книга
11. «

    Мне кажется, наш суровый пол недолюбливает кошечек и птичек потому, что прекрасные девицы и дамы изливают на них слишком уж много нежности.

    Мне кажется, наш суровый пол недолюбливает кошечек и птичек потому, что прекрасные девицы и дамы изливают на них слишком уж много нежности.

    — Гилберт Маркхем · книга
12. «

    Дайте мне назвать своей ту, кого я люблю, и я поклянусь ей в вечной верности, ей одной, летом и зимой, в молодости и в старости, в жизни и в смерти. Если старость и смерть все-таки неизбежны.

    Дайте мне назвать своей ту, кого я люблю, и я поклянусь ей в вечной верности, ей одной, летом и зимой, в молодости и в старости, в жизни и в смерти. Если старость и смерть все-таки неизбежны.

    — Артур Хантингдон · книга
13. «

    Если бы только он мог понять и почувствовать всю полноту причиненного мне зла, я была бы отомщена. И простила бы всем сердцем.

    Если бы только он мог понять и почувствовать всю полноту причиненного мне зла, я была бы отомщена. И простила бы всем сердцем.

    — Хелен Грэхем · книга
14. «

    Он знает, что он — мое солнце, но когда ему угодно отнимать у меня свой свет, мое небо, по его мнению, должно оставаться в полном мраке. И он не желает, чтобы этот мрак смягчался слабым сиянием месяца.

    Он знает, что он — мое солнце, но когда ему угодно отнимать у меня свой свет, мое небо, по его мнению, должно оставаться в полном мраке. И он не желает, чтобы этот мрак смягчался слабым сиянием месяца.

    — Хелен Грэхем · книга
15. «

    Бог — это Извечная Мудрость, Сила и Милосердие… и Любовь. Но если такое понятие слишком непостижимо для твоего человеческого сознания, если твой ум теряется перед бесконечной его безмерностью, то обрати мысли к Тому, Кто снизошел разделить с нами нашу природу и даже вознесся на Небеса в своей преображенной, но человеческой плоти. К Тому, в Ком сияет вся полнота Божественного Начала.

    Бог — это Извечная Мудрость, Сила и Милосердие… и Любовь. Но если такое понятие слишком непостижимо для твоего человеческого сознания, если твой ум теряется перед бесконечной его безмерностью, то обрати мысли к Тому, Кто снизошел разделить с нами нашу природу и даже вознесся на Небеса в своей преображенной, но человеческой плоти. К Тому, в Ком сияет вся полнота Божественного Начала.

    — Хелен Грэхем · книга
16. «

    Я попытался развеселить её, и к концу это мне как будто удалось, но совесть начала меня грызть еще сильнее, так как я знал, что рано или поздно порву эти узы и только пробуждаю ложные надежды, оттягивая неизбежный чёрный день.

    Я попытался развеселить её, и к концу это мне как будто удалось, но совесть начала меня грызть еще сильнее, так как я знал, что рано или поздно порву эти узы и только пробуждаю ложные надежды, оттягивая неизбежный чёрный день.

    — Гилберт Маркхем · книга
17. «

    Снисходительность к вам, мистер Хантингдон, для меня ничего изменить не сможет, если речь идет о счастье моей племянницы.

    Снисходительность к вам, мистер Хантингдон, для меня ничего изменить не сможет, если речь идет о счастье моей племянницы.

    — Пегги Максуэлл · книга
18. «

    То, что особенно влечет влюбленного, часто оборачивается величайшими мучениями для мужа.

    То, что особенно влечет влюбленного, часто оборачивается величайшими мучениями для мужа.

    — Мистер Скукхем · книга
19. «

    Если женщина прекрасна собой и прекрасна душой, почти все хвалить её будут за то, и за другое — но особенно за первое. Если же, с другой стороны, ее внешность и характер равно неприятны, в вину ей в первую очередь ставят некрасивость, сразу же оскорбляющую посторонний взгляд. Если же дурнушка наделена превосходными душевными качествами, о них-особенно если он робка и ведет уединенную жизнь-никто даже не узнает, кроме самых близких ей людей. Все прочие же, напротив, склонны составлять самое неблагоприятное мнение о её уме и характере, хотя бы в несознательном стремлении оправдать инстинктивную неприязнь к существу, столь обделенному природой. Прямо обратное происходит с той, чей ангельский облик прячет черное сердце или придает обманчивое ложное обаяние порокам и причудам, которых ни в ком другом не потерпели бы.

    Если женщина прекрасна собой и прекрасна душой, почти все хвалить её будут за то, и за другое — но особенно за первое. Если же, с другой стороны, ее внешность и характер равно неприятны, в вину ей в первую очередь ставят некрасивость, сразу же оскорбляющую посторонний взгляд. Если же дурнушка наделена превосходными душевными качествами, о них-особенно если он робка и ведет уединенную жизнь-никто даже не узнает, кроме самых близких ей людей. Все прочие же, напротив, склонны составлять самое неблагоприятное мнение о её уме и характере, хотя бы в несознательном стремлении оправдать инстинктивную неприязнь к существу, столь обделенному природой. Прямо обратное происходит с той, чей ангельский облик прячет черное сердце или придает обманчивое ложное обаяние порокам и причудам, которых ни в ком другом не потерпели бы.

    — Агнес Грей · книга
20. «

    Ты опять принимаешься грозить мне утратой твоей любви? Если ее так легко уничтожить, значит, она никогда не была настоящей!

    Ты опять принимаешься грозить мне утратой твоей любви? Если ее так легко уничтожить, значит, она никогда не была настоящей!

    — Артур Хантингдон · книга