292 мудрых мыслей Фёдора Михайловича Достоевского

Ниже 292 цитаты Фёдора Михайловича Достоевского — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   А коли не к кому идти, коли идти больше некуда! Ведь надобно же, чтобы всякому человеку хоть куда-нибудь можно было пойти. Ибо бывает такое время, когда непременно надо хоть куда-нибудь да пойти!

   А коли не к кому идти, коли идти больше некуда! Ведь надобно же, чтобы всякому человеку хоть куда-нибудь можно было пойти. Ибо бывает такое время, когда непременно надо хоть куда-нибудь да пойти!

   — Семен Захарович Мармеладов · книга
2. «

   Деньги — это отчеканенная свобода.

   Деньги — это отчеканенная свобода.
3. «

   Если б только могло быть (чего, впрочем, по человеческой натуре никогда быть не может), если б могло быть, чтоб каждый из нас описал всю свою подноготную, но так, чтоб не побоялся изложить не только то, что он боится сказать и ни за что не скажет людям, не только то, что он боится сказать своим лучшим друзьям, но даже и то, в чем боится подчас признаться самому себе, — то ведь на свете поднялся бы тогда такой смрад, что нам бы всем надо было задохнуться.

   Если б только могло быть (чего, впрочем, по человеческой натуре никогда быть не может), если б могло быть, чтоб каждый из нас описал всю свою подноготную, но так, чтоб не побоялся изложить не только то, что он боится сказать и ни за что не скажет людям, не только то, что он боится сказать своим лучшим друзьям, но даже и то, в чем боится подчас признаться самому себе, — то ведь на свете поднялся бы тогда такой смрад, что нам бы всем надо было задохнуться.

   — Князь · книга
4. «

   Я клоп и признаю со всем принижением, что ничего не могу понять, для чего все так устроено. Люди сами, значит, виноваты: им дан был рай, они захотели свободы и похитили огонь с небеси, сами зная, что станут несчастны, значит нечего их жалеть. О, по моему, по жалкому, земному эвклидовскому уму моему, я знаю лишь то, что страдание есть, что виновных нет, что все одно из другого выходит прямо и просто, что все течет и уравновешивается, — но ведь это лишь эвклидовская дичь, ведь я знаю же это, ведь жить по ней я не могу же согласиться! Что мне в том, что виновных нет и что все прямо и просто одно из другого выходит, и что я это знаю — мне надо возмездие, иначе ведь я истреблю себя. И возмездие не в бесконечности где-нибудь и когда-нибудь, а здесь уже на земле, и чтоб я его сам увидал. Я веровал, я хочу сам и видеть, а если к тому часу буду уже мертв, то пусть воскресят меня, ибо если все без меня произойдет, то будет слишком обидно. Не для того же я страдал, чтобы собой, злодействами и страданиями моими унавозить кому-то будущую гармонию. Я хочу видеть своими глазами, как лань ляжет подле льва и как зарезанный встанет и обнимется с убившим его. Я хочу быть тут, когда все вдруг узнают, для чего все так было.

   Я клоп и признаю со всем принижением, что ничего не могу понять, для чего все так устроено. Люди сами, значит, виноваты: им дан был рай, они захотели свободы и похитили огонь с небеси, сами зная, что станут несчастны, значит нечего их жалеть. О, по моему, по жалкому, земному эвклидовскому уму моему, я знаю лишь то, что страдание есть, что виновных нет, что все одно из другого выходит прямо и просто, что все течет и уравновешивается, — но ведь это лишь эвклидовская дичь, ведь я знаю же это, ведь жить по ней я не могу же согласиться! Что мне в том, что виновных нет и что все прямо и просто одно из другого выходит, и что я это знаю — мне надо возмездие, иначе ведь я истреблю себя. И возмездие не в бесконечности где-нибудь и когда-нибудь, а здесь уже на земле, и чтоб я его сам увидал. Я веровал, я хочу сам и видеть, а если к тому часу буду уже мертв, то пусть воскресят меня, ибо если все без меня произойдет, то будет слишком обидно. Не для того же я страдал, чтобы собой, злодействами и страданиями моими унавозить кому-то будущую гармонию. Я хочу видеть своими глазами, как лань ляжет подле льва и как зарезанный встанет и обнимется с убившим его. Я хочу быть тут, когда все вдруг узнают, для чего все так было.

   — Fyodor Dostoyevsky · книга
5. «

   Человек, который не был ребенком, будет плохим гражданином.

   Человек, который не был ребенком, будет плохим гражданином.
6. «

   Совершенство нельзя ведь любить; на совершенство можно только смотреть как на совершенство, не так ли?

   Совершенство нельзя ведь любить; на совершенство можно только смотреть как на совершенство, не так ли?

   — Идиот · книга
7. «

   А я все-таки стою за осла: осел добрый и полезный человек.

   А я все-таки стою за осла: осел добрый и полезный человек.

   — князь Мышкин · книга
8. «

   Каждый человек несет ответственность перед всеми людьми за всех людей и за все.

   Каждый человек несет ответственность перед всеми людьми за всех людей и за все.
9. «

   Изо ста кроликов никогда не составится лошадь, изо ста подозрений никогда не составится доказательства.

   Изо ста кроликов никогда не составится лошадь, изо ста подозрений никогда не составится доказательства.

   — Порфирий Петрович · книга
10. «

    Истина — поэтичнее всего, что есть на свете…

    Истина — поэтичнее всего, что есть на свете…
11. «

    ... В тесной квартире даже и мыслям тесно.

    ... В тесной квартире даже и мыслям тесно.

    — Иван Петрович · книга
12. «

    Сонечка... Сонечка... Вечная Сонечка, пока мир стоит.

    Сонечка... Сонечка... Вечная Сонечка, пока мир стоит.

    — Родион Раскольников · книга
13. «

    Учитесь и читайте. Читайте книги серьезные. Жизнь сделает остальное.

    Учитесь и читайте. Читайте книги серьезные. Жизнь сделает остальное.
14. «

    Да и вообще у нас, в русском обществе, самые лучшие манеры у тех, которые биты бывали.

    Да и вообще у нас, в русском обществе, самые лучшие манеры у тех, которые биты бывали.

    — Аркадий Иванович Свидригайлов · книга
15. «

    Если принимать всё чужое так к сердцу и если так сильно всему сочувствовать, то, право, есть отчего быть несчастнейшим человеком.

    Если принимать всё чужое так к сердцу и если так сильно всему сочувствовать, то, право, есть отчего быть несчастнейшим человеком.

    — Варвара Добросёлова · книга
16. «

    Религия есть только формула нравственности.

    Религия есть только формула нравственности.
17. «

    Юмор есть остроумие глубокого чувства.

    Юмор есть остроумие глубокого чувства.
18. «

    Свобода не в том, чтоб не сдерживать себя, а в том, чтоб владеть собой.

    Свобода не в том, чтоб не сдерживать себя, а в том, чтоб владеть собой.
19. «

    Вот видите, князь: никто не прыгает из окошек, а случись пожар, так, пожалуй, и первейший джентльмен и первейшая дама выпрыгнет из окошка. А не про то, так ей стоит только с крыльца сойти и пойти прямо, а там хоть и не возвращаться домой. Есть случаи, что и корабли сжигать иногда можно, и домой можно не возвращаться: жизнь не из одних завтраков, да обедов, да князя Щ. состоит.

    Вот видите, князь: никто не прыгает из окошек, а случись пожар, так, пожалуй, и первейший джентльмен и первейшая дама выпрыгнет из окошка. А не про то, так ей стоит только с крыльца сойти и пойти прямо, а там хоть и не возвращаться домой. Есть случаи, что и корабли сжигать иногда можно, и домой можно не возвращаться: жизнь не из одних завтраков, да обедов, да князя Щ. состоит.

    — Ипполит Терентьев · книга
20. «

    За что превозносят любовь? За страдания. Людям нравится ощущать себя святыми мучениками, заложниками страстей. Любовь — сложнейшая эмоция, но она конечна, как и всё в этом мире. И нет в ней ничего святого, как и в тех, кто верит и ждёт её.

    За что превозносят любовь? За страдания. Людям нравится ощущать себя святыми мучениками, заложниками страстей. Любовь — сложнейшая эмоция, но она конечна, как и всё в этом мире. И нет в ней ничего святого, как и в тех, кто верит и ждёт её.