25 цитат Евгеного Водолазкин: жизненные цитаты для тех, кто любит думать

Ниже 25 цитат Евгеного Водолазкин: жизненные цитаты — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Вернувшись вечером домой, я объявил, что переселяюсь на служебную площадь. Сказал это после ужина, поскольку проблемные заявления лучше делать после еды.

   Вернувшись вечером домой, я объявил, что переселяюсь на служебную площадь. Сказал это после ужина, поскольку проблемные заявления лучше делать после еды.

   — Евгений Водолазкин · книга
2. «

   Познакомившись с нами, Ханс-Петер сказал: – Знаете, за дружбой нужно ухаживать.

   Познакомившись с нами, Ханс-Петер сказал: – Знаете, за дружбой нужно ухаживать.

   — Евгений Водолазкин · книга
3. «

   Вообще же мудрость — это прежде всего опыт. Осмысленный опыт, конечно. Если осмысления нет, то все полученные синяки бесполезны.

   Вообще же мудрость — это прежде всего опыт. Осмысленный опыт, конечно. Если осмысления нет, то все полученные синяки бесполезны.

   — Евгений Водолазкин · книга
4. «

   В молодости требуются конкретные и оперативные ответы, и если уж их пытаться где-то вычитать, то скорее в социальной сети, а не в книге. Но со временем становится ясно, что сеть и книга очень по-разному насыщают: разница примерно та же, что между семечками и хлебом. Приходит день, когда хочется хлеба. И тогда начинают читать...

   В молодости требуются конкретные и оперативные ответы, и если уж их пытаться где-то вычитать, то скорее в социальной сети, а не в книге. Но со временем становится ясно, что сеть и книга очень по-разному насыщают: разница примерно та же, что между семечками и хлебом. Приходит день, когда хочется хлеба. И тогда начинают читать...

   — Евгений Водолазкин · книга
5. «

   Самое острое чувство — неудовлетворенное...

   Самое острое чувство — неудовлетворенное...

   — Евгений Водолазкин · книга
6. «

   Что-то по настоящему хорошее не может быть организовано. Оно приходит само собой.

   Что-то по настоящему хорошее не может быть организовано. Оно приходит само собой.

   — Евгений Водолазкин · книга
7. «

   Если человек действительно создан для сцены, ему необходимо лишь внимание – хотя бы раз. Дальше всё пойдёт само собой.

   Если человек действительно создан для сцены, ему необходимо лишь внимание – хотя бы раз. Дальше всё пойдёт само собой.

   — Евгений Водолазкин · книга
8. «

   ... Всякая находка — это чья-то потеря.

   ... Всякая находка — это чья-то потеря.

   — Евгений Водолазкин · книга
9. «

   Есть лица настолько типичные, что кажутся выдуманными.

   Есть лица настолько типичные, что кажутся выдуманными.

   — Евгений Водолазкин · книга
10. «

    — Но любовь... — это такое всепоглощающее чувство, от которого, как я понимаю, просто судорогой сводит... А я такого не чувствую. Мне её не хватает — да. Мне хочется быть рядом — да. Но не безумствовать. — Ты говоришь о страсти, которая действительно род безумия. А я говорю о любви осмысленной и, если угодно, предопределённой. Потому что когда тебе кого-то не хватает, речь идёт о недостающей части тебя самого. И ты ищешь воссоединения с этой частью.

    — Но любовь... — это такое всепоглощающее чувство, от которого, как я понимаю, просто судорогой сводит... А я такого не чувствую. Мне её не хватает — да. Мне хочется быть рядом — да. Но не безумствовать. — Ты говоришь о страсти, которая действительно род безумия. А я говорю о любви осмысленной и, если угодно, предопределённой. Потому что когда тебе кого-то не хватает, речь идёт о недостающей части тебя самого. И ты ищешь воссоединения с этой частью.

    — Евгений Водолазкин · книга
11. «

    Человек сотворен из праха. И в прах обратится. Но тело, которое ему дано на время жизни, прекрасно. Ты должен знать его как можно лучше.

    Человек сотворен из праха. И в прах обратится. Но тело, которое ему дано на время жизни, прекрасно. Ты должен знать его как можно лучше.

    — Евгений Водолазкин · книга
12. «

    Приобретенный из литературы опыт облегчает... жизнь во всем богатстве ее возможностей. От прогулок по Парижу до жизни на необитаемом острове.

    Приобретенный из литературы опыт облегчает... жизнь во всем богатстве ее возможностей. От прогулок по Парижу до жизни на необитаемом острове.

    — Евгений Водолазкин · книга
13. «

    Альтернативное не должно становиться всеобщим: это его смерть. Человек, приходящий на званый ужин в футболке, выглядит эксцентрично. Несколько таких человек выглядят смешно.

    Альтернативное не должно становиться всеобщим: это его смерть. Человек, приходящий на званый ужин в футболке, выглядит эксцентрично. Несколько таких человек выглядят смешно.

    — Евгений Водолазкин · книга
14. «

    Как относиться, в частности, к заимствованиям? Думаю, так же, как к потреблению вообще: считать его допустимым до тех пор, пока оно идет впрок. Если возникает легкое несварение, от экзотических фруктов лучше отказаться.

    Как относиться, в частности, к заимствованиям? Думаю, так же, как к потреблению вообще: считать его допустимым до тех пор, пока оно идет впрок. Если возникает легкое несварение, от экзотических фруктов лучше отказаться.

    — Евгений Водолазкин · книга
15. «

    Я не люблю слова долг. Оно представляется в виде скорбного отсчитывания купюр.

    Я не люблю слова долг. Оно представляется в виде скорбного отсчитывания купюр.

    — Евгений Водолазкин · книга
16. «

    Говоря о нашей страсти к заимствованиям, нельзя не упомянуть еще один важный фактор: наш комплекс неполноценности. Звучит резковато, но по сути ведь правильно, и язык – беспристрастный тому свидетель. Если мы хотим, чтобы вещь (явление) «впечатляла», непременно именуем ее на английский манер. Вы можете себе представить такую же русификацию английского? Получается, что в мире мы до сих пор чувствуем себя провинциалами. Наши претенциозные названия, призванные указать на сходство с нездешними образцами, на деле обозначают лишь одно: вторичность. Стремление казаться «на рубль дороже» выглядит довольно глупо. Зачем? Разве та культура, которую мы создали, не позволяет нам быть самодостаточными?

    Говоря о нашей страсти к заимствованиям, нельзя не упомянуть еще один важный фактор: наш комплекс неполноценности. Звучит резковато, но по сути ведь правильно, и язык – беспристрастный тому свидетель. Если мы хотим, чтобы вещь (явление) «впечатляла», непременно именуем ее на английский манер. Вы можете себе представить такую же русификацию английского? Получается, что в мире мы до сих пор чувствуем себя провинциалами. Наши претенциозные названия, призванные указать на сходство с нездешними образцами, на деле обозначают лишь одно: вторичность. Стремление казаться «на рубль дороже» выглядит довольно глупо. Зачем? Разве та культура, которую мы создали, не позволяет нам быть самодостаточными?

    — Евгений Водолазкин · книга
17. «

    На телевидении меня сначала гримировали — пудрили лицо, распыляли на волосы лак из железной банки. В моё время это называли пульверизатором, а сейчас — спреем. Спрей, конечно, короче. В английском много таких словечек — маленьких, звонких, как шарик для пинг-понга, — удобных, в общем и экономных. Только вот раньше на речи не экономили.

    На телевидении меня сначала гримировали — пудрили лицо, распыляли на волосы лак из железной банки. В моё время это называли пульверизатором, а сейчас — спреем. Спрей, конечно, короче. В английском много таких словечек — маленьких, звонких, как шарик для пинг-понга, — удобных, в общем и экономных. Только вот раньше на речи не экономили.

    — Евгений Водолазкин · книга
18. «

    Шепот — особый вид общения, я уже не говорю о ночном шепоте.

    Шепот — особый вид общения, я уже не говорю о ночном шепоте.

    — Евгений Водолазкин · книга
19. «

    Врач не должен привязываться к пациенту. От этого хуже обоим.

    Врач не должен привязываться к пациенту. От этого хуже обоим.

    — Евгений Водолазкин · книга
20. «

    Есть люди, чья постоянная и несомненная правота делает жизнь окружающих невыносимой.

    Есть люди, чья постоянная и несомненная правота делает жизнь окружающих невыносимой.

    — Евгений Водолазкин · книга