Подборка: 154 цитаты Фазиля Искандера

Ниже 154 цитаты Фазиля Искандера — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Власть — это когда нельзя никого любить. Потому что не успеешь полюбить человека, как сразу же начинаешь ему доверять, но, раз начал доверять, рано или поздно получишь нож в спину.

   Власть — это когда нельзя никого любить. Потому что не успеешь полюбить человека, как сразу же начинаешь ему доверять, но, раз начал доверять, рано или поздно получишь нож в спину.

   — Сандро из Чегема · книга
2. «

   Нужно движение, беспрерывное трение о мир, чтобы задымилась искра мысли, а потом нужны тишина и одиночество, чтобы эту искру раздуть.

   Нужно движение, беспрерывное трение о мир, чтобы задымилась искра мысли, а потом нужны тишина и одиночество, чтобы эту искру раздуть.

   — Поэт · книга
3. «

   И тем не менее, надо сотрясти Россию надеждой. Для начала необходимо создать алмазной чистоты и твердости центр. И тогда человек, обиженный чиновником в любом конце страны, скажет: я буду жаловаться в Москву! И чиновники, зная, что Москва тверда и чиста, как алмаз, приутихнут. А граждане, видя такое, воспрянут духом. И начнется кристаллизация чистоты по всей стране. Иначе — бунт. И люди скажут: лучше узаконенное беззаконие, чем бессильный закон. И обиженные чиновниками сами станут чиновниками и будут мстить за свои былые унижения. Дурная бесконечность…

   И тем не менее, надо сотрясти Россию надеждой. Для начала необходимо создать алмазной чистоты и твердости центр. И тогда человек, обиженный чиновником в любом конце страны, скажет: я буду жаловаться в Москву! И чиновники, зная, что Москва тверда и чиста, как алмаз, приутихнут. А граждане, видя такое, воспрянут духом. И начнется кристаллизация чистоты по всей стране. Иначе — бунт. И люди скажут: лучше узаконенное беззаконие, чем бессильный закон. И обиженные чиновниками сами станут чиновниками и будут мстить за свои былые унижения. Дурная бесконечность…

   — Бог · книга
4. «

   Мудрость — это ум, настоянный на совести.

   Мудрость — это ум, настоянный на совести.
5. «

   Гнилой человек сам свой запах не чувствует.

   Гнилой человек сам свой запах не чувствует.

   — Сандро из Чегема · книга
6. «

   — Подозрительность — величайший грех, — отвечал Бог. — Лучше погибнуть от предательства друга, чем заранее заподозрить его в предательстве. Заподозрить человека в предательстве — осквернить Божий замысел в человеке.

   — Подозрительность — величайший грех, — отвечал Бог. — Лучше погибнуть от предательства друга, чем заранее заподозрить его в предательстве. Заподозрить человека в предательстве — осквернить Божий замысел в человеке.

   — Бог · книга
7. «

   Народ не может жить без святынь, — рассуждал Джамхух, — вера в главную святыню порождает множество малых святынь, необходимых для повседневной жизни: святыню материнства, святыню уважения к старшим, святыню верности в дружбе, святыню верности данному слову и тому подобное. И когда теряется главная святыня, постепенно утрачиваются и все остальные и на людей нисходит порча. Люди начинают ненавидеть друг друга и угождать только себе или тем, кто сильнее их, чтобы ещё лучше угождать самим себе.

   Народ не может жить без святынь, — рассуждал Джамхух, — вера в главную святыню порождает множество малых святынь, необходимых для повседневной жизни: святыню материнства, святыню уважения к старшим, святыню верности в дружбе, святыню верности данному слову и тому подобное. И когда теряется главная святыня, постепенно утрачиваются и все остальные и на людей нисходит порча. Люди начинают ненавидеть друг друга и угождать только себе или тем, кто сильнее их, чтобы ещё лучше угождать самим себе.

   — Джамхух · книга
8. «

   Всякая неудача способствует удаче, только надо умело пользоваться своими неудачами.

   Всякая неудача способствует удаче, только надо умело пользоваться своими неудачами.

   — Созвездие Козлотура · книга
9. «

   Я помогаю людям не тем, что помогаю, а тем, что я есть! Больше всего ненавижу иждивенцев Бога!

   Я помогаю людям не тем, что помогаю, а тем, что я есть! Больше всего ненавижу иждивенцев Бога!

   — Бог · книга
10. «

    Младая, гамлетическая революция дворян была обречена уже в силу самой несовместимости гамлетизма и революции. Раздумчивая дерзость плодотворна только в поэзии. Ленин это усёк лучше всех, и все пятьдесят томов собраний его сочинений наполнены борьбой со всеми формами революционного гамлетизма.

    Младая, гамлетическая революция дворян была обречена уже в силу самой несовместимости гамлетизма и революции. Раздумчивая дерзость плодотворна только в поэзии. Ленин это усёк лучше всех, и все пятьдесят томов собраний его сочинений наполнены борьбой со всеми формами революционного гамлетизма.

    — Сандро из Чегема · книга
11. «

    Как часто умные люди не понимают совестливых. Аппарат совести тоньше устроен, чем аппарат ума.

    Как часто умные люди не понимают совестливых. Аппарат совести тоньше устроен, чем аппарат ума.
12. «

    Духовно развитая личность наибольшую требовательность всегда предъявляет к самой себе. Чем дальше от неё человек, тем снисходительней она к его недостаткам. Отсюда и вечная драма духовно развитой личности с близкими людьми. Ведь к ним она относится, как к себе или почти как к себе. А они этого не выдерживают, видя, как она снисходительна к далёким.

    Духовно развитая личность наибольшую требовательность всегда предъявляет к самой себе. Чем дальше от неё человек, тем снисходительней она к его недостаткам. Отсюда и вечная драма духовно развитой личности с близкими людьми. Ведь к ним она относится, как к себе или почти как к себе. А они этого не выдерживают, видя, как она снисходительна к далёким.

    — Стоянка человека · книга
13. «

    Я вспомнил одну из баек нашего бессмертного Абесаломона Нартовича. Еще в бытность свою ответственным работником, он сопровождал какую-то немецкую делегацию, почему-то поднятую на уровень альпийских лугов. <...> В районе Отхары гости залюбовались внезапно открывшейся им далекой белопенной струёй водопада. — Это наши горные пастухи так транспортируют молоко, — сказал Абесаломон Нартович, свободно переводя величавые явления природы в величие дел человеческих рук, — внизу перерабатывающий завод. Это сообщение оказалось неожиданным не только для гостей, но и для нашего переводчика. Он, конечно, водил туристов по этим местам, но с Абесаломоном Нартовичем впервые. К счастью, перерабатывающего завода за высокими пихтами не было видно, но было видно, как побледнел переводчик. <...> — Мы так решили, — продолжал Абесаломон Нартович, — чтобы не портить пейзаж трубами. И дешево и красиво. Гости дружно закивали, особенно тронутые экологическими заботами Абесаломона Нартовича, а одна сердобольная немка поднесла переводчику таблетку валидола. — Слабонервным не место в горах, — небрежно бросил в его сторону Абесаломон Нартович...

    Я вспомнил одну из баек нашего бессмертного Абесаломона Нартовича. Еще в бытность свою ответственным работником, он сопровождал какую-то немецкую делегацию, почему-то поднятую на уровень альпийских лугов. <...> В районе Отхары гости залюбовались внезапно открывшейся им далекой белопенной струёй водопада. — Это наши горные пастухи так транспортируют молоко, — сказал Абесаломон Нартович, свободно переводя величавые явления природы в величие дел человеческих рук, — внизу перерабатывающий завод. Это сообщение оказалось неожиданным не только для гостей, но и для нашего переводчика. Он, конечно, водил туристов по этим местам, но с Абесаломоном Нартовичем впервые. К счастью, перерабатывающего завода за высокими пихтами не было видно, но было видно, как побледнел переводчик. <...> — Мы так решили, — продолжал Абесаломон Нартович, — чтобы не портить пейзаж трубами. И дешево и красиво. Гости дружно закивали, особенно тронутые экологическими заботами Абесаломона Нартовича, а одна сердобольная немка поднесла переводчику таблетку валидола. — Слабонервным не место в горах, — небрежно бросил в его сторону Абесаломон Нартович...

    — Абесаломон Нартович · книга
14. «

    Одним словом, у нас всё время чего-то ждут. И хотя сам ты давно ничего не ждёшь и доказываешь другим, что ждать нечего, ты невольно и сам начинаешь ждать, чтобы, когда кончится время ожидания других, напомнить им, что ты был прав, говоря, что ждать было нечего. А так как время ожидания других никогда не кончается — вот и выходит, что и ты вместе со всеми ждёшь, что у нас всё всё время чего-то ждут. В сущности, это даже неплохо. Было бы ужасно, если бы люди ничего не ждали.

    Одним словом, у нас всё время чего-то ждут. И хотя сам ты давно ничего не ждёшь и доказываешь другим, что ждать нечего, ты невольно и сам начинаешь ждать, чтобы, когда кончится время ожидания других, напомнить им, что ты был прав, говоря, что ждать было нечего. А так как время ожидания других никогда не кончается — вот и выходит, что и ты вместе со всеми ждёшь, что у нас всё всё время чего-то ждут. В сущности, это даже неплохо. Было бы ужасно, если бы люди ничего не ждали.

    — Сандро из Чегема · книга
15. «

    Юмор — это след, который оставляет, отползая от бездны, человек, который в неё заглянул.

    Юмор — это след, который оставляет, отползая от бездны, человек, который в неё заглянул.
16. «

    Когда споришь с умным человеком — напряжение ума по восходящей. И это в конечном итоге доставляет удовольствие. Когда споришь с глупым человеком, то, чтобы быть понятным ему, невольно упрощаешь свою мысль. Напряжение ума по нисходящей, и от этого остается неприятный осадок. По-видимому, в этом случае наша природа сопротивляется распаду, энтропии. Пушкин это понимал: «…и не оспоривай глупца».

    Когда споришь с умным человеком — напряжение ума по восходящей. И это в конечном итоге доставляет удовольствие. Когда споришь с глупым человеком, то, чтобы быть понятным ему, невольно упрощаешь свою мысль. Напряжение ума по нисходящей, и от этого остается неприятный осадок. По-видимому, в этом случае наша природа сопротивляется распаду, энтропии. Пушкин это понимал: «…и не оспоривай глупца».
17. «

    Когда ты вплотную приближаешься к собственной смерти, мысль о том, что ты всю жизнь трудился, успокаивает.

    Когда ты вплотную приближаешься к собственной смерти, мысль о том, что ты всю жизнь трудился, успокаивает.
18. «

    В этой прекрасной жизни было одно страшное и непонятное: все, все, кого он любил, рано или поздно куда-то исчезали.

    В этой прекрасной жизни было одно страшное и непонятное: все, все, кого он любил, рано или поздно куда-то исчезали.

    — Сандро из Чегема · книга
19. «

    Пока рок не занес над человеком свою карающую руку, человек может выйти невредимым из самых опасных приключений.

    Пока рок не занес над человеком свою карающую руку, человек может выйти невредимым из самых опасных приключений.

    — Сандро из Чегема · книга
20. «

    Ты говоришь: «Никто не виноват, Но теплых струй не вымолить у рек. Пускай в долинах давят виноград, Уже в горах ложится первый снег».

    Ты говоришь: «Никто не виноват, Но теплых струй не вымолить у рек. Пускай в долинах давят виноград, Уже в горах ложится первый снег».