44 цитаты Энтони Бёрджесса, ставших крылатыми

Энтони Бёрджесс — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 44 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Я не фанатик. Но когда я вижу подлость, я стремлюсь ее уничтожить.

   Я не фанатик. Но когда я вижу подлость, я стремлюсь ее уничтожить.

   — Заводной апельсин · книга
2. «

   У тех, кто поступает по справедливости, друзей не бывает.

   У тех, кто поступает по справедливости, друзей не бывает.

   — Железо, ржавое железо · книга
3. «

   Жизнь — это только процесс выбора момента смерти. Вся жизнь является непрерывной отсрочкой этого момента, потому что выбор так труден! Не делать выбора — огромное облегчение.

   Жизнь — это только процесс выбора момента смерти. Вся жизнь является непрерывной отсрочкой этого момента, потому что выбор так труден! Не делать выбора — огромное облегчение.

   — Вожделеющее семя · книга
4. «

   Что нужно Господу? Нужно ли ему добро или выбор добра? Быть может, человек, выбравший зло, в чем-то лучше человека доброго, но доброго не по своему выбору?

   Что нужно Господу? Нужно ли ему добро или выбор добра? Быть может, человек, выбравший зло, в чем-то лучше человека доброго, но доброго не по своему выбору?

   — Заводной апельсин · книга
5. «

   ...те, кто громче всех кричат о правах человека, не любят предоставлять эти самые права другим.

   ...те, кто громче всех кричат о правах человека, не любят предоставлять эти самые права другим.

   — Железо, ржавое железо · книга
6. «

   Кто долго ждет своего часа, тот дождется.

   Кто долго ждет своего часа, тот дождется.

   — Алекс · книга
7. «

   Война как великий афродозиак, великий податель мира, лекарство от скуки, вселенского страха, меланхолии, апатии, хандры? Или война сама по себе огромный примитивный сексуальный акт, выливающийся в расслабление и опадание, и «малая смерть» оргазма не просто метафора? Значит, война в конечном итоге великий распорядитель, садовник и стимулятор, и оправдание плодовитости?

   Война как великий афродозиак, великий податель мира, лекарство от скуки, вселенского страха, меланхолии, апатии, хандры? Или война сама по себе огромный примитивный сексуальный акт, выливающийся в расслабление и опадание, и «малая смерть» оргазма не просто метафора? Значит, война в конечном итоге великий распорядитель, садовник и стимулятор, и оправдание плодовитости?

   — Вожделеющее семя · книга
8. «

   Думает glupi, a umni действует по озарению, как bog на душу положит.

   Думает glupi, a umni действует по озарению, как bog на душу положит.

   — Заводной апельсин · книга
9. «

   Настоящих врагов следует искать среди нейтралов — тех, кто извлекает выгоду из непрекращающейся жизненной борьбы, стоя от нее в стороне.

   Настоящих врагов следует искать среди нейтралов — тех, кто извлекает выгоду из непрекращающейся жизненной борьбы, стоя от нее в стороне.

   — Трепет намерения · книга
10. «

    Да, погиб, бллин. Мертв, как собачий kal на дороге.

    Да, погиб, бллин. Мертв, как собачий kal на дороге.

    — Заводной апельсин · книга
11. «

    Красота неизменно вызывала у меня единственное желание — разрушить ее, так как она совершенно не вписывалась в наш уродливый мир.

    Красота неизменно вызывала у меня единственное желание — разрушить ее, так как она совершенно не вписывалась в наш уродливый мир.

    — Заводной апельсин · книга
12. «

    Главное — традиции свободы. Простые люди расстаются с ними, не моргнув глазом. За спокойную жизнь готовы продать свободу.

    Главное — традиции свободы. Простые люди расстаются с ними, не моргнув глазом. За спокойную жизнь готовы продать свободу.

    — Ф. Александр · книга
13. «

    Шиза косит наши ряды.

    Шиза косит наши ряды.

    — Заводной апельсин · книга
14. «

    Но больше всего веселило меня, бллин, то усердие, с которым они, грызя ногти на пальцах ног, пытаются докопаться до причины того, почему я такой плохой. Почему люди хорошие, они дознаться не пытаются, а тут такое рвение! Хорошие люди те, которым это нравится, причем я никоим образом не лишаю их этого удовольствия, и точно так же насчет плохих. У тех своя компания, у этих своя. Более того, когда человек плохой, это просто свойство его натуры, его личности – моей, твоей, его, каждого в своем odinotshestve, – а натуру эту сотворил Бог, или Gog, или кто угодно в великом акте радостного творения. Неличность не может смириться с тем, что у кого-то эта самая личность плохая, в том смысле, что правительство, судьи и школы не могут позволить нам быть плохими, потому что они не могут позволить нам быть личностями. Да и не вся ли наша современная история, бллин, это история борьбы маленьких храбрых личностей против огромной машины? Я это серьезно, бллин, совершенно серьезно. Но то, что я делаю, я делаю потому, что мне нравится это делать.

    Но больше всего веселило меня, бллин, то усердие, с которым они, грызя ногти на пальцах ног, пытаются докопаться до причины того, почему я такой плохой. Почему люди хорошие, они дознаться не пытаются, а тут такое рвение! Хорошие люди те, которым это нравится, причем я никоим образом не лишаю их этого удовольствия, и точно так же насчет плохих. У тех своя компания, у этих своя. Более того, когда человек плохой, это просто свойство его натуры, его личности – моей, твоей, его, каждого в своем odinotshestve, – а натуру эту сотворил Бог, или Gog, или кто угодно в великом акте радостного творения. Неличность не может смириться с тем, что у кого-то эта самая личность плохая, в том смысле, что правительство, судьи и школы не могут позволить нам быть плохими, потому что они не могут позволить нам быть личностями. Да и не вся ли наша современная история, бллин, это история борьбы маленьких храбрых личностей против огромной машины? Я это серьезно, бллин, совершенно серьезно. Но то, что я делаю, я делаю потому, что мне нравится это делать.

    — Заводной апельсин · книга
15. «

    — Ага, я всем друг, — отвечаю, — кроме тех, кому враг. — А кому ты враг? — спросил министр, и все газетчики схватились за свои блокноты. — Скажи нам, мой мальчик. — Моим врагам, — отвечаю, — всем тем, кто плохо себя ведет со мной.

    — Ага, я всем друг, — отвечаю, — кроме тех, кому враг. — А кому ты враг? — спросил министр, и все газетчики схватились за свои блокноты. — Скажи нам, мой мальчик. — Моим врагам, — отвечаю, — всем тем, кто плохо себя ведет со мной.

    — Заводной апельсин · книга
16. «

    Я понимаю, что такое добро, и одобряю его, но делаю при этом зло.

    Я понимаю, что такое добро, и одобряю его, но делаю при этом зло.

    — Заводной апельсин · книга
17. «

    Все ругательства в основе своей религиозны. Все они относятся к плодородию, к процессам плодородия или органам деторождения. Бог, как нас учат, есть любовь.

    Все ругательства в основе своей религиозны. Все они относятся к плодородию, к процессам плодородия или органам деторождения. Бог, как нас учат, есть любовь.

    — Вожделеющее семя · книга
18. «

    В общем, бллин, они ушли. Удалились по своим делам, посвященным, как я себе это представлял, тому, чтобы делать политику и всякий прочий kal, а я лежал на кровати в odi notshestve и полной тишине. В кровать я повалился, едва скинув govnodavy и приспустив галстук, лежал и совершенно не мог себе представить, что у меня теперь будет за zhiznn. В голове проносились всякие разные картины, вспоминались люди, которых я встречал в школе и тюрьме, ситуации, в которых приходилось оказываться, и все складывалось так, что никому на всем bollshom белом свете нельзя верить.

    В общем, бллин, они ушли. Удалились по своим делам, посвященным, как я себе это представлял, тому, чтобы делать политику и всякий прочий kal, а я лежал на кровати в odi notshestve и полной тишине. В кровать я повалился, едва скинув govnodavy и приспустив галстук, лежал и совершенно не мог себе представить, что у меня теперь будет за zhiznn. В голове проносились всякие разные картины, вспоминались люди, которых я встречал в школе и тюрьме, ситуации, в которых приходилось оказываться, и все складывалось так, что никому на всем bollshom белом свете нельзя верить.

    — Алекс · книга
19. «

    Лишившись возможности выбора, человек перестает быть человеком.

    Лишившись возможности выбора, человек перестает быть человеком.

    — Заводной апельсин · книга
20. «

    Чтобы выздороветь, нужно переболеть. Очищение через страдание.

    Чтобы выздороветь, нужно переболеть. Очищение через страдание.

    — Заводной апельсин · книга