180 цитат Эрика-Эмманюэля Шмитта, проверенных временем

Ниже 180 цитат Эрика-Эмманюэля Шмитта — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   ... В роду человеческом есть только два типа людей: те, что сердятся на себя, и те, что сердятся на других.

   ... В роду человеческом есть только два типа людей: те, что сердятся на себя, и те, что сердятся на других.

   — Улисс из Багдада · книга
2. «

   Всякая ненависть — это почти всегда разочаровавшаяся любовь.

   Всякая ненависть — это почти всегда разочаровавшаяся любовь.

   — Секта эгоистов · книга
3. «

   — Интересующие всех вопросы так и остаются вопросами. Они окутаны тайной. К каждому ответу нужно прибавлять «быть может». Окончательный ответ можно дать лишь на лишённые интереса вопросы. — Вы хотите сказать, что у Жизни нет единственного решения? — Я хочу сказать, что Жизнь имеет множество решений, а значит, единственного решения нет. — Я как раз думал именно об этом» Бабушка Роза, — что для жизни нет иного решения, чем просто жить.

   — Интересующие всех вопросы так и остаются вопросами. Они окутаны тайной. К каждому ответу нужно прибавлять «быть может». Окончательный ответ можно дать лишь на лишённые интереса вопросы. — Вы хотите сказать, что у Жизни нет единственного решения? — Я хочу сказать, что Жизнь имеет множество решений, а значит, единственного решения нет. — Я как раз думал именно об этом» Бабушка Роза, — что для жизни нет иного решения, чем просто жить.

   — Бабушка Роза · книга
4. «

   Все мужчины — обманщики, непостоянны, лживы, болтливы, лицемерны, надменны или трусливы, чувственны и достойны презрения; все женщины — коварны, лукавы, тщеславны, любопытны и развратны; мир — бездонная клоака, где безобразнейшие гады ползают и корчатся на горах грязи; но в мире есть нечто священное и высокое, это — союз двух таких существ, столь несовершенных и ужасных! В любви часто бываешь обманут, часто бываешь несчастным; но ты любишь, и, стоя на краю могилы, ты сможешь обернуться, чтобы взглянуть назад и сказать: я часто страдал, я не раз был обманут, но я любил. И жил я, я, а не искусственное существо, созданное моим воображением и моею скукой.

   Все мужчины — обманщики, непостоянны, лживы, болтливы, лицемерны, надменны или трусливы, чувственны и достойны презрения; все женщины — коварны, лукавы, тщеславны, любопытны и развратны; мир — бездонная клоака, где безобразнейшие гады ползают и корчатся на горах грязи; но в мире есть нечто священное и высокое, это — союз двух таких существ, столь несовершенных и ужасных! В любви часто бываешь обманут, часто бываешь несчастным; но ты любишь, и, стоя на краю могилы, ты сможешь обернуться, чтобы взглянуть назад и сказать: я часто страдал, я не раз был обманут, но я любил. И жил я, я, а не искусственное существо, созданное моим воображением и моею скукой.

   — Анка · книга
5. «

   Цинизм — это поручни, за которые цепляются в случае всемирного катаклизма.

   Цинизм — это поручни, за которые цепляются в случае всемирного катаклизма.

   — Энни · книга
6. «

   Эти женщины ничего не сделали, они ни о чём не просят, они просто подчиняются. Что бы ни случилось, они — всегда жертвы.

   Эти женщины ничего не сделали, они ни о чём не просят, они просто подчиняются. Что бы ни случилось, они — всегда жертвы.

   — Ханна · книга
7. «

   Иные потрясения оказываются настолько мощными, что ломают нас, независимо от того, счастливые они или наоборот.

   Иные потрясения оказываются настолько мощными, что ломают нас, независимо от того, счастливые они или наоборот.

   — Дети Ноя · книга
8. «

   Люди сами причиняют друг другу зло, и Бог тут совершенно ни при чем. Он сотворил людей свободными. А это значит, что мы радуемся или страдаем независимо от наших достоинств или недостатков. Какую жуткую роль ты хочешь отвести Богу! Неужто ты можешь хоть на миг допустить, что тех, кому удалось спастись от нацистов, Бог любит, а тех, кому не удалось, — ненавидит? Нет, Бог не вмешивается в наши дела!

   Люди сами причиняют друг другу зло, и Бог тут совершенно ни при чем. Он сотворил людей свободными. А это значит, что мы радуемся или страдаем независимо от наших достоинств или недостатков. Какую жуткую роль ты хочешь отвести Богу! Неужто ты можешь хоть на миг допустить, что тех, кому удалось спастись от нацистов, Бог любит, а тех, кому не удалось, — ненавидит? Нет, Бог не вмешивается в наши дела!

   — Дети Ноя · книга
9. «

   Стоит тебе поверить в него, и он с каждым разом будет становиться чуть более реальным. Прояви упорство, и он действительно будет существовать для тебя. И тогда это принесет тебе благо.

   Стоит тебе поверить в него, и он с каждым разом будет становиться чуть более реальным. Прояви упорство, и он действительно будет существовать для тебя. И тогда это принесет тебе благо.

   — Розовая дама · книга
10. «

    ... Компенсировать — не значит искупить.

    ... Компенсировать — не значит искупить.

    — Женщина в зеркале · книга
11. «

    Так что самая злостная пагуба не имеет никакого отношения к уму или глупости. Идиот, который сомневается, не так опасен, как дурак, который знает. Ошибаются все, как гении, так и люди недалекого ума, и опасна не ошибка, но фанатизм того, кто думает, что не ошибается.

    Так что самая злостная пагуба не имеет никакого отношения к уму или глупости. Идиот, который сомневается, не так опасен, как дурак, который знает. Ошибаются все, как гении, так и люди недалекого ума, и опасна не ошибка, но фанатизм того, кто думает, что не ошибается.

    — Другая судьба · книга
12. «

    Мой юный друг, каждый из нас проживает три жизни. Первая — телесная, ибо каждый из нас есть тело. Вторая — духовная, ибо все мы обладаем сознанием. И третья — словесная, ибо мы есть то, что о нас говорят.

    Мой юный друг, каждый из нас проживает три жизни. Первая — телесная, ибо каждый из нас есть тело. Вторая — духовная, ибо все мы обладаем сознанием. И третья — словесная, ибо мы есть то, что о нас говорят.

    — Как я был произведением искусства · книга
13. «

    Окончательный ответ можно дать лишь на лишенные интереса вопросы.

    Окончательный ответ можно дать лишь на лишенные интереса вопросы.

    — Оскар и Розовая дама · книга
14. «

    Мы не меняемся, мы становимся глубже.

    Мы не меняемся, мы становимся глубже.

    — Концерт «Памяти ангела» · книга
15. «

    Никто не руководит этой войной. Все – ее жертвы. Не видят, в кого стреляют. И враги, и товарищи обретают лица только после смерти. Это выше человеческих сил. Человек вложил в войну всю силу своей индустрии, все, что производит его металлургия, но, как ученик чародея, он больше не властен над машиной, которую запустил. Теперь сталь и огонь мстят ему, словно сами собой вырываясь из недр земных.

    Никто не руководит этой войной. Все – ее жертвы. Не видят, в кого стреляют. И враги, и товарищи обретают лица только после смерти. Это выше человеческих сил. Человек вложил в войну всю силу своей индустрии, все, что производит его металлургия, но, как ученик чародея, он больше не властен над машиной, которую запустил. Теперь сталь и огонь мстят ему, словно сами собой вырываясь из недр земных.

    — Другая судьба · книга
16. «

    Мне кажется на этой земле живет два вида чудовищ: те, что думают только о себе, и те, что думают только о других. Иначе говоря, негодяи-эгоисты и негодяи — альтруисты. Генрих относится к первой категории, ибо свое удовольствие и успех он ставит превыше всего. Однако, сколь бы вредоносен он ни был, ему далеко до злодея второй категории. Негодяи — альтруисты творят куда больше зла, ибо ничто их не остановит — ни удовольствие, ни насыщение, ни деньги, ни слава. Почему? Потому что негодяи — альтруисты не думают о себе, они выходят за рамки личного злодейства и достигают больших карьерных высот на публичном поприще. Они чувствуют себя обличенными миссией, они действует — в своих глазах — лишь для общего блага, они убеждены, что хорошо поступают упраздняя свободы, бросая в тюрьмы своих противников и даже расстреливая их. Они не видят чужой доли. Они вытирают окровавленные руки лоскутом своего идеала, устремив взгляд к горизонту будущего, они не способны разглядеть людей по отдельности, они обещают своим подданным лучшие времена, заставляя их жить в худшие. И ничто, ничто и никогда, не встанет на их пути. Ибо они заведомо правы. Они знают. Не их идеи убивают, но их отношения со своими идеями: уверенность. Уверенный человек — это человек вооруженный. Уверенный человек, которому перечат, становится убийцей. Он убивает сомнение. Его убежденность дат ему силу отрицать без споров и сожалений. Он мыслит из огнемета. Утверждает из пушки.

    Мне кажется на этой земле живет два вида чудовищ: те, что думают только о себе, и те, что думают только о других. Иначе говоря, негодяи-эгоисты и негодяи — альтруисты. Генрих относится к первой категории, ибо свое удовольствие и успех он ставит превыше всего. Однако, сколь бы вредоносен он ни был, ему далеко до злодея второй категории. Негодяи — альтруисты творят куда больше зла, ибо ничто их не остановит — ни удовольствие, ни насыщение, ни деньги, ни слава. Почему? Потому что негодяи — альтруисты не думают о себе, они выходят за рамки личного злодейства и достигают больших карьерных высот на публичном поприще. Они чувствуют себя обличенными миссией, они действует — в своих глазах — лишь для общего блага, они убеждены, что хорошо поступают упраздняя свободы, бросая в тюрьмы своих противников и даже расстреливая их. Они не видят чужой доли. Они вытирают окровавленные руки лоскутом своего идеала, устремив взгляд к горизонту будущего, они не способны разглядеть людей по отдельности, они обещают своим подданным лучшие времена, заставляя их жить в худшие. И ничто, ничто и никогда, не встанет на их пути. Ибо они заведомо правы. Они знают. Не их идеи убивают, но их отношения со своими идеями: уверенность. Уверенный человек — это человек вооруженный. Уверенный человек, которому перечат, становится убийцей. Он убивает сомнение. Его убежденность дат ему силу отрицать без споров и сожалений. Он мыслит из огнемета. Утверждает из пушки.

    — Другая судьба · книга
17. «

    Выполнять заметную работу важнее, чем быть заметным.

    Выполнять заметную работу важнее, чем быть заметным.

    — госпожа Минг · книга
18. «

    Мы все считаем себя штучными, хотя отлиты все из одной-единственной формы. Одинаковые даже в своем стремлении быть единственными.

    Мы все считаем себя штучными, хотя отлиты все из одной-единственной формы. Одинаковые даже в своем стремлении быть единственными.

    — госпожа Минг · книга
19. «

    Что такое чудовище? Человек, который творит зло многократно. Сознает ли он, что творит зло? Нет, чаще всего нет. Иногда да, но это осознание его не меняет. Ибо чудовище оправдывается в своих глазах, говоря себе, что никогда не желало зла. Это лишь злополучная случайность. В то время как столько зла творится на этой планете, никто не стремится к злу. Никто не творит его умышленно, даже самый коварный обманщик, самый жестокий убийца или самый кровавый диктатор. Каждый думает, что действует во благо, во всяком случае на благо себе, а если это благо оборачивается злом для других, если оно влечет боль, горе и разочарование, то это естественный ход вещей, он этого не хотел. У всех негодяев чистые руки.

    Что такое чудовище? Человек, который творит зло многократно. Сознает ли он, что творит зло? Нет, чаще всего нет. Иногда да, но это осознание его не меняет. Ибо чудовище оправдывается в своих глазах, говоря себе, что никогда не желало зла. Это лишь злополучная случайность. В то время как столько зла творится на этой планете, никто не стремится к злу. Никто не творит его умышленно, даже самый коварный обманщик, самый жестокий убийца или самый кровавый диктатор. Каждый думает, что действует во благо, во всяком случае на благо себе, а если это благо оборачивается злом для других, если оно влечет боль, горе и разочарование, то это естественный ход вещей, он этого не хотел. У всех негодяев чистые руки.

    — Другая судьба · книга
20. «

    Совершенствуйся. Умертви то, что живо: это твое тело. Оживи то, что мертво: это твое сердце. Спрячь то, что явно: это земной шар. Верни то, чего нет: это мир будущей жизни. Уничтожь то, что есть: это страсть. Создай то, чего не существует: это намерение.

    Совершенствуйся. Умертви то, что живо: это твое тело. Оживи то, что мертво: это твое сердце. Спрячь то, что явно: это земной шар. Верни то, чего нет: это мир будущей жизни. Уничтожь то, что есть: это страсть. Создай то, чего не существует: это намерение.

    — Мсье Ибрагим и цветы Корана · книга