62 известных цитаты Франсуазы Саган: жизненные цитаты

Подборка из 62 цитаты Франсуазы Саган: жизненные цитаты: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Хочешь, поговорим? — сказал он. — О чем? — спросила я. — Ты ненавидишь объяснения, я тоже. Они ни к чему не ведут.

   — Хочешь, поговорим? — сказал он. — О чем? — спросила я. — Ты ненавидишь объяснения, я тоже. Они ни к чему не ведут.

   — Франсуаза Саган · книга
2. «

   Верность в любви, думается мне, возможна, хоть это и нелегко, а вот ревность — чувство, всегда повергавшее меня в панику. Я знавала ревнивцев: это ужасно, это всегда разрушительно, прежде всего для них самих. Они мучаются и мучают, и это губит всё. Думается мне, что ревность, когда сам ревнивец её приемлет, более того, отстаивает как добродетель, становится страшным недугом.

   Верность в любви, думается мне, возможна, хоть это и нелегко, а вот ревность — чувство, всегда повергавшее меня в панику. Я знавала ревнивцев: это ужасно, это всегда разрушительно, прежде всего для них самих. Они мучаются и мучают, и это губит всё. Думается мне, что ревность, когда сам ревнивец её приемлет, более того, отстаивает как добродетель, становится страшным недугом.

   — Франсуаза Саган · книга
3. «

   ...я не знаю рецепта для долгой любви. Да и не вижу в нем необходимости. Я слишком люблю счастье, чтобы иметь несбыточные желания.

   ...я не знаю рецепта для долгой любви. Да и не вижу в нем необходимости. Я слишком люблю счастье, чтобы иметь несбыточные желания.

   — Франсуаза Саган · книга
4. «

   Добавлю, что любовь — как болезнь, тяжелая и постыдная, когда она не взаимна. Когда я не влюблена, это кажется мне безумием, глупостью, бессмыслицей. Когда влюблена — не расстаюсь с телефоном, не помню себя… Меня очень трогает тот факт, что люди, слывущие несгибаемыми, бывают обезоружены ласковыми, нежными. Когда влюбляешься в хорошего человека — пиши пропало. Это навсегда. Но жизнь мужчин тоже не сахар! Отношения в парах зачастую бывают напряженными, просто невозможными… наверное, потому, что женщины требуют всего по праву «слабого пола» плюс пресловутой свободы.

   Добавлю, что любовь — как болезнь, тяжелая и постыдная, когда она не взаимна. Когда я не влюблена, это кажется мне безумием, глупостью, бессмыслицей. Когда влюблена — не расстаюсь с телефоном, не помню себя… Меня очень трогает тот факт, что люди, слывущие несгибаемыми, бывают обезоружены ласковыми, нежными. Когда влюбляешься в хорошего человека — пиши пропало. Это навсегда. Но жизнь мужчин тоже не сахар! Отношения в парах зачастую бывают напряженными, просто невозможными… наверное, потому, что женщины требуют всего по праву «слабого пола» плюс пресловутой свободы.

   — Франсуаза Саган · книга
5. «

   Всегда и всюду окружающие смотрят на счастливых людей. Это убивает их — зрелище чужого счастья, как песок в глаза, но счастливым наплевать.

   Всегда и всюду окружающие смотрят на счастливых людей. Это убивает их — зрелище чужого счастья, как песок в глаза, но счастливым наплевать.

   — Франсуаза Саган · книга
6. «

   Женщины с претензиями сразу же становятся смешны; мужчинам же это придает обманчивую мужественность.

   Женщины с претензиями сразу же становятся смешны; мужчинам же это придает обманчивую мужественность.

   — Франсуаза Саган · книга
7. «

   Только когда Симон позвонил в тот вечер у ее дверей и она увидела его темный галстук, его напряженный взгляд, это ликование, прорывавшееся в каждом жесте, это смущение, похожее на то, какое охватывает человека, избалованного сверх меры жизнью и получившего вдруг еще наследство, ей захотелось разделить его счастье. Счастье, которое она ему дарит: «Вот я, мое тело, мое тепло, моя нежность, мне они ни к чему, но, доверив их твоим рукам, я, быть может, вновь сумею обрести в них усладу».

   Только когда Симон позвонил в тот вечер у ее дверей и она увидела его темный галстук, его напряженный взгляд, это ликование, прорывавшееся в каждом жесте, это смущение, похожее на то, какое охватывает человека, избалованного сверх меры жизнью и получившего вдруг еще наследство, ей захотелось разделить его счастье. Счастье, которое она ему дарит: «Вот я, мое тело, мое тепло, моя нежность, мне они ни к чему, но, доверив их твоим рукам, я, быть может, вновь сумею обрести в них усладу».

   — Франсуаза Саган · книга
8. «

   И то правда: так мучительно, когда приходится насильно брать себя в руки.

   И то правда: так мучительно, когда приходится насильно брать себя в руки.

   — Франсуаза Саган · книга
9. «

   ...утешить вообще никогда никого нельзя. Обрадовать, развеселить, понять — и то невероятно трудно.

   ...утешить вообще никогда никого нельзя. Обрадовать, развеселить, понять — и то невероятно трудно.

   — Франсуаза Саган · книга
10. «

    ...почему всегда, какой момент ни возьми, рука наша тянется не поддержать ближнего, а схватить тюбик с таблетками, флакон, бутылку?

    ...почему всегда, какой момент ни возьми, рука наша тянется не поддержать ближнего, а схватить тюбик с таблетками, флакон, бутылку?

    — Франсуаза Саган · книга
11. «

    В самом деле, куда удобнее, когда кто-то смотрит за тобой, даже если этот кто-то — что бы она там ни говорила — ещё больший раб, чем ты сам.

    В самом деле, куда удобнее, когда кто-то смотрит за тобой, даже если этот кто-то — что бы она там ни говорила — ещё больший раб, чем ты сам.

    — Франсуаза Саган · книга
12. «

    Когда мечтаешь о чём-то как об огромном несбыточном счастье, перестаёшь замечать маленькие дорожки, по которым можно (и довольно быстро) до него дойти.

    Когда мечтаешь о чём-то как об огромном несбыточном счастье, перестаёшь замечать маленькие дорожки, по которым можно (и довольно быстро) до него дойти.

    — Франсуаза Саган · книга
13. «

    Она просто боялась, она безотчетно ждала, чтобы он пришёл и заставил её принять свою любовь. Ей было невмоготу, и однообразное течение зимних дней, вереница всё одних и тех же улиц, приводивших её, одинокую, от квартиры к месту работы, этот телефон-предатель — она каждый раз жалела, что сняла трубку: так отчужденно и пристыжено звучал голос Роже, — и, наконец, тоска по далёкому лету, которое никогда не вернётся, — всё вело к безучастной вялости и требовало любой ценой, чтобы «хоть что-то произошло».

    Она просто боялась, она безотчетно ждала, чтобы он пришёл и заставил её принять свою любовь. Ей было невмоготу, и однообразное течение зимних дней, вереница всё одних и тех же улиц, приводивших её, одинокую, от квартиры к месту работы, этот телефон-предатель — она каждый раз жалела, что сняла трубку: так отчужденно и пристыжено звучал голос Роже, — и, наконец, тоска по далёкому лету, которое никогда не вернётся, — всё вело к безучастной вялости и требовало любой ценой, чтобы «хоть что-то произошло».

    — Франсуаза Саган · книга
14. «

    Если бы он наделал глупостей, у него наверняка нашлось бы о чем поговорить с ней. Необходимость лгать пробуждает изобретательность, подстегивает воображение.

    Если бы он наделал глупостей, у него наверняка нашлось бы о чем поговорить с ней. Необходимость лгать пробуждает изобретательность, подстегивает воображение.

    — Франсуаза Саган · книга
15. «

    Да, порой жизнь казалась мне неумолимой, и о некоторых чувствах я думала, что они никогда не иссякнут. Но вот мне сорок пять, я сижу в своем саду, у меня прекрасное настроение, и я никого не люблю.

    Да, порой жизнь казалась мне неумолимой, и о некоторых чувствах я думала, что они никогда не иссякнут. Но вот мне сорок пять, я сижу в своем саду, у меня прекрасное настроение, и я никого не люблю.

    — Франсуаза Саган · книга
16. «

    ...не так уж сладка жизнь у этих созданий с полуободранной шкурой, которые называются людьми.

    ...не так уж сладка жизнь у этих созданий с полуободранной шкурой, которые называются людьми.

    — Франсуаза Саган · книга
17. «

    Мы зачастую больнее раним людей через их близких, чем причиняя боль им самим.

    Мы зачастую больнее раним людей через их близких, чем причиняя боль им самим.

    — Франсуаза Саган · книга
18. «

    Надо ясно понять и заранее представить себе жизнь, когда всегда и все вместе: в постели и в течение целого дня, во время безумных порывов или их полного отсутствия, в тени и на солнце, когда пришло отчаяние или когда вы просто сидите за столом. Если этого не понять, будет очень скверно. Всё вот это. То немногое, что мы можем сделать в этой жизни..., — это хорошо подумать, прежде чем разделить её с кем-нибудь.

    Надо ясно понять и заранее представить себе жизнь, когда всегда и все вместе: в постели и в течение целого дня, во время безумных порывов или их полного отсутствия, в тени и на солнце, когда пришло отчаяние или когда вы просто сидите за столом. Если этого не понять, будет очень скверно. Всё вот это. То немногое, что мы можем сделать в этой жизни..., — это хорошо подумать, прежде чем разделить её с кем-нибудь.

    — Франсуаза Саган · книга
19. «

    Она рассказывала — я слушала, она советовала — тут я уже не слушала.

    Она рассказывала — я слушала, она советовала — тут я уже не слушала.

    — Франсуаза Саган · книга
20. «

    Она ревновала и не смогла этого скрыть. Значит, она пропала.

    Она ревновала и не смогла этого скрыть. Значит, она пропала.

    — Франсуаза Саган · книга