119 цитат Фредерика Бегбедера — избранное

Ниже 119 цитат Фредерика Бегбедера — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Я обожаю нашу компанию: как и у любого сборища близких друзей, у нас нет никаких причин, чтобы встречаться. Одна беспричинность.

   Я обожаю нашу компанию: как и у любого сборища близких друзей, у нас нет никаких причин, чтобы встречаться. Одна беспричинность.

   — Воспоминания необразумившегося молодого человека · книга
2. «

   Кино — это полная противоположность театру. Фильмы надо смотреть сразу, как только они выходят на экран, потому что потом можно только разочароваться, тогда как на спектакли лучше идти как можно позже, ни в коем случае не в начале ( генеральные — это кошмар, актеры играют хуже обычного, им надо дать время «обкатать» спектакль, а автору — время поправить пару реплик в случае чего). Кино потребляется мгновенно, театру же надо отстояться, как вину. Кино — свежий скоропортящийся продукт, а театр — это блюдо, которое лучше есть остывшим. Надо смотреть новые фильмы и старые спектакли.

   Кино — это полная противоположность театру. Фильмы надо смотреть сразу, как только они выходят на экран, потому что потом можно только разочароваться, тогда как на спектакли лучше идти как можно позже, ни в коем случае не в начале ( генеральные — это кошмар, актеры играют хуже обычного, им надо дать время «обкатать» спектакль, а автору — время поправить пару реплик в случае чего). Кино потребляется мгновенно, театру же надо отстояться, как вину. Кино — свежий скоропортящийся продукт, а театр — это блюдо, которое лучше есть остывшим. Надо смотреть новые фильмы и старые спектакли.

   — Романтический эгоист · книга
3. «

   Ему надоело доказывать, что у него добрая и глубокая душа, вот он и строит из себя злюку и верхогляда, нарочно демонстрирует буйный, а то и грубоватый нрав.

   Ему надоело доказывать, что у него добрая и глубокая душа, вот он и строит из себя злюку и верхогляда, нарочно демонстрирует буйный, а то и грубоватый нрав.

   — Марк Марронье · книга
4. «

   Кстати, если усердно делаешь вид, что влюблен, на самом деле влюбляешься.

   Кстати, если усердно делаешь вид, что влюблен, на самом деле влюбляешься.

   — Каникулы в коме · книга
5. «

   Я старался как можно меньше мозолить ей глаза и в то же время постоянно маячить где-то поблизости.

   Я старался как можно меньше мозолить ей глаза и в то же время постоянно маячить где-то поблизости.

   — Марк Марронье · книга
6. «

   Ты думаешь, я сплю и вижу, как бы трахнуть девку, натянув на член резиновый носок? А? Да что ты понимаешь! Я хочу, чтобы ты крепко обняла меня и рассказала, как счастливо мы заживем!

   Ты думаешь, я сплю и вижу, как бы трахнуть девку, натянув на член резиновый носок? А? Да что ты понимаешь! Я хочу, чтобы ты крепко обняла меня и рассказала, как счастливо мы заживем!

   — Идеаль · книга
7. «

   ... Мы чмокнем друг друга в щечку, словно старые друзья. Пойдем куда-нибудь выпить кофе вместе, как будто Земля не рухнула, и по-прежнему вертится. Поболтаем вполне весело, а потом расстанемся как ни в чем не бывало, зная, что это навсегда. «До свидания» будет последней ложью.

   ... Мы чмокнем друг друга в щечку, словно старые друзья. Пойдем куда-нибудь выпить кофе вместе, как будто Земля не рухнула, и по-прежнему вертится. Поболтаем вполне весело, а потом расстанемся как ни в чем не бывало, зная, что это навсегда. «До свидания» будет последней ложью.

   — Любовь живёт три года · книга
8. «

   Я люблю тебя одну, и тебе придется с этим примириться, даже если ты не собираешься ничего менять в своей жизни. В твоем городе живет человек, который любит тебя и страдает, хочешь ты этого или нет.

   Я люблю тебя одну, и тебе придется с этим примириться, даже если ты не собираешься ничего менять в своей жизни. В твоем городе живет человек, который любит тебя и страдает, хочешь ты этого или нет.

   — Марк Марронье · книга
9. «

   Каждому человеку нужно какое-нибудь хобби — якобы с целью «выйти из стресса», — но ты-то прекрасно понимаешь, что на самом деле люди попросту пытаются выжить и не сойти с ума.

   Каждому человеку нужно какое-нибудь хобби — якобы с целью «выйти из стресса», — но ты-то прекрасно понимаешь, что на самом деле люди попросту пытаются выжить и не сойти с ума.

   — 99 франков · книга
10. «

    И они ждут Прекрасного Принца, вбив себе в голову этот дурацкий рекламный образ, который плодит неудачниц, будущих старых дев и мегер, потому что счастливыми-то их сделать может только мужчина, далекий от совершенства.

    И они ждут Прекрасного Принца, вбив себе в голову этот дурацкий рекламный образ, который плодит неудачниц, будущих старых дев и мегер, потому что счастливыми-то их сделать может только мужчина, далекий от совершенства.

    — Любовь живёт три года · книга
11. «

    И вот она целует тебя — напоследок, — и ты выпускаешь ее хрупкое запястье. Ты даешь ей уйти, потому что ты всегда всем даешь уйти.

    И вот она целует тебя — напоследок, — и ты выпускаешь ее хрупкое запястье. Ты даешь ей уйти, потому что ты всегда всем даешь уйти.

    — 99 франков · книга
12. «

    Влюбленые задыхаются в двух случаях — когда любят и когда их разлюбили.

    Влюбленые задыхаются в двух случаях — когда любят и когда их разлюбили.

    — Романтический эгоист · книга
13. «

    В тот вечер я изобрёл новый коктейль: «Всё с нуля». Треть водки, две трети слез.

    В тот вечер я изобрёл новый коктейль: «Всё с нуля». Треть водки, две трети слез.

    — Воспоминания необразумившегося молодого человека · книга
14. «

    Она произошла в моей жизни. Со мной редко кто-то случается.

    Она произошла в моей жизни. Со мной редко кто-то случается.

    — Романтический эгоист · книга
15. «

    Красота привлекает вульгарных и бездарных критинов и отпугивает робких и нежных умников. Красота — никудышный сортировщик, поэтому красотки окружены козлами. Физическую красоту правильнее будет сравнить со славой, а не с властью : она столь же эфемерна, фальшива и разрушительна, так что это худший критерий для отбора.

    Красота привлекает вульгарных и бездарных критинов и отпугивает робких и нежных умников. Красота — никудышный сортировщик, поэтому красотки окружены козлами. Физическую красоту правильнее будет сравнить со славой, а не с властью : она столь же эфемерна, фальшива и разрушительна, так что это худший критерий для отбора.

    — Романтический эгоист · книга
16. «

    С каждым днем мы все сильнее страдаем и рвемся друг к другу. Мы льем слезы уже многие годы. Но она, как и я, знает, что ничего изменить нельзя. Наше самое прекрасное доказательство любви — вечная разлука.

    С каждым днем мы все сильнее страдаем и рвемся друг к другу. Мы льем слезы уже многие годы. Но она, как и я, знает, что ничего изменить нельзя. Наше самое прекрасное доказательство любви — вечная разлука.

    — Рассказики под экстази · книга
17. «

    Утонченная шутка недели: знаете ли вы, какая разница между женщиной, у которой месячные, и террористом? С террористом можно договориться.

    Утонченная шутка недели: знаете ли вы, какая разница между женщиной, у которой месячные, и террористом? С террористом можно договориться.

    — Романтический эгоист · книга
18. «

    Я любил ее за ее прихоти, недостатки, причуды. Я разлюбил шикарных телок. Мое сердце отдано нескладёхам.

    Я любил ее за ее прихоти, недостатки, причуды. Я разлюбил шикарных телок. Мое сердце отдано нескладёхам.

    — Романтический эгоист · книга
19. «

    Я думаю о тебе все время. Думаю о тебе утром, идя по холодку. Нарочно шагаю помедленнее, чтобы думать о тебе подольше. Думаю о тебе вечером, когда мне одиноко без тебя на вечеринках, где я напиваюсь, чтобы думать о чем-нибудь другом, но добиваюсь обратного эффекта. Я думаю о тебе, когда тебя вижу, и когда не вижу, думаю тоже. Мне так хотелось бы найти другое занятие, но я не могу. Если ты знаешь, как можно исхитриться тебя забыть, научи меня. Я провел худший уик энд в моей жизни. Никогда и ни по кому я так не скучал. Без тебя моя жизнь — зал ожидания. Что может быть хуже, чем зал ожидания в больнице, с неоновым освещением и линолеумом на полу? Человечно ли подвергать меня этому? Вдобавок я в моем зале ожидания один, здесь нет ни других страждущих, чьи кровоточащие раны успокоили бы меня, ни иллюстрированных журналов на низком столике, которые бы меня отвлекли, ни автомата, выплевывающего талончики с номерами, которые дали бы мне надежду, что ожиданию придет конец. Ужасно болит живот, и некому меня полечить. Это и есть состояние влюбленности: боль в животе, единственное лекарство от которой — ты.

    Я думаю о тебе все время. Думаю о тебе утром, идя по холодку. Нарочно шагаю помедленнее, чтобы думать о тебе подольше. Думаю о тебе вечером, когда мне одиноко без тебя на вечеринках, где я напиваюсь, чтобы думать о чем-нибудь другом, но добиваюсь обратного эффекта. Я думаю о тебе, когда тебя вижу, и когда не вижу, думаю тоже. Мне так хотелось бы найти другое занятие, но я не могу. Если ты знаешь, как можно исхитриться тебя забыть, научи меня. Я провел худший уик энд в моей жизни. Никогда и ни по кому я так не скучал. Без тебя моя жизнь — зал ожидания. Что может быть хуже, чем зал ожидания в больнице, с неоновым освещением и линолеумом на полу? Человечно ли подвергать меня этому? Вдобавок я в моем зале ожидания один, здесь нет ни других страждущих, чьи кровоточащие раны успокоили бы меня, ни иллюстрированных журналов на низком столике, которые бы меня отвлекли, ни автомата, выплевывающего талончики с номерами, которые дали бы мне надежду, что ожиданию придет конец. Ужасно болит живот, и некому меня полечить. Это и есть состояние влюбленности: боль в животе, единственное лекарство от которой — ты.

    — Любовь живёт три года · книга
20. «

    Моя жизнь рушится, но этого никто не видит, потому что я человек воспитанный: я все время улыбаюсь. Я улыбаюсь, потому что думаю, что если скрывать страдание, то оно исчезнет. И в каком-то смысле это правда: оно незримо, а значит, не существует, ибо мы живем в мире видимого, материального, осязаемого. Моя боль нематериальна, ее как бы нет. Я отрицаю сам себя.

    Моя жизнь рушится, но этого никто не видит, потому что я человек воспитанный: я все время улыбаюсь. Я улыбаюсь, потому что думаю, что если скрывать страдание, то оно исчезнет. И в каком-то смысле это правда: оно незримо, а значит, не существует, ибо мы живем в мире видимого, материального, осязаемого. Моя боль нематериальна, ее как бы нет. Я отрицаю сам себя.

    — Windows on the World · книга