63 известных цитаты Фрэнсиса Скотта Фицджеральд: жизненные цитаты

Ниже 63 цитаты Фрэнсиса Скотта Фицджеральд: жизненные цитаты — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   А потом она ему сказала, что сойдет с ума, если он еще когда-нибудь явится выгуливать свой пессимизм на ее залитой солнцем террасе.

   А потом она ему сказала, что сойдет с ума, если он еще когда-нибудь явится выгуливать свой пессимизм на ее залитой солнцем террасе.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
2. «

   Очень мало что имеет значение, а большего значения не имеет ничто.

   Очень мало что имеет значение, а большего значения не имеет ничто.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
3. «

   Особенности характера, что имелись у тебя в двадцать один год, скорее всего, сохранятся на всю жизнь.

   Особенности характера, что имелись у тебя в двадцать один год, скорее всего, сохранятся на всю жизнь.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
4. «

   Всегда очень тягостно новыми глазами увидеть то, с чем успел так или иначе сжиться.

   Всегда очень тягостно новыми глазами увидеть то, с чем успел так или иначе сжиться.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
5. «

   Внешне все некоторое время остается по-старому после того, как внутри пойдет трещина.

   Внешне все некоторое время остается по-старому после того, как внутри пойдет трещина.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
6. «

   ...одно из свойств красоты — отражать лучшее, что есть в человеке, этой красотой любующемся...

   ...одно из свойств красоты — отражать лучшее, что есть в человеке, этой красотой любующемся...

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
7. «

   ... жизнь заключает в себе много ценного, и если мы умудряемся ничего в ней не найти, виноваты мы, а не жизнь.

   ... жизнь заключает в себе много ценного, и если мы умудряемся ничего в ней не найти, виноваты мы, а не жизнь.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
8. «

   Если ты влюблена, ты не плакать должна, а радоваться. Улыбаться должна.

   Если ты влюблена, ты не плакать должна, а радоваться. Улыбаться должна.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
9. «

   Именно на третьем десятке начинает угасать первоначальный жизненный импульс, и воистину простодушен тот, кому в тридцать кажутся значительными и полными смысла те же вещи, что и десять лет назад.

   Именно на третьем десятке начинает угасать первоначальный жизненный импульс, и воистину простодушен тот, кому в тридцать кажутся значительными и полными смысла те же вещи, что и десять лет назад.

   — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
10. «

    ... Ни один из них не слушал другого — каждый был занят полировкой и подгонкой собственной позы.

    ... Ни один из них не слушал другого — каждый был занят полировкой и подгонкой собственной позы.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
11. «

    ...ни чрезмерная строгость, ни боязнь проявить чрезмерную строгость не могут заменить долгого пристального внимания, проверки, и учета, и подведения итогов, в конечном счете преследующих одну цель: приучить ребенка держаться известного уровня дисциплины.

    ...ни чрезмерная строгость, ни боязнь проявить чрезмерную строгость не могут заменить долгого пристального внимания, проверки, и учета, и подведения итогов, в конечном счете преследующих одну цель: приучить ребенка держаться известного уровня дисциплины.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
12. «

    Он, конечно, понимал, что любовь должна быть более милосердной, однако всякий мужчина любит то, что уже заложено в нем самом, что уже не изменишь, и если сам он был способен только на любовь ревнивую и собственническую, ничего тут не поделаешь.

    Он, конечно, понимал, что любовь должна быть более милосердной, однако всякий мужчина любит то, что уже заложено в нем самом, что уже не изменишь, и если сам он был способен только на любовь ревнивую и собственническую, ничего тут не поделаешь.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
13. «

    Люди должны заниматься тем, для чего созданы.

    Люди должны заниматься тем, для чего созданы.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
14. «

    Красавицы девятнадцати и двадцати девяти лет одинаково уверены в собственной силе, тогда как в десятилетие, разделяющее эти два возраста, требовательность женского естества мешает женщине ощущать себя центром вселенной. Дерзкая уверенность девятнадцатилетних сродни петушиному задору кадет; двадцатидевятилетние в этом смысле скорей напоминают боксеров после выигранного боя. Но если девчонка девятнадцати лет попросту избалована переизбытком внимания, женщина двадцати девяти черпает свою уверенность из источников, более утончённых. Томимая желанием, она умело выбирает аперитивы; удовлетворённая, смакует, точно деликатес, сознание своей власти. К счастью, ни в том, ни в другом случае она не задумывается о будущих годах, когда её внутреннее чутьё всё чаще станет мутиться тревогой, страшно будет останавливаться и страшно идти вперёд. Но девятнадцать и двадцать девять — это лестничные площадки, где можно спокойно повременить, не ожидая опасности ни снизу, ни сверху.

    Красавицы девятнадцати и двадцати девяти лет одинаково уверены в собственной силе, тогда как в десятилетие, разделяющее эти два возраста, требовательность женского естества мешает женщине ощущать себя центром вселенной. Дерзкая уверенность девятнадцатилетних сродни петушиному задору кадет; двадцатидевятилетние в этом смысле скорей напоминают боксеров после выигранного боя. Но если девчонка девятнадцати лет попросту избалована переизбытком внимания, женщина двадцати девяти черпает свою уверенность из источников, более утончённых. Томимая желанием, она умело выбирает аперитивы; удовлетворённая, смакует, точно деликатес, сознание своей власти. К счастью, ни в том, ни в другом случае она не задумывается о будущих годах, когда её внутреннее чутьё всё чаще станет мутиться тревогой, страшно будет останавливаться и страшно идти вперёд. Но девятнадцать и двадцать девять — это лестничные площадки, где можно спокойно повременить, не ожидая опасности ни снизу, ни сверху.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
15. «

    Просто как-то грустно бывает в такие вот чудесные вечера. И кажется, что других таких уже не будет, а я не все от них беру, что можно.

    Просто как-то грустно бывает в такие вот чудесные вечера. И кажется, что других таких уже не будет, а я не все от них беру, что можно.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
16. «

    ... но таков один из бесчисленных изъянов человеческих взаимоотношений: женское себялюбие притягательно для многих мужчин.

    ... но таков один из бесчисленных изъянов человеческих взаимоотношений: женское себялюбие притягательно для многих мужчин.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
17. «

    Ранними утрами слова — бесцветнейшие ярлыки.

    Ранними утрами слова — бесцветнейшие ярлыки.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
18. «

    Нельзя раззнакомиться со старой приятельницей из-за чьих-то досужих языков, но, с другой стороны, мне вовсе не хотелось, чтобы эти досужие языки довели меня до брачного обряда.

    Нельзя раззнакомиться со старой приятельницей из-за чьих-то досужих языков, но, с другой стороны, мне вовсе не хотелось, чтобы эти досужие языки довели меня до брачного обряда.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
19. «

    Вполне возможно, что это [религия] не более чем пустой ритуал, но, видимо, это единственная неизменно действенная защита от падения нравственности. Пока у широких масс не удастся воспитать нравственные критерии, кто-то должен кричать им «Нельзя!».

    Вполне возможно, что это [религия] не более чем пустой ритуал, но, видимо, это единственная неизменно действенная защита от падения нравственности. Пока у широких масс не удастся воспитать нравственные критерии, кто-то должен кричать им «Нельзя!».

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга
20. «

    Точно так же мы редко испытываем сочувствие к тем, кто ищет его и в нем нуждается, — мы приберегаем его для тех, кто умеет иными способами тронуть нашу душу.

    Точно так же мы редко испытываем сочувствие к тем, кто ищет его и в нем нуждается, — мы приберегаем его для тех, кто умеет иными способами тронуть нашу душу.

    — Фрэнсис Скотт Фицджеральд · книга