351 цитата Фаины Раневской: от иронии до философии

Ниже 351 цитата Фаины Раневской — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Моя любимая болезнь — чесотка: почесался и ещё хочется. А самая ненавистная — геморрой: ни себе посмотреть, ни людям показать.

   Моя любимая болезнь — чесотка: почесался и ещё хочется. А самая ненавистная — геморрой: ни себе посмотреть, ни людям показать.
2. «

   Я не умею выражать сильных чувств, хотя могу сильно выражаться.

   Я не умею выражать сильных чувств, хотя могу сильно выражаться.
3. «

   Лучше быть хорошим человеком, «ругающимся матом», чем тихой, воспитанной тварью.

   Лучше быть хорошим человеком, «ругающимся матом», чем тихой, воспитанной тварью.
4. «

   Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на диеты, жадных мужчин и плохое настроение.

   Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на диеты, жадных мужчин и плохое настроение.
5. «

   Он умрёт от расширения фантазии.

   Он умрёт от расширения фантазии.
6. «

   Среди моих бумаг нет ничего, что бы напоминало денежные знаки.

   Среди моих бумаг нет ничего, что бы напоминало денежные знаки.

   — Дмитрий Щеглов · книга
7. «

   Проклятый девятнадцатый век, проклятое воспитание: не могу стоять, когда мужчины сидят.

   Проклятый девятнадцатый век, проклятое воспитание: не могу стоять, когда мужчины сидят.
8. «

   Главное — живой жизнью жить, а не по закоулкам памяти шарить.

   Главное — живой жизнью жить, а не по закоулкам памяти шарить.
9. «

   Люди бывают большие телом и душой. К сожалению, первые встречаются чаще.

   Люди бывают большие телом и душой. К сожалению, первые встречаются чаще.

   — Фаина Раневская · книга
10. «

    Весна в апреле. На днях выпал снег, потом вылезло солнце, потом спряталось, и было чувство, что у весны тяжёлые роды.

    Весна в апреле. На днях выпал снег, потом вылезло солнце, потом спряталось, и было чувство, что у весны тяжёлые роды.

    — Дмитрий Щеглов · книга
11. «

    Ох уж эти несносные журналисты! Половина лжи, которую они распространяют обо мне, не соответствует действительности.

    Ох уж эти несносные журналисты! Половина лжи, которую они распространяют обо мне, не соответствует действительности.
12. «

    Когда в Москву привезли «Сикстинскую мадонну», все ходили на неё смотреть. Фаина Георгиевна услышала разговор двух чиновников из Министерства культуры. Один утверждал, что картина не произвела на него впечатления. Раневская заметила: — Эта дама в течение стольких веков на таких людей производила впечатление, что теперь она сама вправе выбирать, на кого ей производить впечатление, а на кого нет!

    Когда в Москву привезли «Сикстинскую мадонну», все ходили на неё смотреть. Фаина Георгиевна услышала разговор двух чиновников из Министерства культуры. Один утверждал, что картина не произвела на него впечатления. Раневская заметила: — Эта дама в течение стольких веков на таких людей производила впечатление, что теперь она сама вправе выбирать, на кого ей производить впечатление, а на кого нет!
13. «

    — В чем я увижу вас в следующий раз? — В гробу, — предположила Раневская.

    — В чем я увижу вас в следующий раз? — В гробу, — предположила Раневская.
14. «

    Я себя чувствую, но плохо.

    Я себя чувствую, но плохо.
15. «

    — Обслужите даме рот!

    — Обслужите даме рот!
16. «

    Я никогда не была идеальной, начиная от внешности и заканчивая характером. Зато я всегда была собой.

    Я никогда не была идеальной, начиная от внешности и заканчивая характером. Зато я всегда была собой.
17. «

    Паспорт человека — это его несчастье, ибо человеку всегда должно быть восемнадцать, а паспорт лишь напоминает, что ты можешь жить, как восемнадцатилетняя.

    Паспорт человека — это его несчастье, ибо человеку всегда должно быть восемнадцать, а паспорт лишь напоминает, что ты можешь жить, как восемнадцатилетняя.
18. «

    Мы уже одной ногой в коммунизме. А стоять враскоряк неудобно, потому и не все получается, как надо...

    Мы уже одной ногой в коммунизме. А стоять враскоряк неудобно, потому и не все получается, как надо...

    — Фаина Раневская · книга
19. «

    Во мне нет и тени честолюбия. Я просто бегаю от того, за чем гоняются мои коллеги, а вот самолюбие сволочное мучит. А ведь надо быть до такой степени гордой, чтобы плевать на самолюбие.

    Во мне нет и тени честолюбия. Я просто бегаю от того, за чем гоняются мои коллеги, а вот самолюбие сволочное мучит. А ведь надо быть до такой степени гордой, чтобы плевать на самолюбие.

    — Фаина Раневская · книга
20. «

    Я в ужасе, а надо любить, любить, а я в ужасе.

    Я в ужасе, а надо любить, любить, а я в ужасе.