24 мыслей Гая Гэвриела Кея без воды

Ниже 24 цитаты Гая Гэвриела Кея — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Люди, когда они считают, что кризис, миновал, становятся наиболее уязвимыми. Опытные военачальники на войне знают это. Любой искусный актер и драматург знает это. А также священники, жрецы, возможно, хироманты. Испытав глубокое потрясение, люди полностью готовы к следующему сверкающему чуду, возникшему из воздуха. На мгновение рождения — прорыв сквозь скорлупу в мир — накладывает отпечаток на новорожденного птенца, а следующий момент, прозрение, которое приходит потом и отмечает его душу.

   Люди, когда они считают, что кризис, миновал, становятся наиболее уязвимыми. Опытные военачальники на войне знают это. Любой искусный актер и драматург знает это. А также священники, жрецы, возможно, хироманты. Испытав глубокое потрясение, люди полностью готовы к следующему сверкающему чуду, возникшему из воздуха. На мгновение рождения — прорыв сквозь скорлупу в мир — накладывает отпечаток на новорожденного птенца, а следующий момент, прозрение, которое приходит потом и отмечает его душу.

   — Сарантийская мозаика · книга
2. «

   Соблазнительно просто строить предположения о мёртвых — зимней ночью у очага или под монотонное жужжание пчёл, среди аромата летних трав в саду замка, — воображая их живыми и как они могли бы всё изменить.

   Соблазнительно просто строить предположения о мёртвых — зимней ночью у очага или под монотонное жужжание пчёл, среди аромата летних трав в саду замка, — воображая их живыми и как они могли бы всё изменить.

   — Песнь для Арбонны · книга
3. «

   Здесь мечтать невозможно. Здесь надо терпеть, закутавшись в плащ. Кто сказал, что земное существование обещает большее? До того дня, когда понимаешь, что тебя собираются убить, и с искренним изумлением осознаешь, что хочешь жить. Что жизнь почему-то все еще горит внутри, как упрямые угольки в костре, более жгучие, чем страсть или горе.

   Здесь мечтать невозможно. Здесь надо терпеть, закутавшись в плащ. Кто сказал, что земное существование обещает большее? До того дня, когда понимаешь, что тебя собираются убить, и с искренним изумлением осознаешь, что хочешь жить. Что жизнь почему-то все еще горит внутри, как упрямые угольки в костре, более жгучие, чем страсть или горе.

   — Сарантийская мозаика · книга
4. «

   Мужчины рождены для горестей, но женщины знают о них больше.

   Мужчины рождены для горестей, но женщины знают о них больше.

   — Сарантийская мозаика · книга
5. «

   Когда нельзя вернуться и нельзя стоять на месте, надо идти вперед, тут не о чем даже думать.

   Когда нельзя вернуться и нельзя стоять на месте, надо идти вперед, тут не о чем даже думать.

   — Сарантийская мозаика · книга
6. «

   Это случается чаще, чем думают. Влюбленные впервые встречаются на обеде, который один из них едва не пропустил. Винная бочка падает с телеги и ломает ногу человеку, который выбрал непривычную дорогу к своей любимой бане. Метнувший кинжал убийца промахивается лишь потому, что намеченная жертва случайно оборачивается и замечает его. Так складываются и меняются судьбы и жизни людей в созданном богом мире.

   Это случается чаще, чем думают. Влюбленные впервые встречаются на обеде, который один из них едва не пропустил. Винная бочка падает с телеги и ломает ногу человеку, который выбрал непривычную дорогу к своей любимой бане. Метнувший кинжал убийца промахивается лишь потому, что намеченная жертва случайно оборачивается и замечает его. Так складываются и меняются судьбы и жизни людей в созданном богом мире.

   — Сарантийская мозаика · книга
7. «

   Восемьдесят тысяч орущих людей могут заставить тебя закричать. Он никогда в жизни не бывал в такой огромной толпе. Толпы обладают собственной силой;они увлекают тебя за собой.

   Восемьдесят тысяч орущих людей могут заставить тебя закричать. Он никогда в жизни не бывал в такой огромной толпе. Толпы обладают собственной силой;они увлекают тебя за собой.

   — Сарантийская мозаика · книга
8. «

   Невозможно отрицать ту истину, что главные события века происходят, лишь краем задевая течение жизни большинства людей.

   Невозможно отрицать ту истину, что главные события века происходят, лишь краем задевая течение жизни большинства людей.

   — Сарантийская мозаика · книга
9. «

   Она прекрасна, как обсидиан на только что выпавшем снегу... Она сверкает, как бриллиант при свечах. Она таит в себе огонь, как рубин или изумруд. Она манит обещанием опасности и тёмного забвения, в ней тот же вызов, что в войне или в горах, и мне кажется, она так же жестока как они.

   Она прекрасна, как обсидиан на только что выпавшем снегу... Она сверкает, как бриллиант при свечах. Она таит в себе огонь, как рубин или изумруд. Она манит обещанием опасности и тёмного забвения, в ней тот же вызов, что в войне или в горах, и мне кажется, она так же жестока как они.

   — Аурелиан · книга
10. «

    Его друг ни в чём не виноват, он только показал ему дверь — и к тому же предостерёг, — в которую он сам вошёл, покрытый шрамами от зимней битвы... Вошёл в кажущуюся тёплой, залитую светом каминов и свечей, душистую анфиладу комнат, и вышел оттуда, когда сменилось время года, с ранами, которые оказались намного более глубокими...

    Его друг ни в чём не виноват, он только показал ему дверь — и к тому же предостерёг, — в которую он сам вошёл, покрытый шрамами от зимней битвы... Вошёл в кажущуюся тёплой, залитую светом каминов и свечей, душистую анфиладу комнат, и вышел оттуда, когда сменилось время года, с ранами, которые оказались намного более глубокими...

    — Песнь для Арбонны · книга
11. «

    Бывают моменты, когда утешение можно найти только в женском смехе, в знакомом лице и голосе друга, в передаче друг другу сплетен, даже в чем-то совсем простом — в миске горохового супе, съеденного за столом вместе с другими людьми.

    Бывают моменты, когда утешение можно найти только в женском смехе, в знакомом лице и голосе друга, в передаче друг другу сплетен, даже в чем-то совсем простом — в миске горохового супе, съеденного за столом вместе с другими людьми.

    — Сарантийская мозаика · книга
12. «

    Честность при дворе вещь опасная, для других и для самого себя.

    Честность при дворе вещь опасная, для других и для самого себя.

    — Сарантийская мозаика · книга
13. «

    — Скажи мне, ты станешь навязывать собственные ценности всем мужчинам и женщинам, которых встретишь? — Вряд ли. Но боюсь, я буду навязывать их самому себе.

    — Скажи мне, ты станешь навязывать собственные ценности всем мужчинам и женщинам, которых встретишь? — Вряд ли. Но боюсь, я буду навязывать их самому себе.

    — Бертран де Талаир · книга
14. «

    Все равно ни один мужчина не может по-настоящему владеть женщиной. Он на время получает доступ к ее телу, если повезет, но может лишь мельком заглянуть в ее душу.

    Все равно ни один мужчина не может по-настоящему владеть женщиной. Он на время получает доступ к ее телу, если повезет, но может лишь мельком заглянуть в ее душу.

    — Сарантийская мозаика · книга
15. «

    Пертений фактически был человеком, который умел сделаться настолько незаметным, что о его присутствии забывали. А это означало, что он слышали видел то, чего могли не услышать и не увидеть другие.

    Пертений фактически был человеком, который умел сделаться настолько незаметным, что о его присутствии забывали. А это означало, что он слышали видел то, чего могли не услышать и не увидеть другие.

    — Сарантийская мозаика · книга
16. «

    Год — это совсем не так долго, в самом деле. Даже не достаточно долго, чтобы можно было без боли вспоминать его смех, когда они были наедине, его доброту к подданным, звук его голоса, его твёрдую походку, острую проницательность пытливого ума и хорошо знакомые признаки разгорающейся страсти, которая вспыхивала в ответ на её страсть.

    Год — это совсем не так долго, в самом деле. Даже не достаточно долго, чтобы можно было без боли вспоминать его смех, когда они были наедине, его доброту к подданным, звук его голоса, его твёрдую походку, острую проницательность пытливого ума и хорошо знакомые признаки разгорающейся страсти, которая вспыхивала в ответ на её страсть.

    — Песнь для Арбонны · книга
17. «

    Совершенство...недостижимо для людей. Несовершенство может быть превращено в преимущество. Возможно.

    Совершенство...недостижимо для людей. Несовершенство может быть превращено в преимущество. Возможно.

    — Кай Криспин · книга
18. «

    Удивительно, если задуматься: как наскоро принятые решения становятся твоей жизнью.

    Удивительно, если задуматься: как наскоро принятые решения становятся твоей жизнью.

    — Сарантийская мозаика · книга
19. «

    Гнев и ненависть имеют пределы, которых человек слишком быстро достигает.

    Гнев и ненависть имеют пределы, которых человек слишком быстро достигает.

    — Беатриса де Барбетайн · книга
20. «

    Он не испытывал и доли той тревоги, которую чувствовали окружающие его люди. Его жизнь была слишком насыщенной, полной волнений, чтобы он сегодня пал духом.

    Он не испытывал и доли той тревоги, которую чувствовали окружающие его люди. Его жизнь была слишком насыщенной, полной волнений, чтобы он сегодня пал духом.

    — Сарантийская мозаика · книга