707 цитат Фёдора Михайловича Достоевского, которые захочется сохранить

Ниже 707 цитат Фёдора Михайловича Достоевского — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Чужая душа потемки, и русская душа потемки, для многих потемки.

   Чужая душа потемки, и русская душа потемки, для многих потемки.

   — Идиот · книга
2. «

   Человек есть существо, ко всему привыкающее, и, я думаю, это самое лучшее определение человека.

   Человек есть существо, ко всему привыкающее, и, я думаю, это самое лучшее определение человека.

   — Записки из Мёртвого дома · книга
3. «

   Нет счастья в комфорте, покупается счастье страданием.

   Нет счастья в комфорте, покупается счастье страданием.
4. «

   Я люблю, я могу любить лишь ту землю, которую я оставил, на которой остались брызги крови моей, когда я, неблагодарный, выстрелом в сердце моё погасил мою жизнь. Но никогда, никогда не переставал я любить ту землю, и даже в ту ночь, расставаясь с ней, я, может быть, любил её мучительнее, чем когда-либо. Есть ли мучение на этой новой земле? На нашей земле мы истинно можем любить лишь с мучением и только через мучение! Мы иначе не умеем любить и не знаем иной любви. Я хочу мучения, чтоб любить. Я хочу, я жажду в сию минуту целовать, обливаясь слезами, лишь одну ту землю, которую я оставил, и не хочу, не принимаю жизни ни на какой иной!..

   Я люблю, я могу любить лишь ту землю, которую я оставил, на которой остались брызги крови моей, когда я, неблагодарный, выстрелом в сердце моё погасил мою жизнь. Но никогда, никогда не переставал я любить ту землю, и даже в ту ночь, расставаясь с ней, я, может быть, любил её мучительнее, чем когда-либо. Есть ли мучение на этой новой земле? На нашей земле мы истинно можем любить лишь с мучением и только через мучение! Мы иначе не умеем любить и не знаем иной любви. Я хочу мучения, чтоб любить. Я хочу, я жажду в сию минуту целовать, обливаясь слезами, лишь одну ту землю, которую я оставил, и не хочу, не принимаю жизни ни на какой иной!..

   — Смешной человек · книга
5. «

   Судите русский народ не по тем мерзостям, которые он так часто делает, а по тем великим и святым вещам, по которым он и в самой мерзости своей постоянно воздыхает. А ведь не все же и в народе — мерзавцы, есть прямо святые, да ещё какие: сами светят и всем нам путь освещают!

   Судите русский народ не по тем мерзостям, которые он так часто делает, а по тем великим и святым вещам, по которым он и в самой мерзости своей постоянно воздыхает. А ведь не все же и в народе — мерзавцы, есть прямо святые, да ещё какие: сами светят и всем нам путь освещают!

   — Дневник писателя · книга
6. «

   Мне даже кажется, что совсем и не бывает на свете такой любви, чтоб оба друг друга любили как ровные, а?

   Мне даже кажется, что совсем и не бывает на свете такой любви, чтоб оба друг друга любили как ровные, а?

   — Наташа · книга
7. «

   Простота, mon cher, это в сущности, высочайшая хитрость.

   Простота, mon cher, это в сущности, высочайшая хитрость.

   — Николай Иванович Сокольский · книга
8. «

   В скверне-то слаще: все её ругают, а все в ней живут, только все тайком, а я открыто.

   В скверне-то слаще: все её ругают, а все в ней живут, только все тайком, а я открыто.

   — Fyodor Dostoyevsky · книга
9. «

   Страдание принять и искупить себя им, вот что надо...

   Страдание принять и искупить себя им, вот что надо...

   — Соня Мармеладова · книга
10. «

    Бедность не порок, это истина. Знаю я, что и пьянство не добродетель, и это тем паче. Но нищета, милостивый государь, нищета — порок-с. В бедности вы еще сохраняете свое благородство врожденных чувств, в нищете же никогда и никто. За нищету даже и не палкой выгоняют, а метлой выметают из компании человеческой, чтобы тем оскорбительнее было; и справедливо, ибо в нищете я первый сам готов оскорблять себя. И отсюда питейное!

    Бедность не порок, это истина. Знаю я, что и пьянство не добродетель, и это тем паче. Но нищета, милостивый государь, нищета — порок-с. В бедности вы еще сохраняете свое благородство врожденных чувств, в нищете же никогда и никто. За нищету даже и не палкой выгоняют, а метлой выметают из компании человеческой, чтобы тем оскорбительнее было; и справедливо, ибо в нищете я первый сам готов оскорблять себя. И отсюда питейное!

    — Семен Захарович Мармеладов · книга
11. «

    Тогда только очищается чувство, когда соприкасается с красотою высшей, с красотою идеала.

    Тогда только очищается чувство, когда соприкасается с красотою высшей, с красотою идеала.
12. «

    Есть натуры до того прекрасные от природы, до того награждённые богом, что даже одна мысль о том, что они могут когда-нибудь измениться к худшему, вам покажется невозможною.

    Есть натуры до того прекрасные от природы, до того награждённые богом, что даже одна мысль о том, что они могут когда-нибудь измениться к худшему, вам покажется невозможною.

    — Александр Петрович Горянчиков · книга
13. «

    ... Но что же делать, если прямое и единственное назначение всякого умного человека есть болтовня, то есть умышленное пересыпанье из пустого в порожнее.

    ... Но что же делать, если прямое и единственное назначение всякого умного человека есть болтовня, то есть умышленное пересыпанье из пустого в порожнее.

    — Записки из подполья · книга
14. «

    О, мы искренно хотим быть честными, уверяю вас, но только мы всё откладываем. А годы идут – и всё лучшие годы!

    О, мы искренно хотим быть честными, уверяю вас, но только мы всё откладываем. А годы идут – и всё лучшие годы!

    — Тришатов · книга
15. «

    Есть женщины, которые годятся только в любовницы и больше ни во что.

    Есть женщины, которые годятся только в любовницы и больше ни во что.

    — Гаврила Ардалионович Иволгин · книга
16. «

    Без труда и без законной, нормальной собственности человек не может жить, развращается, обращается в зверя.

    Без труда и без законной, нормальной собственности человек не может жить, развращается, обращается в зверя.

    — Александр Петрович Горянчиков · книга
17. «

    Ведь обидеться иногда очень приятно, не так ли? И ведь знает человек, что никто не обидел его, а что он сам себе обиду навыдумал и налгал для красы, сам преувеличил, чтобы картину создать, к слову привязался и из горошинки сделал гору, — знает сам это, а все-таки самый первый обижается, обижается до приятности, до ощущения большего удовольствия, а тем самым доходит и до вражды истинной...

    Ведь обидеться иногда очень приятно, не так ли? И ведь знает человек, что никто не обидел его, а что он сам себе обиду навыдумал и налгал для красы, сам преувеличил, чтобы картину создать, к слову привязался и из горошинки сделал гору, — знает сам это, а все-таки самый первый обижается, обижается до приятности, до ощущения большего удовольствия, а тем самым доходит и до вражды истинной...

    — Fyodor Dostoyevsky · книга
18. «

    Вы смотрите кругом, вы кого-то ищете, вы догадываетесь... Но миг проходит, и, может быть, назавтра же вы встретите опять тот же задумчивый и рассеянный взгляд, как и прежде, то же бледное лицо, ту же покорность и робость в движениях и даже раскаяние, даже следы какой-то мертвящей тоски и досады за минутное увлечение... И жаль вам, что так скоро, так безвозвратно завяла мгновенная красота, что так обманчиво и напрасно блеснула она пред вами, — жаль оттого, что даже полюбить ее вам не было времени...

    Вы смотрите кругом, вы кого-то ищете, вы догадываетесь... Но миг проходит, и, может быть, назавтра же вы встретите опять тот же задумчивый и рассеянный взгляд, как и прежде, то же бледное лицо, ту же покорность и робость в движениях и даже раскаяние, даже следы какой-то мертвящей тоски и досады за минутное увлечение... И жаль вам, что так скоро, так безвозвратно завяла мгновенная красота, что так обманчиво и напрасно блеснула она пред вами, — жаль оттого, что даже полюбить ее вам не было времени...

    — Мечтатель · книга
19. «

    Лучшие люди познаются высшим нравственным развитием и высшим нравственным влиянием.

    Лучшие люди познаются высшим нравственным развитием и высшим нравственным влиянием.
20. «

    О, что такое мое горе и моя беда, если я в силах быть счастливым?

    О, что такое мое горе и моя беда, если я в силах быть счастливым?

    — князь Мышкин · книга