154 цитаты Фаины Раневской, ставших крылатыми

Ниже 154 цитаты Фаины Раневской — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   — Кем была ваша мать до замужества? — спросил у Раневской настырный интервьюер. — У меня не было матери до её замужества, — пресекла Фаина Георгиевна дальнейшие вопросы.

   — Кем была ваша мать до замужества? — спросил у Раневской настырный интервьюер. — У меня не было матери до её замужества, — пресекла Фаина Георгиевна дальнейшие вопросы.
2. «

   Юноша с девушкой сидят на лавочке. Юноша очень стеснительный. Девушке хочется, чтобы он её поцеловал, и она говорит: — Ой, у меня щёчка болит. Юноша целует её в щёчку: — Ну как, теперь болит? — Нет, не болит. Через некоторое время: — Ой, у меня шейка болит. Он её чмок в шейку: — Ну как, болит? — Нет, не болит. Рядом сидит Раневская и спрашивает: — Молодой человек, вы от геморроя не лечите?!

   Юноша с девушкой сидят на лавочке. Юноша очень стеснительный. Девушке хочется, чтобы он её поцеловал, и она говорит: — Ой, у меня щёчка болит. Юноша целует её в щёчку: — Ну как, теперь болит? — Нет, не болит. Через некоторое время: — Ой, у меня шейка болит. Он её чмок в шейку: — Ну как, болит? — Нет, не болит. Рядом сидит Раневская и спрашивает: — Молодой человек, вы от геморроя не лечите?!
3. «

   Каждый волен распоряжаться своей жопой, как ему хочется. Поэтому я свою поднимаю и уёбываю.

   Каждый волен распоряжаться своей жопой, как ему хочется. Поэтому я свою поднимаю и уёбываю.
4. «

   Толстой сказал, что смерти нет, а есть любовь и память сердца. Память сердца так мучительна, лучше бы её не было… Лучше бы память навсегда убить.

   Толстой сказал, что смерти нет, а есть любовь и память сердца. Память сердца так мучительна, лучше бы её не было… Лучше бы память навсегда убить.
5. «

   Сказка — это когда женился на лягушке, а она оказалась царевной. А быль — это когда наоборот.

   Сказка — это когда женился на лягушке, а она оказалась царевной. А быль — это когда наоборот.
6. «

   Среди моих бумаг нет ничего, что бы напоминало денежные знаки.

   Среди моих бумаг нет ничего, что бы напоминало денежные знаки.

   — Дмитрий Щеглов · книга
7. «

   Ребенка с первого класса школы надо учить науке одиночества.

   Ребенка с первого класса школы надо учить науке одиночества.
8. «

   — В чем я увижу вас в следующий раз? — В гробу, — предположила Раневская.

   — В чем я увижу вас в следующий раз? — В гробу, — предположила Раневская.
9. «

   Актеры на собрании труппы обсуждают товарища, которого обвиняют в гомосексуализме. Звучат выступления: — Это растление молодежи... — Это преступление... — Боже мой, — не выдерживает Раневская, — несчастная страна, где человек не может распоряжаться своей жопой.

   Актеры на собрании труппы обсуждают товарища, которого обвиняют в гомосексуализме. Звучат выступления: — Это растление молодежи... — Это преступление... — Боже мой, — не выдерживает Раневская, — несчастная страна, где человек не может распоряжаться своей жопой.

   — Старость - невежество Бога · книга
10. «

    — Фаина Георгиевна, что такое любовь? Раневская подумала и сказала: — Забыла. А через секунду добавила: — Но помню, что это что-то очень приятное.

    — Фаина Георгиевна, что такое любовь? Раневская подумала и сказала: — Забыла. А через секунду добавила: — Но помню, что это что-то очень приятное.
11. «

    Актрисы обсуждают, как срочно похудеть к празднику: — Ешьте фрукты, — советует Раневская. — Какие именно, Фаина Георгиевна? — Немытые.

    Актрисы обсуждают, как срочно похудеть к празднику: — Ешьте фрукты, — советует Раневская. — Какие именно, Фаина Георгиевна? — Немытые.
12. «

    Душа — не жопа, высраться не может.

    Душа — не жопа, высраться не может.
13. «

    Нас приучили к одноклеточным словам, куцым мыслям, играй после этого Островского!

    Нас приучили к одноклеточным словам, куцым мыслям, играй после этого Островского!
14. «

    Мужики от начала дней до их конца за сиськой тянутся.

    Мужики от начала дней до их конца за сиськой тянутся.
15. «

    Очень завидую людям, которые говорят о себе легко и даже с удовольствием. Мне этого не хотелось, не нравилось...

    Очень завидую людям, которые говорят о себе легко и даже с удовольствием. Мне этого не хотелось, не нравилось...
16. «

    ... На ночь я почти всегда читаю Пушкина. Потом принимаю снотворное и опять читаю, потому что снотворное не действует. Я опять принимаю снотворное и думаю о Пушкине. Если бы я его встретила, я сказала бы ему, какой он замечательный, как мы все его помним, как я живу им всю свою долгую жизнь... Потом я засыпаю, и мне снится Пушкин. Он идет с тростью по Тверскому бульвару. Я бегу к нему, кричу. Он остановился, посмотрел, поклонился и сказал: «Оставь меня в покое, старая б... Как ты надоела мне со своей любовью».

    ... На ночь я почти всегда читаю Пушкина. Потом принимаю снотворное и опять читаю, потому что снотворное не действует. Я опять принимаю снотворное и думаю о Пушкине. Если бы я его встретила, я сказала бы ему, какой он замечательный, как мы все его помним, как я живу им всю свою долгую жизнь... Потом я засыпаю, и мне снится Пушкин. Он идет с тростью по Тверскому бульвару. Я бегу к нему, кричу. Он остановился, посмотрел, поклонился и сказал: «Оставь меня в покое, старая б... Как ты надоела мне со своей любовью».

    — Дмитрий Щеглов · книга
17. «

    Страшно грустная моя жизнь... а вы хотите, чтобы я воткнула в жопу куст сирени и делала перед вами стриптиз!

    Страшно грустная моя жизнь... а вы хотите, чтобы я воткнула в жопу куст сирени и делала перед вами стриптиз!
18. «

    На вопрос: «Вы заболели, Фаина Георгиевна?» — она привычно отвечала: «Нет, я просто так выгляжу».

    На вопрос: «Вы заболели, Фаина Георгиевна?» — она привычно отвечала: «Нет, я просто так выгляжу».
19. «

    — Жемчуг, который я буду носить в первом акте, должен быть настоящим, — требует капризная молодая актриса. — Всё будет настоящим, — успокаивает ее Раневская. — Всё: и жемчуг в первом действии, и яд — в последнем.

    — Жемчуг, который я буду носить в первом акте, должен быть настоящим, — требует капризная молодая актриса. — Всё будет настоящим, — успокаивает ее Раневская. — Всё: и жемчуг в первом действии, и яд — в последнем.
20. «

    Как-то раз Раневскую остановил в Доме актера один поэт, занимающий руководящий пост в Союзе писателей. — Здравствуйте, Фаина Георгиевна! Как ваши дела? — Очень хорошо, что вы спросили. Хоть кому-то интересно, как я живу! Давайте отойдем в сторонку, и я вам с удовольствием обо всем расскажу. — Нет-нет, извините, но я очень спешу. Мне, знаете ли, надо еще на заседание... — Но вам же интересно, как я живу! Что же вы сразу убегаете, вы послушайте. Тем более что я вас не задержу надолго, минут сорок, не больше. Руководящий поэт начал спасаться бегством. — Зачем же тогда спрашивать, как я живу?! — крикнула ему вслед Раневская.

    Как-то раз Раневскую остановил в Доме актера один поэт, занимающий руководящий пост в Союзе писателей. — Здравствуйте, Фаина Георгиевна! Как ваши дела? — Очень хорошо, что вы спросили. Хоть кому-то интересно, как я живу! Давайте отойдем в сторонку, и я вам с удовольствием обо всем расскажу. — Нет-нет, извините, но я очень спешу. Мне, знаете ли, надо еще на заседание... — Но вам же интересно, как я живу! Что же вы сразу убегаете, вы послушайте. Тем более что я вас не задержу надолго, минут сорок, не больше. Руководящий поэт начал спасаться бегством. — Зачем же тогда спрашивать, как я живу?! — крикнула ему вслед Раневская.