21 известных цитата Федерико Моччиы

Ниже 21 цитата Федерико Моччиы — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   — А мне нравится ссориться. — Я заметил. — Но мне нравится и мириться. Даже больше нравится. Но сейчас, не знаю, почему, но я не могу тебя простить. — Потому что не знаешь, что выбрать. Тебе и хочется, и колется. Как всегда! Как у всех женщин. — Вот эти «все женщины» меня больше всего и бесят.

   — А мне нравится ссориться. — Я заметил. — Но мне нравится и мириться. Даже больше нравится. Но сейчас, не знаю, почему, но я не могу тебя простить. — Потому что не знаешь, что выбрать. Тебе и хочется, и колется. Как всегда! Как у всех женщин. — Вот эти «все женщины» меня больше всего и бесят.

   — Три метра над небом · книга
2. «

   Наслаждайся счастьем до изнеможения или, по крайней мере, не отталкивай его. Я знаю, это звучит слишком красиво, но любовь — это страсть, наваждение, это человек, без которого ты не можешь жить, я говорю тебе: брось все, найди того, кого ты будешь любить до безумия, и кто тебя будет любить так же. Как его найти? Очень просто: забудь о разуме и слушай свое сердце. Потому что в жизни нет смысла, если в ней этого нет. Отправиться в путь и не влюбиться по уши — это все равно, что не жить. Но надо стараться, потому что если ты не попытался, считай, что ты и не жил…

   Наслаждайся счастьем до изнеможения или, по крайней мере, не отталкивай его. Я знаю, это звучит слишком красиво, но любовь — это страсть, наваждение, это человек, без которого ты не можешь жить, я говорю тебе: брось все, найди того, кого ты будешь любить до безумия, и кто тебя будет любить так же. Как его найти? Очень просто: забудь о разуме и слушай свое сердце. Потому что в жизни нет смысла, если в ней этого нет. Отправиться в путь и не влюбиться по уши — это все равно, что не жить. Но надо стараться, потому что если ты не попытался, считай, что ты и не жил…

   — Три метра над небом. Я хочу тебя · книга
3. «

   Мой отец сравнивает жизнь общества с воронкой. Сначала мы свободно двигаемся в широкой части, ни о чем не думая, без особых обязанностей, не рассуждая, но потом, когда нас заносит в воронку, в более узкую ее часть, тогда надо двигаться только в одном направлении, стенки давят на нас, а назад дороги нет, и ты толкаешься среди других, и они толкаются, и надо ждать своей очереди, все по порядку!

   Мой отец сравнивает жизнь общества с воронкой. Сначала мы свободно двигаемся в широкой части, ни о чем не думая, без особых обязанностей, не рассуждая, но потом, когда нас заносит в воронку, в более узкую ее часть, тогда надо двигаться только в одном направлении, стенки давят на нас, а назад дороги нет, и ты толкаешься среди других, и они толкаются, и надо ждать своей очереди, все по порядку!

   — Три метра над небом. Я хочу тебя · книга
4. «

   Никогда не знаешь, когда на тебя нахлынут воспоминания. Они приходят неожиданно, просто так, без всякого предупреждения, не спросив разрешения. И никогда не знаешь, когда они уйдут. Единственное, что ты знаешь, это то, что они, чёрт возьми, когда-нибудь всплывут снова. Обычно это длится несколько мгновений. Теперь я знаю, что делать. Нельзя зацикливаться на них слишком долго. Как только воспоминания пришли, нужно быстро от них отмахнуться, и сделать это сразу, без сожаления, без уступок, не раздувая в них огонь, не погружаясь в них. Не доставляя себе боль.

   Никогда не знаешь, когда на тебя нахлынут воспоминания. Они приходят неожиданно, просто так, без всякого предупреждения, не спросив разрешения. И никогда не знаешь, когда они уйдут. Единственное, что ты знаешь, это то, что они, чёрт возьми, когда-нибудь всплывут снова. Обычно это длится несколько мгновений. Теперь я знаю, что делать. Нельзя зацикливаться на них слишком долго. Как только воспоминания пришли, нужно быстро от них отмахнуться, и сделать это сразу, без сожаления, без уступок, не раздувая в них огонь, не погружаясь в них. Не доставляя себе боль.

   — Степ · книга
5. «

   Улыбка у него чудная, но мало кому удавалось её увидеть.

   Улыбка у него чудная, но мало кому удавалось её увидеть.

   — Три метра над небом · книга
6. «

   Она едет в школу, а он не ложился с прошлой ночи. День как день. Но на светофоре они останавливаются бок о бок. И день уже не будет похож на другие.

   Она едет в школу, а он не ложился с прошлой ночи. День как день. Но на светофоре они останавливаются бок о бок. И день уже не будет похож на другие.

   — Три метра над небом · книга
7. «

   А за всякой революцией непременно стоит женщина.

   А за всякой революцией непременно стоит женщина.

   — Раффаэлла Джервази · книга
8. «

   Когда тебе плохо и всё вокруг видится в чёрном цвете, когда у тебя нет будущего и тебе нечего терять, когда каждый миг давит на тебя... Всем своим весом. Невыносимо. И дыхание твоё прерывисто. И ты хочешь во что бы то ни стало избавиться от этой тяжести. Любым способом. Пусть самым простым, самым трусливым, лишь бы снова не откладывать на завтра эту мысль: её нет. Её больше нет. И тогда тебе тоже больше не хочется быть. Хочется исчезнуть.

   Когда тебе плохо и всё вокруг видится в чёрном цвете, когда у тебя нет будущего и тебе нечего терять, когда каждый миг давит на тебя... Всем своим весом. Невыносимо. И дыхание твоё прерывисто. И ты хочешь во что бы то ни стало избавиться от этой тяжести. Любым способом. Пусть самым простым, самым трусливым, лишь бы снова не откладывать на завтра эту мысль: её нет. Её больше нет. И тогда тебе тоже больше не хочется быть. Хочется исчезнуть.

   — Стефано · книга
9. «

   Тот, кто использует слишком много прилагательных, обычно хочет оправдать свой неправильный выбор.

   Тот, кто использует слишком много прилагательных, обычно хочет оправдать свой неправильный выбор.

   — Степ · книга
10. «

    Нет ничего плохого в том, что у тебя есть желания. Или это тоже считается грехом перед обществом?

    Нет ничего плохого в том, что у тебя есть желания. Или это тоже считается грехом перед обществом?

    — Три метра над небом. Я хочу тебя · книга
11. «

    Хрен его знает, почему, но мои мечты никогда не сбываются.

    Хрен его знает, почему, но мои мечты никогда не сбываются.

    — Стэп · книга
12. «

    — Кажется, что можно достать до неба. — Нет, даже не так. — Как же тогда? — Выше. Три метра над небом.

    — Кажется, что можно достать до неба. — Нет, даже не так. — Как же тогда? — Выше. Три метра над небом.

    — Барбара «Баби» Алькасар · книга
13. «

    В дружбе, как и в любви, не думаешь о деньгах.

    В дружбе, как и в любви, не думаешь о деньгах.

    — Три метра над небом. Я хочу тебя · книга
14. «

    Чтобы быть счастливым, — говорит Карен Бликсен, — нужна смелость.

    Чтобы быть счастливым, — говорит Карен Бликсен, — нужна смелость.

    — Степ · книга
15. «

    Когда любовь проходит, можно найти всё, что угодно, кроме объяснения.

    Когда любовь проходит, можно найти всё, что угодно, кроме объяснения.

    — Стэп · книга
16. «

    — Что ты? — Мне страшно. — Почему? — Я боюсь, что больше никогда не буду так счастлива...

    — Что ты? — Мне страшно. — Почему? — Я боюсь, что больше никогда не буду так счастлива...

    — Барбара «Баби» Алькасар · книга
17. «

    Рано или поздно то, что ты старательно отбрасываешь, все равно настигает тебя. Самые глупые вещи, которые остаются в твоем прошлом, когда ты был влюблен, вспоминаются тебе как самые прекрасные. Потому что по своей простоте они не сравнимы ни с чем. И мне хочется кричать. В этой тишине, которая рождает боль, одну лишь боль. Ну хватит. Перестань. Разложи снова все по полочкам. Вот так. Теперь закрой. На два оборота. На самом дне души, там, за углом. В том саду. Там несколько цветков, немного тени и еще — боль. Умоляю, оставь все там, в потайном месте, так тебе не будет больно, и никто это не увидит. И ты не сможешь увидеть.

    Рано или поздно то, что ты старательно отбрасываешь, все равно настигает тебя. Самые глупые вещи, которые остаются в твоем прошлом, когда ты был влюблен, вспоминаются тебе как самые прекрасные. Потому что по своей простоте они не сравнимы ни с чем. И мне хочется кричать. В этой тишине, которая рождает боль, одну лишь боль. Ну хватит. Перестань. Разложи снова все по полочкам. Вот так. Теперь закрой. На два оборота. На самом дне души, там, за углом. В том саду. Там несколько цветков, немного тени и еще — боль. Умоляю, оставь все там, в потайном месте, так тебе не будет больно, и никто это не увидит. И ты не сможешь увидеть.

    — Три метра над небом. Я хочу тебя · книга
18. «

    Если ты действительно любишь человека, нужно думать о том, чтобы ему было хорошо, о том, что его делает по-настоящему счастливым. Ты не должна быть эгоисткой…

    Если ты действительно любишь человека, нужно думать о том, чтобы ему было хорошо, о том, что его делает по-настоящему счастливым. Ты не должна быть эгоисткой…

    — Три метра над небом. Я хочу тебя · книга
19. «

    В поцелуе — все. Поцелуй — это правда о человеке. Без всяких стилистических упражнений, без лишних слов, без умничания.

    В поцелуе — все. Поцелуй — это правда о человеке. Без всяких стилистических упражнений, без лишних слов, без умничания.

    — Три метра над небом. Я хочу тебя · книга
20. «

    Ты меня никогда не любил, ты просто все рассчитал: увидел, что я порядочная девушка, и тебе будет со мной хорошо… но это — не любовь, слышишь? Любовь это не расчёты, как у кассы в магазине. Любовь — это когда крышу сносит, когда делаешь невообразимые вещи, например, как та надпись на мосту. Я и ты… Три метра над небом.

    Ты меня никогда не любил, ты просто все рассчитал: увидел, что я порядочная девушка, и тебе будет со мной хорошо… но это — не любовь, слышишь? Любовь это не расчёты, как у кассы в магазине. Любовь — это когда крышу сносит, когда делаешь невообразимые вещи, например, как та надпись на мосту. Я и ты… Три метра над небом.

    — Три метра над небом. Я хочу тебя · книга