31 цитата Франсина Риверса: от иронии до философии

Франсин Риверс — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 31 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   — Можно мне идти, мой господин? — тихо сказала она, уже как служанка. — Да, — спокойно ответил он, провожая ее глазами. Когда она уже открыла дверь, он окликнул ее. — Хадасса, — сказал Марк, чувствуя, как любовь разрывает его изнутри. Единственный способ овладеть ею, на его взгляд, состоял в том, чтобы пошатнуть в ней эту упрямую веру. Но не пошатнет ли он при этом и ее саму? — А что этот твой Бог вообще сделал для тебя? Девушка довольно долго стояла в дверях к нему спиной и молчала. — Все, — наконец тихо ответила она и ушла, так же тихо закрыв за собой дверь.

   — Можно мне идти, мой господин? — тихо сказала она, уже как служанка. — Да, — спокойно ответил он, провожая ее глазами. Когда она уже открыла дверь, он окликнул ее. — Хадасса, — сказал Марк, чувствуя, как любовь разрывает его изнутри. Единственный способ овладеть ею, на его взгляд, состоял в том, чтобы пошатнуть в ней эту упрямую веру. Но не пошатнет ли он при этом и ее саму? — А что этот твой Бог вообще сделал для тебя? Девушка довольно долго стояла в дверях к нему спиной и молчала. — Все, — наконец тихо ответила она и ушла, так же тихо закрыв за собой дверь.

   — Марк Валериан · книга
2. «

   — Он хороший политик? — А это никого не волнует, пока он финансирует зрелища и кормит бедняков.

   — Он хороший политик? — А это никого не волнует, пока он финансирует зрелища и кормит бедняков.

   — Веяние тихого ветра · книга
3. «

   Умирают и мудрецы, и глупцы, Атрет. Разница лишь в том, что у мудрецов смерть достойнее.

   Умирают и мудрецы, и глупцы, Атрет. Разница лишь в том, что у мудрецов смерть достойнее.

   — Бато · книга
4. «

   Есть грехи, которые нельзя скрыть, но и говорить о них невозможно.

   Есть грехи, которые нельзя скрыть, но и говорить о них невозможно.

   — Последний пожиратель греха · книга
5. «

   — Бог говорил с Илией тихим шепотом, Марк. Это был спокойный и тихий голос. Это было веяние тихого ветра... Марк вдруг почувствовал какой-то странный трепет внутри. Как бы пытаясь от него избавиться, он криво усмехнулся. — Ветра? — Да, — тихо сказала она.

   — Бог говорил с Илией тихим шепотом, Марк. Это был спокойный и тихий голос. Это было веяние тихого ветра... Марк вдруг почувствовал какой-то странный трепет внутри. Как бы пытаясь от него избавиться, он криво усмехнулся. — Ветра? — Да, — тихо сказала она.

   — Хадасса · книга
6. «

   Прощение означает полное забвение...

   Прощение означает полное забвение...

   — Дитя Примирения · книга
7. «

   — Не суди их так строго, Децим. Здесь нет ни твоей, ни моей, ни их вины. В этом виноват тот мир, в котором они живут. — А кто делает этот мир, Феба? Они сами хотят полностью распоряжаться своей жизнью. Они хотят избавиться от старых норм. Для них хорошо все, что им приятно. Они готовы уничтожить всякого, кто встанет у них на пути. Они требуют разорвать цепи нравственности и не понимают, что только нравственные ограничения и делают человека цивилизованным существом.

   — Не суди их так строго, Децим. Здесь нет ни твоей, ни моей, ни их вины. В этом виноват тот мир, в котором они живут. — А кто делает этот мир, Феба? Они сами хотят полностью распоряжаться своей жизнью. Они хотят избавиться от старых норм. Для них хорошо все, что им приятно. Они готовы уничтожить всякого, кто встанет у них на пути. Они требуют разорвать цепи нравственности и не понимают, что только нравственные ограничения и делают человека цивилизованным существом.

   — Децим Валериан · книга
8. «

   — Ты так сомневаешься в собственной дочери? — Я люблю ее больше собственной жизни, но при этом не закрываю глаза на ее недостатки.

   — Ты так сомневаешься в собственной дочери? — Я люблю ее больше собственной жизни, но при этом не закрываю глаза на ее недостатки.

   — Децим Валериан · книга
9. «

   ... Он грустно улыбнулся и похлопал ее по руке. — И вовсе не мне, и не Иакову, а Марии Магдалине Иисус дал возможность увидеть Себя после воскресения. От слез Хадасса какое-то мгновение ничего не видела. — Как мне обрести такую же силу, как у тебя? Иоанн нежно улыбнулся ей. — В тебе есть столько сил, сколько Бог дал тебе, и этих сил хватит для того, чтобы в тебе исполнилась Его воля. Ты только верь в Него.

   ... Он грустно улыбнулся и похлопал ее по руке. — И вовсе не мне, и не Иакову, а Марии Магдалине Иисус дал возможность увидеть Себя после воскресения. От слез Хадасса какое-то мгновение ничего не видела. — Как мне обрести такую же силу, как у тебя? Иоанн нежно улыбнулся ей. — В тебе есть столько сил, сколько Бог дал тебе, и этих сил хватит для того, чтобы в тебе исполнилась Его воля. Ты только верь в Него.

   — Иоанн · книга
10. «

    — Разве твой Бог против любви? — Бог есть любовь, — тихо сказала Хадасса.

    — Разве твой Бог против любви? — Бог есть любовь, — тихо сказала Хадасса.

    — Хадасса · книга
11. «

    Хадасса до сих пор помнила тот трепет, который она испытала при виде храма. «О отец, он так прекрасен». — Да, — торжественно сказа он. — Жаль только, очень часто то, что выглядит красиво, не живет вечно.

    Хадасса до сих пор помнила тот трепет, который она испытала при виде храма. «О отец, он так прекрасен». — Да, — торжественно сказа он. — Жаль только, очень часто то, что выглядит красиво, не живет вечно.

    — Веяние тихого ветра · книга
12. «

    ... Она быстро пришла в себя и покорно опустила голову. — Прошу простить меня, мой господин. Его ладонь горела от пощечины, но это было ничто по сравнению с тем, как горела его совесть.

    ... Она быстро пришла в себя и покорно опустила голову. — Прошу простить меня, мой господин. Его ладонь горела от пощечины, но это было ничто по сравнению с тем, как горела его совесть.

    — Марк Валериан · книга
13. «

    Разве я или Моисей должны указывать Господу, каким путем нам идти? Это Господь должен говорить нам, куда идти, как долго и как далеко.

    Разве я или Моисей должны указывать Господу, каким путем нам идти? Это Господь должен говорить нам, куда идти, как долго и как далеко.

    — Аарон · книга
14. «

    Боль может сидеть очень глубоко внутри, но её никакими слезами не вымоешь оттуда, как, к примеру, дождь смывает грязь с крыши.

    Боль может сидеть очень глубоко внутри, но её никакими слезами не вымоешь оттуда, как, к примеру, дождь смывает грязь с крыши.

    — Последний пожиратель греха · книга
15. «

    ... Марк неправильно истолковал ее порыв. — Если мы предадимся любви прямо сейчас, я никогда об этом не пожалею, — сказал он, сжимая Хадассу в обьятиях, — но об этом пожалеешь ты. Чистота до брака. Разве не об этом гласит один из законов твоего Бога? Религия никогда меня не интересовала. Не интересует и сейчас. Но она важна для тебя, и ради этого я готов ждать. Для меня важно то, что я люблю тебя. И я не хочу, чтобы в наших отношениях было что-то такое, о чем бы мы пожалели.

    ... Марк неправильно истолковал ее порыв. — Если мы предадимся любви прямо сейчас, я никогда об этом не пожалею, — сказал он, сжимая Хадассу в обьятиях, — но об этом пожалеешь ты. Чистота до брака. Разве не об этом гласит один из законов твоего Бога? Религия никогда меня не интересовала. Не интересует и сейчас. Но она важна для тебя, и ради этого я готов ждать. Для меня важно то, что я люблю тебя. И я не хочу, чтобы в наших отношениях было что-то такое, о чем бы мы пожалели.

    — Марк Валериан · книга
16. «

    Неужели Рим так боится истины, что готов ее уничтожить?

    Неужели Рим так боится истины, что готов ее уничтожить?

    — Хадасса · книга
17. «

    Эмоции — страшная сила, но они переменчивы, как ветер...

    Эмоции — страшная сила, но они переменчивы, как ветер...

    — Дитя Примирения · книга
18. «

    Если ты самая большая собака, это еще не значит, что ты самая умная или лучшая.

    Если ты самая большая собака, это еще не значит, что ты самая умная или лучшая.

    — Веяние тихого ветра · книга
19. «

    Поцеловав дочь в голову, он сказал: — Оставайся твердой в Господе, Хадасса. Оставайся твердой в вере и дай Господу вести твои сражения. Не старайся сражаться в одиночестве.

    Поцеловав дочь в голову, он сказал: — Оставайся твердой в Господе, Хадасса. Оставайся твердой в вере и дай Господу вести твои сражения. Не старайся сражаться в одиночестве.

    — Веяние тихого ветра · книга
20. «

    Врагом для нас является ненависть, Хадасса. Но не люди.

    Врагом для нас является ненависть, Хадасса. Но не люди.

    — Веяние тихого ветра · книга