18 цитат Филипа Рота — избранное

Филип Рот — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 18 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Тело хранит историю жизни в той же мере, что и мозг.

   Тело хранит историю жизни в той же мере, что и мозг.

   — Умирающее животное · книга
2. «

   Старость — это не сражение, это бойня.

   Старость — это не сражение, это бойня.
3. «

   Ненависть — опасная вещь. С ней ведь как: начнёшь — и не остановишься. Зайдёшь в сто раз дальше, чем хочешь. Её трудней держать под контролем, чем что-либо другое на свете. Легче пить бросить, чем ненависть обуздать.

   Ненависть — опасная вещь. С ней ведь как: начнёшь — и не остановишься. Зайдёшь в сто раз дальше, чем хочешь. Её трудней держать под контролем, чем что-либо другое на свете. Легче пить бросить, чем ненависть обуздать.

   — Людское клеймо · книга
4. «

   Отныне все земные напасти стали контролируемы, через строгие интервалы прерываемые рекламной паузой. Телевидение занялось тем, что ему удаётся лучше всего, — превратило трагедию в повседневность. Триумф поверхностного существования...

   Отныне все земные напасти стали контролируемы, через строгие интервалы прерываемые рекламной паузой. Телевидение занялось тем, что ему удаётся лучше всего, — превратило трагедию в повседневность. Триумф поверхностного существования...

   — Умирающее животное · книга
5. «

   В принципе, я не против некоторых вещей, но есть некоторые вещи, против которых я в принципе.

   В принципе, я не против некоторых вещей, но есть некоторые вещи, против которых я в принципе.

   — Моя мужская правда · книга
6. «

   Детство кончается, когда чужие слёзы становятся для тебя невыносимей, чем собственные.

   Детство кончается, когда чужие слёзы становятся для тебя невыносимей, чем собственные.
7. «

   Скажем просто: качества личности, а не количество наличности — таков был основной критерий оценки человека у наших родителей.

   Скажем просто: качества личности, а не количество наличности — таков был основной критерий оценки человека у наших родителей.

   — Моя мужская правда · книга
8. «

   Люди иногда терпят неудачи. Почему? Потому что удача не терпит некоторых людей.

   Люди иногда терпят неудачи. Почему? Потому что удача не терпит некоторых людей.

   — Моя мужская правда · книга
9. «

   Кому-то везет, а кому-то и нет. Любая биография — это игра случайностей, и, начиная с зачатия, тирания случая определяет всё. Случай — вот что, я думаю, имел в виду мистер Кантор, хуля то, что он называл Богом.

   Кому-то везет, а кому-то и нет. Любая биография — это игра случайностей, и, начиная с зачатия, тирания случая определяет всё. Случай — вот что, я думаю, имел в виду мистер Кантор, хуля то, что он называл Богом.

   — Немезида · книга
10. «

    Умножая, мы обязательно получаем произведение. Умножая небылицы, мы вовсе не обязательно получим «произведение художественной литературы».

    Умножая, мы обязательно получаем произведение. Умножая небылицы, мы вовсе не обязательно получим «произведение художественной литературы».

    — Моя мужская правда · книга
11. «

    Подсознание — над ним ведь никакого контроля нет. Это как правительство. Это и есть правительство. Снова и снова правительство, оно самое. Заставляет тебя делать то, чего ты не хочешь делать.

    Подсознание — над ним ведь никакого контроля нет. Это как правительство. Это и есть правительство. Снова и снова правительство, оно самое. Заставляет тебя делать то, чего ты не хочешь делать.

    — Людское клеймо · книга
12. «

    Иметь секреты – вполне человеческое качество. Так же, как и желание рано или поздно их раскрыть.

    Иметь секреты – вполне человеческое качество. Так же, как и желание рано или поздно их раскрыть.
13. «

    Если в смерти и есть что хорошее, так это, что и сукиных детей она не минует.

    Если в смерти и есть что хорошее, так это, что и сукиных детей она не минует.

    — По наследству · книга
14. «

    Ирония — одно из средств защиты и абсолютно бессмысленна, если твой путь — это путь божества.

    Ирония — одно из средств защиты и абсолютно бессмысленна, если твой путь — это путь божества.

    — Американская пастораль · книга
15. «

    Ты нечто и в то же время ничто.

    Ты нечто и в то же время ничто.

    — Людское клеймо · книга
16. «

    Разговор — это не обязательно поединок, где ты стреляешь и в тебя стреляют, где ты рискуешь своей жизнью и охотишься за чужой! А слова — вовсе не бомбы и пули, нет, они могут быть маленькими подарками, исполненными смысла.

    Разговор — это не обязательно поединок, где ты стреляешь и в тебя стреляют, где ты рискуешь своей жизнью и охотишься за чужой! А слова — вовсе не бомбы и пули, нет, они могут быть маленькими подарками, исполненными смысла.

    — Случай портного · книга
17. «

    Я удивил самого себя желанием сказать человеку хорошее, чувствовал, что говорю лишнее, что захожу в объяснениях слишком далеко, чувствовал себя сверхвовлечённым и перевозбуждённым, как в детстве, когда тебе кажется, что в новом мальчике на улице ты нашёл единственного друга, и ты ведёшь себя совершенно не так, как обычно, открываешься куда больше, чем тебе самому хочется.

    Я удивил самого себя желанием сказать человеку хорошее, чувствовал, что говорю лишнее, что захожу в объяснениях слишком далеко, чувствовал себя сверхвовлечённым и перевозбуждённым, как в детстве, когда тебе кажется, что в новом мальчике на улице ты нашёл единственного друга, и ты ведёшь себя совершенно не так, как обычно, открываешься куда больше, чем тебе самому хочется.

    — Людское клеймо · книга
18. «

    Ты идешь к кому-то и думаешь: «Расскажу». Но зачем? Чтобы, как ты надеешься, облегчить душу? Вот почему ты так мерзко чувствуешь себя потом — душу-то ты раскрыл, но если все, о чем ты поведал, действительно ужасно и трагично, тебе становится не лучше, а хуже: обнажение, неизбежное при исповеди, только усугубляет страдание.

    Ты идешь к кому-то и думаешь: «Расскажу». Но зачем? Чтобы, как ты надеешься, облегчить душу? Вот почему ты так мерзко чувствуешь себя потом — душу-то ты раскрыл, но если все, о чем ты поведал, действительно ужасно и трагично, тебе становится не лучше, а хуже: обнажение, неизбежное при исповеди, только усугубляет страдание.

    — Американская пастораль · книга