257 цитат Габриэля Гарсиы Маркеса о смысле жизни

Ниже 257 цитат Габриэля Гарсиы Маркеса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   ...кроме того, когда я почувствую, что мне и в самом деле плохо, я не стану ни на кого рассчитывать. Я сам выброшу себя на помойку.

   ...кроме того, когда я почувствую, что мне и в самом деле плохо, я не стану ни на кого рассчитывать. Я сам выброшу себя на помойку.

   — Полковник · книга
2. «

   ... литература — самая лучшая забава, придуманная, чтобы издеваться над людьми.

   ... литература — самая лучшая забава, придуманная, чтобы издеваться над людьми.

   — Сто лет одиночества · книга
3. «

   Ответь ему «да». Даже если умираешь от страха, даже если потом раскаешься, потому что будешь каяться всю жизнь, если сейчас ответишь ему «нет».

   Ответь ему «да». Даже если умираешь от страха, даже если потом раскаешься, потому что будешь каяться всю жизнь, если сейчас ответишь ему «нет».

   — Любовь во время чумы · книга
4. «

   — Мы оба Овны, — сказал он и добавил, улыбаясь: — Это знак одиночества.

   — Мы оба Овны, — сказал он и добавил, улыбаясь: — Это знак одиночества.

   — А смерть всегда надежнее любви... · книга
5. «

   Ничто так не характеризует человека больше, чем то, как он умирает.

   Ничто так не характеризует человека больше, чем то, как он умирает.

   — Любовь во время чумы · книга
6. «

   Мне приснилось, будто я присутствую на собственных похоронах и иду вместе с друзьями, одетыми в торжественный траур, но настроение у нас — праздничное. Такое впечатление, что все мы счастливы оттого, что вместе. А я — больше всех счастлив, что смерть дала мне такую прекрасную возможность — снова оказаться вместе с моими друзьями из Латинской Америки, самыми старинными, самыми любимыми, и я хочу идти с ними и дальше, но один из них строго и решительно дает мне понять, что для меня праздник окончен. «Ты единственный, кто не может идти», — говорит он. И тут я понял, что умереть — значит никогда больше не быть с друзьями.

   Мне приснилось, будто я присутствую на собственных похоронах и иду вместе с друзьями, одетыми в торжественный траур, но настроение у нас — праздничное. Такое впечатление, что все мы счастливы оттого, что вместе. А я — больше всех счастлив, что смерть дала мне такую прекрасную возможность — снова оказаться вместе с моими друзьями из Латинской Америки, самыми старинными, самыми любимыми, и я хочу идти с ними и дальше, но один из них строго и решительно дает мне понять, что для меня праздник окончен. «Ты единственный, кто не может идти», — говорит он. И тут я понял, что умереть — значит никогда больше не быть с друзьями.

   — Двенадцать рассказов-странников · книга
7. «

   Так мы и встречаемся с ней, вот уже несколько лет. Порою в тот момент, когда мы находим друг друга в лабиринте снов, кто-то там, снаружи, роняет на пол ложечку, и мы просыпаемся. Мало-помалу мы смирились с печальной истиной — наша дружба находится в зависимости от очень прозаических вещей. Какая-нибудь ложечка на рассвете может положить конец нашей короткой встрече.

   Так мы и встречаемся с ней, вот уже несколько лет. Порою в тот момент, когда мы находим друг друга в лабиринте снов, кто-то там, снаружи, роняет на пол ложечку, и мы просыпаемся. Мало-помалу мы смирились с печальной истиной — наша дружба находится в зависимости от очень прозаических вещей. Какая-нибудь ложечка на рассвете может положить конец нашей короткой встрече.

   — Глаза голубой собаки · книга
8. «

   СССР — это 22 400 000 квадратных километров без единой рекламы кока-колы!

   СССР — это 22 400 000 квадратных километров без единой рекламы кока-колы!
9. «

   Писательство — это призвание, от которого не уйти, и тот, у кого оно есть, должен писать, потому что только так он сможет одолеть головную боль и скверное пищеварение.

   Писательство — это призвание, от которого не уйти, и тот, у кого оно есть, должен писать, потому что только так он сможет одолеть головную боль и скверное пищеварение.
10. «

    Я так боюсь, — сказала она, — что эта комната приснится кому-нибудь ещё, и он все здесь перепутает.

    Я так боюсь, — сказала она, — что эта комната приснится кому-нибудь ещё, и он все здесь перепутает.

    — Глаза голубой собаки · книга
11. «

    ...борьбы не на жизнь, а на смерть между безграничной любовью и непреодолимой трусостью, в конце концов в этой борьбе восторжествовал неразумный страх...

    ...борьбы не на жизнь, а на смерть между безграничной любовью и непреодолимой трусостью, в конце концов в этой борьбе восторжествовал неразумный страх...

    — Сто лет одиночества · книга
12. «

    Она тогда думала, что любовь убивает любовь, что в природе людей отказываться от еды, утолив голод.

    Она тогда думала, что любовь убивает любовь, что в природе людей отказываться от еды, утолив голод.

    — Сто лет одиночества · книга
13. «

    Самое плохое в бедности — это то, что она заставляет говорить неправду.

    Самое плохое в бедности — это то, что она заставляет говорить неправду.

    — Полковнику никто не пишет · книга
14. «

    Единственные Девы, которые остались на свете, это — вы, рожденные в августе под этим знаком.

    Единственные Девы, которые остались на свете, это — вы, рожденные в августе под этим знаком.

    — Вспоминая моих грустных шлюх · книга
15. «

    Единственно действенный способ борьбы — это насилие.

    Единственно действенный способ борьбы — это насилие.

    — Алирио Ногере · книга
16. «

    ... время в старости — не горизонтальный поток, а бездонный колодец, в который утекает память.

    ... время в старости — не горизонтальный поток, а бездонный колодец, в который утекает память.

    — Любовь во время чумы · книга
17. «

    Почему, черт подери, ничего не изменилось в этом мире после моей смерти? Как это может быть, что солнце по-прежнему всходит и заходит и даже не споткнется? Почему, о мать моя, воскресенье осталось воскресеньем, а жара той же несносной жарой, что и при мне?

    Почему, черт подери, ничего не изменилось в этом мире после моей смерти? Как это может быть, что солнце по-прежнему всходит и заходит и даже не споткнется? Почему, о мать моя, воскресенье осталось воскресеньем, а жара той же несносной жарой, что и при мне?

    — Сакариас · книга
18. «

    Отдавай жизнь или не отдавай — все равно умирать. Смерть не так страшна сама по себе, как страшно осознание ее неизбежности.

    Отдавай жизнь или не отдавай — все равно умирать. Смерть не так страшна сама по себе, как страшно осознание ее неизбежности.

    — О любви и прочих бесах · книга
19. «

    Сидя среди бегоний в коридоре, у сундука со старой одеждой, она в который раз творила вечное чудо, создавая новые вещи из ничего.

    Сидя среди бегоний в коридоре, у сундука со старой одеждой, она в который раз творила вечное чудо, создавая новые вещи из ничего.

    — Полковнику никто не пишет · книга
20. «

    Не трать время на человека, который не стремится провести его с тобой.

    Не трать время на человека, который не стремится провести его с тобой.