132 цитат-размышлений Габриэля Гарсиы Маркеса

Ниже 132 цитаты Габриэля Гарсиы Маркеса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Будь спокоен. Умереть труднее, чем кажется.

   Будь спокоен. Умереть труднее, чем кажется.
2. «

   Мне повезло, что я прожил достаточно долго, и мои седые волосы и юношеский смех навсегда остались на моем лице. Многие никогда не смеялись, многие умерли, прежде чем их волосы посеребрились. Когда вы становитесь старше, вам легче быть позитивным. Тебя волнует меньше то, что о тебе думают другие. Я больше не сомневаюсь в себе. Я заслужил право ошибаться. Итак, отвечая на ваш вопрос, нравится ли мне быть старым, я отвечу: — Мне нравится человек, которым я стал. Я не буду жить вечно, но пока я все еще здесь, я не буду тратить время на то, чтобы сожалеть о том, что могло быть, или беспокоиться о том, что будет. И если захочу, то каждый день буду есть десерт. Пусть наша дружба никогда не кончается, ведь она исходит от сердца!

   Мне повезло, что я прожил достаточно долго, и мои седые волосы и юношеский смех навсегда остались на моем лице. Многие никогда не смеялись, многие умерли, прежде чем их волосы посеребрились. Когда вы становитесь старше, вам легче быть позитивным. Тебя волнует меньше то, что о тебе думают другие. Я больше не сомневаюсь в себе. Я заслужил право ошибаться. Итак, отвечая на ваш вопрос, нравится ли мне быть старым, я отвечу: — Мне нравится человек, которым я стал. Я не буду жить вечно, но пока я все еще здесь, я не буду тратить время на то, чтобы сожалеть о том, что могло быть, или беспокоиться о том, что будет. И если захочу, то каждый день буду есть десерт. Пусть наша дружба никогда не кончается, ведь она исходит от сердца!
3. «

   Все они одинаковы, — жаловалась Урсула. — Поначалу растут спокойно, слушаются, серьезные, вроде бы и мухи не обидят, но стоит только бороде показаться — и сразу же их на грех тянет.

   Все они одинаковы, — жаловалась Урсула. — Поначалу растут спокойно, слушаются, серьезные, вроде бы и мухи не обидят, но стоит только бороде показаться — и сразу же их на грех тянет.

   — Урсула · книга
4. «

   Самое плохое в бедности — это то, что она заставляет говорить неправду.

   Самое плохое в бедности — это то, что она заставляет говорить неправду.

   — Полковнику никто не пишет · книга
5. «

   Вдохновение приходит только во время работы.

   Вдохновение приходит только во время работы.
6. «

   — Сегодня мне пришлось прогнать детей палкой, — сказала она. — Принесли старую курицу, чтобы петух потоптал её. — Обычное дело, — сказал полковник. — В деревнях полковнику Аурелиано Буэндиа тоже приводили девушек.

   — Сегодня мне пришлось прогнать детей палкой, — сказала она. — Принесли старую курицу, чтобы петух потоптал её. — Обычное дело, — сказал полковник. — В деревнях полковнику Аурелиано Буэндиа тоже приводили девушек.

   — Полковник · книга
7. «

   Они поняли, что главная, неодолимая страсть человека одерживает верх над смертью, и снова почувствовали себя счастливыми, уверившись, что они будут продолжать любить друг друга и тогда, когда станут призраками.

   Они поняли, что главная, неодолимая страсть человека одерживает верх над смертью, и снова почувствовали себя счастливыми, уверившись, что они будут продолжать любить друг друга и тогда, когда станут призраками.

   — Сто лет одиночества · книга
8. «

   ... знание и мудрость приходят к нам тогда, когда они уже не нужны.

   ... знание и мудрость приходят к нам тогда, когда они уже не нужны.

   — Любовь во время чумы · книга
9. «

   — Почему ты не известил меня заранее? — Вдохновение не оповещает.

   — Почему ты не известил меня заранее? — Вдохновение не оповещает.

   — Вспоминая моих грустных шлюх · книга
10. «

    ... тысяча шестьсот известных науке семейств тараканов с незапамятных времён подвергаются упорному и беспощадному преследованию; за всю историю человечества люди не набрасывались с такой яростью ни на одно живое существо, даже из своего собственного рода, и, по правде говоря, стремление к уничтожению тараканов полагалось бы отнести к числу таких свойственных человеку инстинктов, как размножение, причём инстинкт тараканоубийства гораздо более чётко выражен и неодолим, и если тараканам всё-таки удавалось до сих пор избежать полного истребления, то лишь потому, что они прятались в тёмных углах и это делало их недосягаемыми для человека, от рождения наделённого страхом перед темнотой.

    ... тысяча шестьсот известных науке семейств тараканов с незапамятных времён подвергаются упорному и беспощадному преследованию; за всю историю человечества люди не набрасывались с такой яростью ни на одно живое существо, даже из своего собственного рода, и, по правде говоря, стремление к уничтожению тараканов полагалось бы отнести к числу таких свойственных человеку инстинктов, как размножение, причём инстинкт тараканоубийства гораздо более чётко выражен и неодолим, и если тараканам всё-таки удавалось до сих пор избежать полного истребления, то лишь потому, что они прятались в тёмных углах и это делало их недосягаемыми для человека, от рождения наделённого страхом перед темнотой.

    — Сто лет одиночества · книга
11. «

    Созидать, чтобы разрушать.

    Созидать, чтобы разрушать.

    — Сто лет одиночества · книга
12. «

    Правда или вымысел — какая разница? Все станет правдой со временем, любая фигня!

    Правда или вымысел — какая разница? Все станет правдой со временем, любая фигня!

    — Сакариас · книга
13. «

    Людям, которых любят, следовало бы умирать вместе со всеми их вещами.

    Людям, которых любят, следовало бы умирать вместе со всеми их вещами.

    — Фермина Даса · книга
14. «

    Все, что ушло с возрастом, восполнялось характером и старательной умелостью.

    Все, что ушло с возрастом, восполнялось характером и старательной умелостью.

    — Любовь во время чумы · книга
15. «

    Нет ничего опаснее, чем память, увековеченная на бумаге.

    Нет ничего опаснее, чем память, увековеченная на бумаге.

    — Симон Боливар · книга
16. «

    Я уже по горло сыта и смирением, и достоинством. Достоинством сыт не будешь.

    Я уже по горло сыта и смирением, и достоинством. Достоинством сыт не будешь.

    — Полковнику никто не пишет · книга
17. «

    Предстояло научить ее думать о любви, как о благодати, которая вовсе не является средством для чего-то, но есть сама по себе начало и конец всего.

    Предстояло научить ее думать о любви, как о благодати, которая вовсе не является средством для чего-то, но есть сама по себе начало и конец всего.

    — Любовь во время чумы · книга
18. «

    Не тревожьтесь. Королевы у меня на побегушках.

    Не тревожьтесь. Королевы у меня на побегушках.

    — Петра Кортес · книга
19. «

    …Единственное оружие, которым можно победить несгибаемого гордого врага, – это рука дружбы, если ты подаешь ее первым.

    …Единственное оружие, которым можно победить несгибаемого гордого врага, – это рука дружбы, если ты подаешь ее первым.

    — Осень патриарха · книга
20. «

    Она была рядом с ним почти двадцать лет, однако же в этом сонном городе, где каждому было известно все, вплоть до государственных секретов, об их отношениях не знал никто.

    Она была рядом с ним почти двадцать лет, однако же в этом сонном городе, где каждому было известно все, вплоть до государственных секретов, об их отношениях не знал никто.

    — Любовь во время чумы · книга