Топ-14 цитат Эрика Орсенны

Подборка из 14 цитат Эрика Орсенны: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Как ты догадался, что у меня приступ тоски? — Тот, кому выпала нелегкая любовная доля, навсегда остается со шрамами. Когда погода меняется, они дают о себе знать.

   — Как ты догадался, что у меня приступ тоски? — Тот, кому выпала нелегкая любовная доля, навсегда остается со шрамами. Когда погода меняется, они дают о себе знать.

   — Габриэль · книга
2. «

   Внебрачная связь возвышает либо опустошает тех, кто подцепил эту болезнь.

   Внебрачная связь возвышает либо опустошает тех, кто подцепил эту болезнь.

   — Долгое безумие · книга
3. «

   Он мысленно обнял ее, снова застегивая пальто и натягивая перчатки. <...> Но человеческие руки слишком коротки, и что значит обнять, если удаляешься навсегда?

   Он мысленно обнял ее, снова застегивая пальто и натягивая перчатки. <...> Но человеческие руки слишком коротки, и что значит обнять, если удаляешься навсегда?

   — Долгое безумие · книга
4. «

   Я тоже свалился в мечту, как в море. И меня унесло волной.

   Я тоже свалился в мечту, как в море. И меня унесло волной.

   — Долгое безумие · книга
5. «

   Что такое женщина, нарушающая супружескую верность? Несчастнейшее в мире существо, если выходят из строя телефоны-автоматы.

   Что такое женщина, нарушающая супружескую верность? Несчастнейшее в мире существо, если выходят из строя телефоны-автоматы.

   — Долгое безумие · книга
6. «

   Если женщина дает себе труд вернуться, чтобы сказать, что все кончено, значит, все только начинается.

   Если женщина дает себе труд вернуться, чтобы сказать, что все кончено, значит, все только начинается.

   — Долгое безумие · книга
7. «

   Наши свидания — как острова. Я плыл от одного обрывка своей жизни к другому, от завтрака к чаю вдвоем, от обеда к нескольким ночным часам. И старательно подшивал эти благословенные мгновения, складывая их в архив памяти.

   Наши свидания — как острова. Я плыл от одного обрывка своей жизни к другому, от завтрака к чаю вдвоем, от обеда к нескольким ночным часам. И старательно подшивал эти благословенные мгновения, складывая их в архив памяти.

   — Габриэль · книга
8. «

   Вот почему этим утром я так долго не открывала глаза — думала, что он меня уже похитил и я нахожусь в каком-то другом месте, в новой жизни, рядом с ним.

   Вот почему этим утром я так долго не открывала глаза — думала, что он меня уже похитил и я нахожусь в каком-то другом месте, в новой жизни, рядом с ним.

   — Элизабет (Elizabeth) · книга
9. «

   Если женщина — твоя отрада и твое горе, всегда нечто новое и памятное, далекое и близкое, если стоит ей приблизиться, тебя накрывает теплой волной, и молча ввысь взмывают птицы, если малейший кусочек ее кожи читается и поется, как вольная песня, вырвавшаяся из недр фортепьяно, если ее глаза, щурясь и не смея рассмеяться, обращены к тебе, если ее волосы таковы, что одним их взмахом она сметает дни, проведенные в ожидании ее, если на ее шеи бьется как сумасшедшая яремная жилка, если ночь, и тоска, и холод вмиг обрушиваются на землю, когда она уходит, если в ушах уже звенит предвестник будущего свидания — «приди!», какой мужчина, достойный этого звания, откажется от такого чуда и предпочтет бежать, зная о препятствиях, с которыми сопряжена любовь?

   Если женщина — твоя отрада и твое горе, всегда нечто новое и памятное, далекое и близкое, если стоит ей приблизиться, тебя накрывает теплой волной, и молча ввысь взмывают птицы, если малейший кусочек ее кожи читается и поется, как вольная песня, вырвавшаяся из недр фортепьяно, если ее глаза, щурясь и не смея рассмеяться, обращены к тебе, если ее волосы таковы, что одним их взмахом она сметает дни, проведенные в ожидании ее, если на ее шеи бьется как сумасшедшая яремная жилка, если ночь, и тоска, и холод вмиг обрушиваются на землю, когда она уходит, если в ушах уже звенит предвестник будущего свидания — «приди!», какой мужчина, достойный этого звания, откажется от такого чуда и предпочтет бежать, зная о препятствиях, с которыми сопряжена любовь?

   — Долгое безумие · книга
10. «

    Странное дело: чем больше я говорил, тем моложе становились мои слушательницы — возраст, подобно слою пыли, сдуваемому ветром, сходил с них.

    Странное дело: чем больше я говорил, тем моложе становились мои слушательницы — возраст, подобно слою пыли, сдуваемому ветром, сходил с них.

    — Габриэль · книга
11. «

    ... напиваются вовсе не для того, чтобы отпраздновать наступление Нового года, а чтобы заглушить в душе дурные голоса, нашептывающие одно и тоже: а что если воспользоваться этим днем и все изменить?

    ... напиваются вовсе не для того, чтобы отпраздновать наступление Нового года, а чтобы заглушить в душе дурные голоса, нашептывающие одно и тоже: а что если воспользоваться этим днем и все изменить?

    — Долгое безумие · книга
12. «

    Роскошь продолжительного общения двух людей состоит в возможности уже после того, как зарубцевались раны, бесконечно долго выяснять некоторые обстоятельства прошлого, имеющие первостепенное значение, но не до конца понятные.

    Роскошь продолжительного общения двух людей состоит в возможности уже после того, как зарубцевались раны, бесконечно долго выяснять некоторые обстоятельства прошлого, имеющие первостепенное значение, но не до конца понятные.

    — Элизабет (Elizabeth) · книга
13. «

    Теорема: только разочарованные в жизни или рассеянные продолжают ждать женщину, которая уже пришла. Следствие: лучший способ обмануть долгое ожидание — переместить ту, которую ждешь, из прошлого в настоящее, то есть начать вспоминать о ней.

    Теорема: только разочарованные в жизни или рассеянные продолжают ждать женщину, которая уже пришла. Следствие: лучший способ обмануть долгое ожидание — переместить ту, которую ждешь, из прошлого в настоящее, то есть начать вспоминать о ней.

    — Габриэль · книга
14. «

    ... даже будучи безмерно несчастным, надо благодарить, это придает силы.

    ... даже будучи безмерно несчастным, надо благодарить, это придает силы.

    — Долгое безумие · книга