33 цитаты Эптона Синклера: от иронии до философии

Ниже 33 цитаты Эптона Синклера — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   В мире идет жестокая борьба, и если у тебя есть что-нибудь, не выпускай из рук.

   В мире идет жестокая борьба, и если у тебя есть что-нибудь, не выпускай из рук.

   — Эбнер Шатт · книга
2. «

   В бизнесе друзей не существует.

   В бизнесе друзей не существует.

   — майор Винейбл · книга
3. «

   Самой поразительной чертой столичного общества был его абсолютный, слепой материализм. Интересоваться интеллектуальными вопросами считалось признаком эксцентричности. «Общество» состояло лишь из ничтожной кучки людей, прославившихся быстротой обогащения; они собирались друг у друга во дворцах, наедались до отвала, играли в карты и сплетничали, искусственно окружая себя ореолом таинственности и величия.

   Самой поразительной чертой столичного общества был его абсолютный, слепой материализм. Интересоваться интеллектуальными вопросами считалось признаком эксцентричности. «Общество» состояло лишь из ничтожной кучки людей, прославившихся быстротой обогащения; они собирались друг у друга во дворцах, наедались до отвала, играли в карты и сплетничали, искусственно окружая себя ореолом таинственности и величия.

   — Столица · книга
4. «

   Человек — стадное животное, и ему очень трудно не делать того, что делают все, кого он знает.

   Человек — стадное животное, и ему очень трудно не делать того, что делают все, кого он знает.

   — Нефть! · книга
5. «

   Самые большие источники обогащения — страховые компании и банки. Вот где сколачиваются целые состояния.

   Самые большие источники обогащения — страховые компании и банки. Вот где сколачиваются целые состояния.

   — майор Винейбл · книга
6. «

   Лучше никогда не рассказывать одной женщине про другую, а особенно не надо их друг с другом знакомить.

   Лучше никогда не рассказывать одной женщине про другую, а особенно не надо их друг с другом знакомить.

   — Нефть! · книга
7. «

   Какое это мученье иметь более высокие моральные принципы, чем у твоего ближнего!

   Какое это мученье иметь более высокие моральные принципы, чем у твоего ближнего!

   — Аллан Монтегю · книга
8. «

   Глупо спрашивать у человека, чего он хочет; покажите ему вещь, тогда он будет знать, что ему хотеть.

   Глупо спрашивать у человека, чего он хочет; покажите ему вещь, тогда он будет знать, что ему хотеть.

   — Генри Форд · книга
9. «

   В Нью-Йорке ничего не добиться, если не идти напролом и не захватывать все, что можешь. А иначе люди будут пользоваться вами для своей выгоды.

   В Нью-Йорке ничего не добиться, если не идти напролом и не захватывать все, что можешь. А иначе люди будут пользоваться вами для своей выгоды.

   — миссис Уинни · книга
10. «

    Он ненавидел этот мир, где властвуют деньги и всплывает на поверхность все худшее, что есть в человеке; он ненавидел этот мир и горько сожалел, что решился вступить в его пределы.

    Он ненавидел этот мир, где властвуют деньги и всплывает на поверхность все худшее, что есть в человеке; он ненавидел этот мир и горько сожалел, что решился вступить в его пределы.

    — Столица · книга
11. «

    Стоит вам покуситься на их права или угрожать их власти, и вы убедитесь, как они вас возненавидят, как безжалостно очернят и погубят.

    Стоит вам покуситься на их права или угрожать их власти, и вы убедитесь, как они вас возненавидят, как безжалостно очернят и погубят.

    — Аллан Монтегю · книга
12. «

    Бог мой! Деньги тем главным образом для меня и важны, что они могут избавить меня от необходимости лгать.

    Бог мой! Деньги тем главным образом для меня и важны, что они могут избавить меня от необходимости лгать.

    — Нефть! · книга
13. «

    Во всех странах бывают тяжелые времена, уверяли его газеты, это закон природы, и от этого нет спасения.

    Во всех странах бывают тяжелые времена, уверяли его газеты, это закон природы, и от этого нет спасения.

    — Автомобильный король · книга
14. «

    Помнится, какие у меня самого были угрызения совести, после того, как я закончил колледж. Голова моя была полна красивыми афоризмами старого профессора этики. И вот меня взяли в юридический отдел Нью — Йоркской гудзоновской железной дороги. Мы разбирали тяжбу о возмещении убытков, и старый Генри Корбин, главный юрисконсульт этой дороги, передал дело мне, а потом вынул из своего стола отпечатанный на машинке список членов Верховного суда штата. «Некоторые имена, — сказал он, — помечены красным карандашом — можете направить дело к любому из них: это наши люди». Подумайте только! А я был невинен как свежевылупившийся цыпленок.

    Помнится, какие у меня самого были угрызения совести, после того, как я закончил колледж. Голова моя была полна красивыми афоризмами старого профессора этики. И вот меня взяли в юридический отдел Нью — Йоркской гудзоновской железной дороги. Мы разбирали тяжбу о возмещении убытков, и старый Генри Корбин, главный юрисконсульт этой дороги, передал дело мне, а потом вынул из своего стола отпечатанный на машинке список членов Верховного суда штата. «Некоторые имена, — сказал он, — помечены красным карандашом — можете направить дело к любому из них: это наши люди». Подумайте только! А я был невинен как свежевылупившийся цыпленок.

    — Куртис · книга
15. «

    В столице единственным мерилом превосходства были деньги, а обладание деньгами являлось свидетельством власти, и всякое, самое естественное желание мужчин и женщин мерилось только деньгами. Стремление к прекрасному, гостеприимство, наслаждение музыкой и танцами, любовь — все превратилось в повод для демонстрации богатства.

    В столице единственным мерилом превосходства были деньги, а обладание деньгами являлось свидетельством власти, и всякое, самое естественное желание мужчин и женщин мерилось только деньгами. Стремление к прекрасному, гостеприимство, наслаждение музыкой и танцами, любовь — все превратилось в повод для демонстрации богатства.

    — Столица · книга
16. «

    Если бы я решил делать деньги на Уолл-стрите, то предпочел бы контролировать пятьдесят миллионов, нежели иметь десять своих собственных.

    Если бы я решил делать деньги на Уолл-стрите, то предпочел бы контролировать пятьдесят миллионов, нежели иметь десять своих собственных.

    — Оливер · книга
17. «

    Что такое преуспевающие юристы? Это ловкие изобретатели профессиональных трюков, каждый с доходом в сотни тысяч долларов. А вот назвать хотя бы одного, который отказался бы участвовать в нечистой игре нельзя, ибо о таких никто никогда не слыхивал. Но и так совершенно ясно, что последует, если подобный человек объявится.

    Что такое преуспевающие юристы? Это ловкие изобретатели профессиональных трюков, каждый с доходом в сотни тысяч долларов. А вот назвать хотя бы одного, который отказался бы участвовать в нечистой игре нельзя, ибо о таких никто никогда не слыхивал. Но и так совершенно ясно, что последует, если подобный человек объявится.

    — Оливер Монтегю · книга
18. «

    Этот человек в Нью-Йорке — бог. Все пути к обогащению под — его контролем, он может вознести или сломить всякого, кого ему заблагорассудится. Правда, правда — он может разорить любого. Он может заставить полицию поступить так, как угодно ему. Это всего лишь вопрос денег. И он привык во всем диктаторствовать. Малейший его каприз — закон. Он покупает все, что захочет.

    Этот человек в Нью-Йорке — бог. Все пути к обогащению под — его контролем, он может вознести или сломить всякого, кого ему заблагорассудится. Правда, правда — он может разорить любого. Он может заставить полицию поступить так, как угодно ему. Это всего лишь вопрос денег. И он привык во всем диктаторствовать. Малейший его каприз — закон. Он покупает все, что захочет.

    — Аллан Монтегю · книга
19. «

    Между теоретическим взглядом и его практическим применением существует разница.

    Между теоретическим взглядом и его практическим применением существует разница.

    — Нефть! · книга
20. «

    Страшная система, известная под названием потогонной, была приведена в действие. Каждого рабочего заставляли работать до изнеможения, отдавать все свои силы до последней капли. Генри Форд, конечно, отрицал это; он так вкрадчиво, так убедительно писал о цели научного метода работы — точно установить, что может дать каждый рабочий без особого напряжения, и соответственно нагрузить его. Это была ложь, ложь!

    Страшная система, известная под названием потогонной, была приведена в действие. Каждого рабочего заставляли работать до изнеможения, отдавать все свои силы до последней капли. Генри Форд, конечно, отрицал это; он так вкрадчиво, так убедительно писал о цели научного метода работы — точно установить, что может дать каждый рабочий без особого напряжения, и соответственно нагрузить его. Это была ложь, ложь!

    — Автомобильный король · книга