Франц Вертфоллен: цитаты о любви: 25 высказываний о главном

Франц Вертфоллен: цитаты о любви — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 25 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   Любовь – это галлюцинации на двоих, из которых ты заставляешь жить все миллиарды людей на планетке. И любовь тебе в этом – топливо.

   Любовь – это галлюцинации на двоих, из которых ты заставляешь жить все миллиарды людей на планетке. И любовь тебе в этом – топливо.

   — Франц Вертфоллен · книга
2. «

   Если бы изумруды, раскаляясь, становились бы лавой, сияющей зеленью зеленей плюща, и вот это всё заливалось бы в бронхи, я б терял дыхание ровно так, как терял его в море за каким-то кирпичным домиком, просто стоя и наблюдая, как у тебя в зрачках развертывается история мироздания – и вся она – о безделушке, о мелочи, без которой скучает бог – о безделице – о любви.

   Если бы изумруды, раскаляясь, становились бы лавой, сияющей зеленью зеленей плюща, и вот это всё заливалось бы в бронхи, я б терял дыхание ровно так, как терял его в море за каким-то кирпичным домиком, просто стоя и наблюдая, как у тебя в зрачках развертывается история мироздания – и вся она – о безделушке, о мелочи, без которой скучает бог – о безделице – о любви.

   — Франц Вертфоллен · книга
3. «

   Люди, живущие из страха, не способные на любовь и зрячесть, будут везде наталкиваться на сталь, потому что иное отношение к ним неэффективно. Люди, способные на любовь и зрячесть, в ком угодно разбудят к себе живое отношение.

   Люди, живущие из страха, не способные на любовь и зрячесть, будут везде наталкиваться на сталь, потому что иное отношение к ним неэффективно. Люди, способные на любовь и зрячесть, в ком угодно разбудят к себе живое отношение.

   — Франц Вертфоллен
4. «

   Я люблю в каждом то, что есть у него от красоты.

   Я люблю в каждом то, что есть у него от красоты.

   — Франц Вертфоллен · книга
5. «

   Настоящая любовь заставляет тебя действовать и при этом окрыляет тебя. Но окрыляет она только тогда, когда ты действуешь.

   Настоящая любовь заставляет тебя действовать и при этом окрыляет тебя. Но окрыляет она только тогда, когда ты действуешь.

   — Франц Вертфоллен
6. «

   Я могу чувствовать ваш взгляд, господин фон Шёнбург-Хартенштайн.

   Я могу чувствовать ваш взгляд, господин фон Шёнбург-Хартенштайн.

   — Франц Вертфоллен · книга
7. «

   Великие живут исключительно войной и любовью.

   Великие живут исключительно войной и любовью.

   — Франц Вертфоллен · книга
8. «

   В отношениях будут случаться моменты, когда другой человек фейлит или когда фейлишь ты. И оба случая одинаково болезненны, потому что, когда тебе действительно важен человек, тебе больно, что ты фейлишь. Нужно всё это признать и с этим работать. Менять другого человека и меняться самому. Это единственное, что здесь работает.

   В отношениях будут случаться моменты, когда другой человек фейлит или когда фейлишь ты. И оба случая одинаково болезненны, потому что, когда тебе действительно важен человек, тебе больно, что ты фейлишь. Нужно всё это признать и с этим работать. Менять другого человека и меняться самому. Это единственное, что здесь работает.

   — Франц Вертфоллен · книга
9. «

   А девочка смотрит на тебя жадно...

   А девочка смотрит на тебя жадно...

   — Франц Вертфоллен · книга
10. «

    Роскошь — не антоним нищих, действительно, роскошь – синоним существ, qui ne sont là que pour faire l’amour et la guerre (Которые родились лишь для того, чтоб заниматься войной и любовью).

    Роскошь — не антоним нищих, действительно, роскошь – синоним существ, qui ne sont là que pour faire l’amour et la guerre (Которые родились лишь для того, чтоб заниматься войной и любовью).

    — Франц Вертфоллен · книга
11. «

    ФРАНЦ: Не убегай от реальности. А то люди любят нафантазировать Эдем. А звезды Гранд-Каньона такие же как звезды Вашингтона, и не сильно отличны от звезд Вены. Счастья они не синтезируют. Вот как я ссинтезирую благодати, я приду тебя ей обогащать.

    ФРАНЦ: Не убегай от реальности. А то люди любят нафантазировать Эдем. А звезды Гранд-Каньона такие же как звезды Вашингтона, и не сильно отличны от звезд Вены. Счастья они не синтезируют. Вот как я ссинтезирую благодати, я приду тебя ей обогащать.

    — Франц Вертфоллен · книга
12. «

    Я – онемевший в своей скорлупе непривычных гармоний Из всех этих пёстрых, изящных историй О небывших клочочках чьей-то Неразделённой весны – Как невыносимо тихо во мне наступают все дни Той пресноватой радости.

    Я – онемевший в своей скорлупе непривычных гармоний Из всех этих пёстрых, изящных историй О небывших клочочках чьей-то Неразделённой весны – Как невыносимо тихо во мне наступают все дни Той пресноватой радости.

    — Франц Вертфоллен · книга
13. «

    Выживают в концлагере не носками, дамы и господа, не носками, не тряпками, не объедками. В концлагере можно выжить только одним – благословением кого-то любить. Любовью одной живут люди. Ибо любовь – единственное, что заставляет жить.

    Выживают в концлагере не носками, дамы и господа, не носками, не тряпками, не объедками. В концлагере можно выжить только одним – благословением кого-то любить. Любовью одной живут люди. Ибо любовь – единственное, что заставляет жить.

    — Франц Вертфоллен · книга
14. «

    Наркотик бога – любовь.

    Наркотик бога – любовь.

    — Франц Вертфоллен · книга
15. «

    Ибо кто любовь с лестью путает, если не черти, коими души слабые искушают?

    Ибо кто любовь с лестью путает, если не черти, коими души слабые искушают?

    — Франц Вертфоллен · книга
16. «

    Любовь не просто даёт Вам смысл в жизни, она постоянно толкает Вас на изменения. Ты не можешь любить и отращивать жопу себе на диване. Это антонимы.

    Любовь не просто даёт Вам смысл в жизни, она постоянно толкает Вас на изменения. Ты не можешь любить и отращивать жопу себе на диване. Это антонимы.

    — Франц Вертфоллен · книга
17. «

    ОН: Патер, знаете, почему на принца на белом коне надрачивают – не из-за бархата и не из-за коня, а потому что никто не способен так увлекательно, полно, божественно заниматься самыми наибожественными вещами – войной и любовью. Никто больше не способен так ярко раскрашивать жизнь окружающих. А конь там или Бугатти – это знаете ли, детали.

    ОН: Патер, знаете, почему на принца на белом коне надрачивают – не из-за бархата и не из-за коня, а потому что никто не способен так увлекательно, полно, божественно заниматься самыми наибожественными вещами – войной и любовью. Никто больше не способен так ярко раскрашивать жизнь окружающих. А конь там или Бугатти – это знаете ли, детали.

    — Франц Вертфоллен · книга
18. «

    Любовь к человеку, не к собственным от него ожиданиям, не к своим страхам в его лице, не к своим планам на будущее и спокойную старость, а именно к человеку – редка невероятно. И ярлыков на себе не терпит.

    Любовь к человеку, не к собственным от него ожиданиям, не к своим страхам в его лице, не к своим планам на будущее и спокойную старость, а именно к человеку – редка невероятно. И ярлыков на себе не терпит.

    — Франц Вертфоллен · книга
19. «

    Лунная ночь. Опьяненность Нью-Йорком в Бейруте. I might have loved you, Alice. I might even love you now. I might. Ты кружишь в прозрачном, в кружеве, в блестках шампанского – Кардифф – пальцы холодные, синие, с дешевым колечком, найденным в придорожной закусочной за музыкальным ящиком. Я целую твои пальцы и не могу нацеловаться. И музыкальный ящик хрипит. И погода переменчива, как мы – одна минута – россыпь бликов, вторая – дождя. Возможно, я до сих пор люблю тебя, Элис.

    Лунная ночь. Опьяненность Нью-Йорком в Бейруте. I might have loved you, Alice. I might even love you now. I might. Ты кружишь в прозрачном, в кружеве, в блестках шампанского – Кардифф – пальцы холодные, синие, с дешевым колечком, найденным в придорожной закусочной за музыкальным ящиком. Я целую твои пальцы и не могу нацеловаться. И музыкальный ящик хрипит. И погода переменчива, как мы – одна минута – россыпь бликов, вторая – дождя. Возможно, я до сих пор люблю тебя, Элис.

    — Франц Вертфоллен · книга
20. «

    НОРА: Ты абсолютно не любишь меня. ФРАНЦ: А даже если и так. НОРА: Что?! ФРАНЦ: Даже если и так, Элеонора, разве вопрос брака, это любят ли меня? Разве главный вопрос брака в этом? Разве это не «люблю ли я?».

    НОРА: Ты абсолютно не любишь меня. ФРАНЦ: А даже если и так. НОРА: Что?! ФРАНЦ: Даже если и так, Элеонора, разве вопрос брака, это любят ли меня? Разве главный вопрос брака в этом? Разве это не «люблю ли я?».

    — Франц Вертфоллен · книга