229 цитат Фазиля Искандера для тех, кто любит думать

Ниже 229 цитат Фазиля Искандера — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Почти по любому поводу он вспоминал случаи из своей бурной жизни или меня просил рассказать о том, что делается на свете. <...> Когда я ему рассказал об убийстве президента Кеннеди и о том, что убийцу нашли, он спокойно меня выслушал и, обращаясь ко мне, как бы давая мне дружеский совет, сказал: - Если ты собираешься убить человека, ты должен это сделать так, чтобы тебя не нашли... А так убить каждый дурак может...

   Почти по любому поводу он вспоминал случаи из своей бурной жизни или меня просил рассказать о том, что делается на свете. <...> Когда я ему рассказал об убийстве президента Кеннеди и о том, что убийцу нашли, он спокойно меня выслушал и, обращаясь ко мне, как бы давая мне дружеский совет, сказал: - Если ты собираешься убить человека, ты должен это сделать так, чтобы тебя не нашли... А так убить каждый дурак может...

   — дядя Сандро · книга
2. «

   Высокомерие – комплекс неполноценности в прочности своего положения. Через высокомерие человек убеждается в реальности своего высокого положения или представления о себе.

   Высокомерие – комплекс неполноценности в прочности своего положения. Через высокомерие человек убеждается в реальности своего высокого положения или представления о себе.

   — Поэт · книга
3. «

   Гляжу я на политиков в тоске. Все на одной на шахматной доске. Здесь шахматы, и домино, и шашки. По фляжке в день и никакой поблажки. <...> Здесь можно все. Но невозможна личность. Здесь личность — это, вроде, неприличность. Здесь понимается без всяких аллегорий. Что ад и рай — тюрьма и санаторий. Здесь нет свидетелей разбоя и дележки. А небо? Небо — средство для бомбежки. <...> Здесь Юг велит водою подмываться. А Север что? Бумажкой подтираться. Мир от войны почти на волоске. Переполох на шахматной доске. Спасут, быть может, Запад и Восток: Две крайности — наждак и кипяток.

   Гляжу я на политиков в тоске. Все на одной на шахматной доске. Здесь шахматы, и домино, и шашки. По фляжке в день и никакой поблажки. <...> Здесь можно все. Но невозможна личность. Здесь личность — это, вроде, неприличность. Здесь понимается без всяких аллегорий. Что ад и рай — тюрьма и санаторий. Здесь нет свидетелей разбоя и дележки. А небо? Небо — средство для бомбежки. <...> Здесь Юг велит водою подмываться. А Север что? Бумажкой подтираться. Мир от войны почти на волоске. Переполох на шахматной доске. Спасут, быть может, Запад и Восток: Две крайности — наждак и кипяток.
4. «

   Невозможность осуществления самой изумительной, как правило, первой любви. По-видимому, это так задумано свыше. Что бы делал человек, достигнув счастья? Неутоленной любовью судьба дает нам понюхать счастье и, отбрасывая его в недостижимую даль, говорит как собаке: «Ищи!» И мы ищем.

   Невозможность осуществления самой изумительной, как правило, первой любви. По-видимому, это так задумано свыше. Что бы делал человек, достигнув счастья? Неутоленной любовью судьба дает нам понюхать счастье и, отбрасывая его в недостижимую даль, говорит как собаке: «Ищи!» И мы ищем.

   — Сандро из Чегема · книга
5. «

   Моя слабость в том, что я, в конечном итоге, не смог переподличать человека. Все рекорды за ним!

   Моя слабость в том, что я, в конечном итоге, не смог переподличать человека. Все рекорды за ним!

   — Дьявол · книга
6. «

   В англосаксонской литературе немало произведений, где герои соревнуются в благородстве. Например, «Запад и Восток» Киплинга. В нашей литературе я что-то не могу припомнить таких героев. У нас есть прекрасные, благородные герои, но им не с кем соревноваться в благородстве, они всегда в одиночестве. Может быть, дело в том, что в нашей истории не было рыцарства? Чешутся руки написать стихи о состязании двух людей в благородстве. Но не могу найти сюжета.

   В англосаксонской литературе немало произведений, где герои соревнуются в благородстве. Например, «Запад и Восток» Киплинга. В нашей литературе я что-то не могу припомнить таких героев. У нас есть прекрасные, благородные герои, но им не с кем соревноваться в благородстве, они всегда в одиночестве. Может быть, дело в том, что в нашей истории не было рыцарства? Чешутся руки написать стихи о состязании двух людей в благородстве. Но не могу найти сюжета.

   — Поэт · книга
7. «

   Все счастливые находки детства — это кредит судьбы, за который потом расплачиваемся взрослыми.

   Все счастливые находки детства — это кредит судьбы, за который потом расплачиваемся взрослыми.

   — Стоянка человека · книга
8. «

   Самое прекрасное, что я видел в людях, — это вдохновленное состраданием лицо матери над постелью больного ребенка. Дуновением любви она вдувает в него здоровье! Ребенок, который никогда не видел такого лица матери, обречен быть неполноценным. Женщина, никогда не склонявшаяся над постелью больного ребенка с выражением вдохновенного сострадания, не женщина, а приспособление для онанизма.

   Самое прекрасное, что я видел в людях, — это вдохновленное состраданием лицо матери над постелью больного ребенка. Дуновением любви она вдувает в него здоровье! Ребенок, который никогда не видел такого лица матери, обречен быть неполноценным. Женщина, никогда не склонявшаяся над постелью больного ребенка с выражением вдохновенного сострадания, не женщина, а приспособление для онанизма.

   — Бог · книга
9. «

   ... Всех можно понять, если есть время и охота.

   ... Всех можно понять, если есть время и охота.

   — Кролики и удавы · книга
10. «

    ...частное хамство по отношению к дяде Сандро могло быть признаком универсального охамения должностного лица до степени недопустимой не только по абхазским обычаям, но даже и по общепринятой всесоюзной норме.

    ...частное хамство по отношению к дяде Сандро могло быть признаком универсального охамения должностного лица до степени недопустимой не только по абхазским обычаям, но даже и по общепринятой всесоюзной норме.

    — Сандро из Чегема · книга
11. «

    ...только отомстив, мужчина получает право на слезы. Такова воля судьбы и судьба мужчины. Женщина зреет, чтобы родить мужчину. Мужчина зреет, чтобы родить мужество. Виноград зреет, чтобы родить вино. Вино зреет, чтобы напомнить о мужестве. А песня зреет, чтобы пляской напомнить поход.

    ...только отомстив, мужчина получает право на слезы. Такова воля судьбы и судьба мужчины. Женщина зреет, чтобы родить мужчину. Мужчина зреет, чтобы родить мужество. Виноград зреет, чтобы родить вино. Вино зреет, чтобы напомнить о мужестве. А песня зреет, чтобы пляской напомнить поход.

    — Сандро из Чегема · книга
12. «

    Все починяют телевизоры, но никто не починяет головы, поврежденные телевизором.

    Все починяют телевизоры, но никто не починяет головы, поврежденные телевизором.
13. «

    Ты говоришь: «Никто не виноват, Но теплых струй не вымолить у рек. Пускай в долинах давят виноград, Уже в горах ложится первый снег».

    Ты говоришь: «Никто не виноват, Но теплых струй не вымолить у рек. Пускай в долинах давят виноград, Уже в горах ложится первый снег».
14. «

    — Ну, а как ты относишься к коллективу? — вдруг спросил дьявол. — Плохо. Коллектив не краснеет. Человек краснеет один. Всякий коллектив опускает мысль до уровня самых глупых. — А почему люди склонны собираться в коллектив? — Чтобы не краснеть. Они жаждут освободиться от бремени своей совести и передать ее вожаку.

    — Ну, а как ты относишься к коллективу? — вдруг спросил дьявол. — Плохо. Коллектив не краснеет. Человек краснеет один. Всякий коллектив опускает мысль до уровня самых глупых. — А почему люди склонны собираться в коллектив? — Чтобы не краснеть. Они жаждут освободиться от бремени своей совести и передать ее вожаку.

    — Дьявол · книга
15. «

    Человеку дано стать палачом, так же, как и дано не становиться им. В конечном итоге выбор за нами.

    Человеку дано стать палачом, так же, как и дано не становиться им. В конечном итоге выбор за нами.

    — Сандро из Чегема · книга
16. «

    Если бы я вмешивался во все жестокости и несправедливости, человечество окончательно отупело бы и оскотинилось! Всякое вмешательство даже со стороны Бога ничему не учит!

    Если бы я вмешивался во все жестокости и несправедливости, человечество окончательно отупело бы и оскотинилось! Всякое вмешательство даже со стороны Бога ничему не учит!

    — Бог · книга
17. «

    И что скрывать — совесть утомительна. Но отбросив совесть, человек превращается в неутомимое животное.

    И что скрывать — совесть утомительна. Но отбросив совесть, человек превращается в неутомимое животное.
18. «

    Настоящий поэт — это человек, который выхватывает из костра горящий уголек и пишет им ясным почерком.

    Настоящий поэт — это человек, который выхватывает из костра горящий уголек и пишет им ясным почерком.

    — Поэт · книга
19. «

    Сила моего замысла как раз состоит в том, чтобы из реальных, разных людей создать полноценное человечество, а не выдумывать искусственных людей. Для этого у меня достаточно ангелов. Я бы мог людей заменить ангелами, но это неинтересно, к тому же ангелы не размножаются. Совесть развивается в борьбе со злом, и будущее добра обеспечивается бдительной памятью о побежденном зле.

    Сила моего замысла как раз состоит в том, чтобы из реальных, разных людей создать полноценное человечество, а не выдумывать искусственных людей. Для этого у меня достаточно ангелов. Я бы мог людей заменить ангелами, но это неинтересно, к тому же ангелы не размножаются. Совесть развивается в борьбе со злом, и будущее добра обеспечивается бдительной памятью о побежденном зле.

    — Бог · книга
20. «

    Я вспомнил одну из баек нашего бессмертного Абесаломона Нартовича. Еще в бытность свою ответственным работником, он сопровождал какую-то немецкую делегацию, почему-то поднятую на уровень альпийских лугов. <...> В районе Отхары гости залюбовались внезапно открывшейся им далекой белопенной струёй водопада. — Это наши горные пастухи так транспортируют молоко, — сказал Абесаломон Нартович, свободно переводя величавые явления природы в величие дел человеческих рук, — внизу перерабатывающий завод. Это сообщение оказалось неожиданным не только для гостей, но и для нашего переводчика. Он, конечно, водил туристов по этим местам, но с Абесаломоном Нартовичем впервые. К счастью, перерабатывающего завода за высокими пихтами не было видно, но было видно, как побледнел переводчик. <...> — Мы так решили, — продолжал Абесаломон Нартович, — чтобы не портить пейзаж трубами. И дешево и красиво. Гости дружно закивали, особенно тронутые экологическими заботами Абесаломона Нартовича, а одна сердобольная немка поднесла переводчику таблетку валидола. — Слабонервным не место в горах, — небрежно бросил в его сторону Абесаломон Нартович...

    Я вспомнил одну из баек нашего бессмертного Абесаломона Нартовича. Еще в бытность свою ответственным работником, он сопровождал какую-то немецкую делегацию, почему-то поднятую на уровень альпийских лугов. <...> В районе Отхары гости залюбовались внезапно открывшейся им далекой белопенной струёй водопада. — Это наши горные пастухи так транспортируют молоко, — сказал Абесаломон Нартович, свободно переводя величавые явления природы в величие дел человеческих рук, — внизу перерабатывающий завод. Это сообщение оказалось неожиданным не только для гостей, но и для нашего переводчика. Он, конечно, водил туристов по этим местам, но с Абесаломоном Нартовичем впервые. К счастью, перерабатывающего завода за высокими пихтами не было видно, но было видно, как побледнел переводчик. <...> — Мы так решили, — продолжал Абесаломон Нартович, — чтобы не портить пейзаж трубами. И дешево и красиво. Гости дружно закивали, особенно тронутые экологическими заботами Абесаломона Нартовича, а одна сердобольная немка поднесла переводчику таблетку валидола. — Слабонервным не место в горах, — небрежно бросил в его сторону Абесаломон Нартович...

    — Абесаломон Нартович · книга