77 цитат Евгении Бильченко о жизни и людях

Ниже 77 цитат Евгении Бильченко — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Мне кажется, что первое, что отличает поэта от графомана — это отсутствие разрыва между словом и жизнью, как бы не банально это звучало. Поэт пишет то, чем живет и живет тем, что пишет. Поэзия рождается из мусорной ямы эмпирики, из реальных кровных переживаний и страстей.

   Мне кажется, что первое, что отличает поэта от графомана — это отсутствие разрыва между словом и жизнью, как бы не банально это звучало. Поэт пишет то, чем живет и живет тем, что пишет. Поэзия рождается из мусорной ямы эмпирики, из реальных кровных переживаний и страстей.

   — Поэт и слово · книга
2. «

   Мир расположен по полочкам: сверху джинны. Снизу гномы. Вы средний обсели ярус.

   Мир расположен по полочкам: сверху джинны. Снизу гномы. Вы средний обсели ярус.
3. «

   Прошлое, — вот оно, как собака, Жадно вцепилось в больную глотку.

   Прошлое, — вот оно, как собака, Жадно вцепилось в больную глотку.
4. «

   Сто друзей у меня вокруг: Маскарадная круговерть. Клен, ты был мне совсем не друг, Только так даже лучше, ведь

   Сто друзей у меня вокруг: Маскарадная круговерть. Клен, ты был мне совсем не друг, Только так даже лучше, ведь
5. «

   Человек обретает себя только через Другого, лишь в единстве индивидуального и коллективного, Автор и Читателя, самости и инаковости осуществляется творчество. И посредником между этими двумя диалектическими составляющими является Слово.

   Человек обретает себя только через Другого, лишь в единстве индивидуального и коллективного, Автор и Читателя, самости и инаковости осуществляется творчество. И посредником между этими двумя диалектическими составляющими является Слово.

   — Поэт и слово · книга
6. «

   Истина, Добро и Красота — три аккорда любго стихотворения, даже если это постмодернистский текст, на первый взгляд отрицающий всякие ценности.

   Истина, Добро и Красота — три аккорда любго стихотворения, даже если это постмодернистский текст, на первый взгляд отрицающий всякие ценности.

   — Поэт и слово · книга
7. «

   Поэт не думает ни о какой Истории, не заигрывает с народом, поскольку уже находится в Вечности.

   Поэт не думает ни о какой Истории, не заигрывает с народом, поскольку уже находится в Вечности.

   — Поэт и слово · книга
8. «

   Нет ничего страшнее для поэта, чем самоуверенность обывателя, самолюбование нарцисса. Верность себе означает предельно обостренную совестливость и требовательность — умение, не идя на поводу у критиков, мерить себя самой суровой меркой.

   Нет ничего страшнее для поэта, чем самоуверенность обывателя, самолюбование нарцисса. Верность себе означает предельно обостренную совестливость и требовательность — умение, не идя на поводу у критиков, мерить себя самой суровой меркой.

   — Поэт и слово · книга
9. «

   Есть у поэтов правило золотое: Нас переделать, люди, не в вашей власти.

   Есть у поэтов правило золотое: Нас переделать, люди, не в вашей власти.
10. «

    Черновики изношены до дыр. Как нервы дождь натянут до предела. Хотел я Словом переделать мир, А мир меня словами переделал.

    Черновики изношены до дыр. Как нервы дождь натянут до предела. Хотел я Словом переделать мир, А мир меня словами переделал.
11. «

    Поэзия, несмотря на свой интимно-личностный дух, будучи обращенной к каждому индивиду, аппелирует одновременно ко всему человечеству в целом.

    Поэзия, несмотря на свой интимно-личностный дух, будучи обращенной к каждому индивиду, аппелирует одновременно ко всему человечеству в целом.

    — Поэт и слово · книга
12. «

    Ни телу не служу, ни сердцу, ни уму. Я сам себе не сам, мне страшно самому! Ищу себе врагов по собственным следам: Я сам себе Ван Гог и сам себе Ван Дам.

    Ни телу не служу, ни сердцу, ни уму. Я сам себе не сам, мне страшно самому! Ищу себе врагов по собственным следам: Я сам себе Ван Гог и сам себе Ван Дам.
13. «

    Днепропетровская хирургия. Запах мочи и хлорки. Падший архангел курит махорку в корпусе на задворках. Из госпитальных окон, как сопли, дохло свисают створки. Жёлтые трупы листьев гоняет ветер по чёрной ваксе. Люди и люки, сучья и суки мечутся в ритме вальса.

    Днепропетровская хирургия. Запах мочи и хлорки. Падший архангел курит махорку в корпусе на задворках. Из госпитальных окон, как сопли, дохло свисают створки. Жёлтые трупы листьев гоняет ветер по чёрной ваксе. Люди и люки, сучья и суки мечутся в ритме вальса.
14. «

    Есть старинный закон Вселенной, где все равны: Кто изведал добро, до дна постигнет зло.

    Есть старинный закон Вселенной, где все равны: Кто изведал добро, до дна постигнет зло.
15. «

    Ей неприятна озабоченность бомонда И непонятна безалаберность богемы. Не революция, а крохотная фронда - Равняет пилочкой столпы ее системы.

    Ей неприятна озабоченность бомонда И непонятна безалаберность богемы. Не революция, а крохотная фронда - Равняет пилочкой столпы ее системы.
16. «

    Никто никому не рад В текучей толкучке лиц.

    Никто никому не рад В текучей толкучке лиц.
17. «

    Я поэт, но мечтаю, чтобы язык исчез, Потому что, на самом деле, слова — заслон.

    Я поэт, но мечтаю, чтобы язык исчез, Потому что, на самом деле, слова — заслон.
18. «

    Я — Зеркало. В меня глядит эпоха. Ее глаза жестоки и честны. Я отражаю — по отдельным крохам - Громадный мир моей больной страны.

    Я — Зеркало. В меня глядит эпоха. Ее глаза жестоки и честны. Я отражаю — по отдельным крохам - Громадный мир моей больной страны.
19. «

    Поэт — микрокосмос, являющийся зеркалом макрокосмоса. Общее, универсальное мы прозреваем через конкретное.

    Поэт — микрокосмос, являющийся зеркалом макрокосмоса. Общее, универсальное мы прозреваем через конкретное.

    — Поэт и слово · книга
20. «

    Жившие ранее или позднее, творящие гекзаметром или верлибром, пишущие о машинах или цветках лотоса, — одинаково ценны для истории поэтического творчества. Они и историей-то не являются, поскольку, будучи насущно живыми, составляют хоровод одновременного полифонического танца-диалога.

    Жившие ранее или позднее, творящие гекзаметром или верлибром, пишущие о машинах или цветках лотоса, — одинаково ценны для истории поэтического творчества. Они и историей-то не являются, поскольку, будучи насущно живыми, составляют хоровод одновременного полифонического танца-диалога.

    — Поэт и слово · книга