246 мудрых мыслей Франца Вертфоллена

Подборка из 246 цитат Франца Вертфоллена: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   И то, как она наклонила свою макушку к его плечу, то как он держал её руку, как она держалась за его локоть, то как они говорили – это подделать нельзя. Кому в кино – минута съемки – сыграть легко. Лежишь и не дергаешься. Кому в жизни сыграть невозможно. Но более всего – невозможно подделать любовь. Потому что искренность не подделать. Жизнь сыграть невозможно. Её можно только жалко имитировать. Увечность тела, на самом деле, куда незаметнее увечности души. Мы все калеки, поэтому привыкаем. Но когда видишь перед собой здоровую душу. Видишь это свечение, ты понимаешь: такое подделать нельзя. Их слова дышали, потому что дышали они. Оба. Живые. Красивые. И весь мир раскатывался перед ними скатертью-самобранкой, бери – не хочу. И это было правильно, потому что только такие существа и способны наполнять мир жизнью. Когда они ушли, кабинет еще долго звенел колоколами Бретани, прибоем Канн, кружил вальсами Штрауса. И было так хорошо, так спокойно, как не бывает на Земле. Как не бывает ни в книгах, ни в кино, разве что в музыке и то на обидно короткие моменты, когда по несовершенным человеческим нотам вдруг разливается благодать.

   И то, как она наклонила свою макушку к его плечу, то как он держал её руку, как она держалась за его локоть, то как они говорили – это подделать нельзя. Кому в кино – минута съемки – сыграть легко. Лежишь и не дергаешься. Кому в жизни сыграть невозможно. Но более всего – невозможно подделать любовь. Потому что искренность не подделать. Жизнь сыграть невозможно. Её можно только жалко имитировать. Увечность тела, на самом деле, куда незаметнее увечности души. Мы все калеки, поэтому привыкаем. Но когда видишь перед собой здоровую душу. Видишь это свечение, ты понимаешь: такое подделать нельзя. Их слова дышали, потому что дышали они. Оба. Живые. Красивые. И весь мир раскатывался перед ними скатертью-самобранкой, бери – не хочу. И это было правильно, потому что только такие существа и способны наполнять мир жизнью. Когда они ушли, кабинет еще долго звенел колоколами Бретани, прибоем Канн, кружил вальсами Штрауса. И было так хорошо, так спокойно, как не бывает на Земле. Как не бывает ни в книгах, ни в кино, разве что в музыке и то на обидно короткие моменты, когда по несовершенным человеческим нотам вдруг разливается благодать.

   — Наталье. Из Колумбии. С любовью · книга
2. «

   Не в спорах рождается истина — в деле.

   Не в спорах рождается истина — в деле.

   — Заметки для Штази. Ливан · книга
3. «

   После гениев толпа не способна удержать суть, ее вершина – ухватить форму, ей под силу только копировать – не создавать. Так рождаются ремесла, и так же они вырождаются. Когда полностью теряется суть, и остается только мертвое подражание форме – исчезает даже ремесло. Помните разницу: ремесло – это форма, искусство – всегда и только содержание.

   После гениев толпа не способна удержать суть, ее вершина – ухватить форму, ей под силу только копировать – не создавать. Так рождаются ремесла, и так же они вырождаются. Когда полностью теряется суть, и остается только мертвое подражание форме – исчезает даже ремесло. Помните разницу: ремесло – это форма, искусство – всегда и только содержание.

   — Не книга. Азбука современного человека · книга
4. «

   Ни один кукольник не ненавидит марионеток. Писатель любит своих героев, потому что покорны, потому что — что бы ни делали — колода карт.

   Ни один кукольник не ненавидит марионеток. Писатель любит своих героев, потому что покорны, потому что — что бы ни делали — колода карт.
5. «

   Вся история человечества – это анатомический театр.

   Вся история человечества – это анатомический театр.
6. «

   Нужно быть идиотом, чтобы воевать с законом, когда законы можно писать.

   Нужно быть идиотом, чтобы воевать с законом, когда законы можно писать.

   — Заурядные письма священника своей мёртвой жене · книга
7. «

   В рутине гораздо больше от подвига, чем в убийстве слона боевого, сотен слонов боевых.

   В рутине гораздо больше от подвига, чем в убийстве слона боевого, сотен слонов боевых.

   — Франц · книга
8. «

   Не будет у вас голова работать, если у вас сердце не работает. Если вы маленькая трусливая вошь, которая боится что-либо в этом мире проживать, вы вообще не будете знать, что делать со своей жизнью. Потому что мозгу, для того, чтобы он анализировал, что происходит, нужны прежде всего ваши чувства, ваши эмоции, что вы чувствуете по поводу ситуации. Вот тогда у мозга включается анализ.

   Не будет у вас голова работать, если у вас сердце не работает. Если вы маленькая трусливая вошь, которая боится что-либо в этом мире проживать, вы вообще не будете знать, что делать со своей жизнью. Потому что мозгу, для того, чтобы он анализировал, что происходит, нужны прежде всего ваши чувства, ваши эмоции, что вы чувствуете по поводу ситуации. Вот тогда у мозга включается анализ.

   — Вакцина от идиократии · книга
9. «

   Если танец Солнца тебя чему-то и учит, так это тому, что за болью есть жизнь. Ты думаешь, боль – конец, а это даже не начало. Тебе ещё плясать и плясать. И ты привыкаешь к боли, и только когда она больше не отвлекает тебя, только тогда ты свободен от страха.

   Если танец Солнца тебя чему-то и учит, так это тому, что за болью есть жизнь. Ты думаешь, боль – конец, а это даже не начало. Тебе ещё плясать и плясать. И ты привыкаешь к боли, и только когда она больше не отвлекает тебя, только тогда ты свободен от страха.

   — О Летучих змеях. Неаполь · книга
10. «

    Все существующие страны в той или иной степени больны, потому что люди в этих странах в той или иной степени больны.

    Все существующие страны в той или иной степени больны, потому что люди в этих странах в той или иной степени больны.

    — Вакцина от идиократии · книга
11. «

    Времена все свернутся в кольца, бирюзою застыв внутри, когда в небеса взовьется звон твоей обожженной земли – из волчонка ты станешь – волком, из котенка ты станешь – львом, и закружатся проволокой тонкой кобра с ястребом надо лбом.

    Времена все свернутся в кольца, бирюзою застыв внутри, когда в небеса взовьется звон твоей обожженной земли – из волчонка ты станешь – волком, из котенка ты станешь – львом, и закружатся проволокой тонкой кобра с ястребом надо лбом.
12. «

    Официальное положение — оно, на самом деле, в качестве жизни человека не так много решает. Потому что качество жизни человека зависит исключительно, и только, и всегда — от самого человека и его сердцевины. У вас гнилая сердцевина, — вы как угодно будете жить херово. Даже если вы унаследуете миллионы, вы будете жить херово, и о вас будут вытирать ноги, потому что у вас сердцевина — гнилая.

    Официальное положение — оно, на самом деле, в качестве жизни человека не так много решает. Потому что качество жизни человека зависит исключительно, и только, и всегда — от самого человека и его сердцевины. У вас гнилая сердцевина, — вы как угодно будете жить херово. Даже если вы унаследуете миллионы, вы будете жить херово, и о вас будут вытирать ноги, потому что у вас сердцевина — гнилая.

    — Вакцина от идиократии · книга
13. «

    Искусство — это либо поиск бога, либо красоты, что в конечном итоге одно и то же.

    Искусство — это либо поиск бога, либо красоты, что в конечном итоге одно и то же.
14. «

    Наука здесь для того, чтобы объяснить вам мир. Искусство здесь для того, чтобы научить вас с миром взаимодействовать. Искусство учит вас включать сердце и проживать мир. Искусство говорит вам, каким нужно быть и как себя нужно чувствовать, чтобы добиться результата.

    Наука здесь для того, чтобы объяснить вам мир. Искусство здесь для того, чтобы научить вас с миром взаимодействовать. Искусство учит вас включать сердце и проживать мир. Искусство говорит вам, каким нужно быть и как себя нужно чувствовать, чтобы добиться результата.

    — Вакцина от идиократии · книга
15. «

    Любое существо, что любить умеет. Не сосуществовать, но любить умеет, способно оно на то – умно достаточно, твердо достаточно, сильно. Таких существ надо беречь.

    Любое существо, что любить умеет. Не сосуществовать, но любить умеет, способно оно на то – умно достаточно, твердо достаточно, сильно. Таких существ надо беречь.

    — Сцены семейной жизни · книга
16. «

    Цель выше гордыни. Когда ради победы надо «полунагим и раны открывая», значит, будут и нагота, и раны. И победа.

    Цель выше гордыни. Когда ради победы надо «полунагим и раны открывая», значит, будут и нагота, и раны. И победа.

    — Заметки для Штази. Ливан · книга
17. «

    Так наступает старость — не физической немощью — неинтересом ко всему окружающему и особенно — «сложному».

    Так наступает старость — не физической немощью — неинтересом ко всему окружающему и особенно — «сложному».

    — Не книга. Азбука современного человека · книга
18. «

    Массе очень легко впихнуть хлам. Вернее так — она только на хлам и согласна. Хлам ей понятен. Все эти плюшевые олени для сушилки посуды, вешалки в форме пупырышек и пупырышки в форме вешалок, сайты с картинками, группы с цитатками... Нет? Вы не такой? Бессмысленные книги, бессодержательные event'ы, яркие, как фантики, и, как фантики, бесполезные.

    Массе очень легко впихнуть хлам. Вернее так — она только на хлам и согласна. Хлам ей понятен. Все эти плюшевые олени для сушилки посуды, вешалки в форме пупырышек и пупырышки в форме вешалок, сайты с картинками, группы с цитатками... Нет? Вы не такой? Бессмысленные книги, бессодержательные event'ы, яркие, как фантики, и, как фантики, бесполезные.

    — Не книга. Азбука современного человека · книга
19. «

    Дебилы — это проблема всего земного шара. Не только России или не только какой-то одной национальности.

    Дебилы — это проблема всего земного шара. Не только России или не только какой-то одной национальности.
20. «

    Только в том-то и загвоздка, наука – это же не перемывка колбочек, рутинные расчеты – это мысль. А когда мысли нет, даже если есть расчеты и колбочки – это уже не наука.

    Только в том-то и загвоздка, наука – это же не перемывка колбочек, рутинные расчеты – это мысль. А когда мысли нет, даже если есть расчеты и колбочки – это уже не наука.

    — Заметки для Штази. Ливан · книга