111 мыслей Галины Гончаровы без воды

Ниже 111 цитат Галины Гончаровы — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Мужчины, по классификации одной милой дамы, делятся на три категории. «Мачо». «Чмо». И «Мам, чо?». Вот вылетевшее за чемоданом на перрон создание по этой классификации относилось к категории «ЧМО». Причем — давно и уверенно.

   Мужчины, по классификации одной милой дамы, делятся на три категории. «Мачо». «Чмо». И «Мам, чо?». Вот вылетевшее за чемоданом на перрон создание по этой классификации относилось к категории «ЧМО». Причем — давно и уверенно.

   — Юля Леоверенская · книга
2. «

   Народ не любит, когда что-то меняется. Даже если это к их выгоде. Польза-то там, в будущем, а меняться надо уже здесь и сейчас.

   Народ не любит, когда что-то меняется. Даже если это к их выгоде. Польза-то там, в будущем, а меняться надо уже здесь и сейчас.

   — Азъ есмь Софья. Тень за троном · книга
3. «

   — Такая жалость, графиня, что вам приходится носить этот траурный зеленый цвет. — Ничего, достопочтенная. Я ношу этот зеленый, как траур по своим врагам. — Неужели у вас так много врагов, ваше сиятельство? — Разумеется, нет, баронесса. Я ведь не зря ношу по ним траур.

   — Такая жалость, графиня, что вам приходится носить этот траурный зеленый цвет. — Ничего, достопочтенная. Я ношу этот зеленый, как траур по своим врагам. — Неужели у вас так много врагов, ваше сиятельство? — Разумеется, нет, баронесса. Я ведь не зря ношу по ним траур.

   — Средневековая история. Изнанка королевского дворца · книга
4. «

   Но бывают прирожденные повара, а бывают такие, кого хоть всю жизнь учи — все равно отраву сварит. И спасибо еще, если сам в процессе готовки не искалечится. Ну, вот не дано человеку! И все тут! Хоть ты тресни и рассыпься!

   Но бывают прирожденные повара, а бывают такие, кого хоть всю жизнь учи — все равно отраву сварит. И спасибо еще, если сам в процессе готовки не искалечится. Ну, вот не дано человеку! И все тут! Хоть ты тресни и рассыпься!

   — Учиться, влюбиться... убиться? · книга
5. «

   — Если ты ВЕРУЕШЬ, ты будешь сильнее любой нечисти. Между прочим, ладно еще, вы забыли то во что верили раньше! Но ты ведь и нынешние священные тексты прочитать наверняка не удосужилась! — Неправда! — обиделась я. — Между прочим, я даже Лавея прочитала! — А вот всерьез… что такое, по-твоему, Библия? — Сборник еврейских народных сказок в римской обработке.

   — Если ты ВЕРУЕШЬ, ты будешь сильнее любой нечисти. Между прочим, ладно еще, вы забыли то во что верили раньше! Но ты ведь и нынешние священные тексты прочитать наверняка не удосужилась! — Неправда! — обиделась я. — Между прочим, я даже Лавея прочитала! — А вот всерьез… что такое, по-твоему, Библия? — Сборник еврейских народных сказок в римской обработке.

   — Шарль · книга
6. «

   Люби меня под шум дождя, прими меня, как я тебя, Таким, как есть, таким, как был… Смеялся, плакал, просто жил… Существовал, тебя не зная, сейчас стократно признаю: «К чертям блага! Не надо рая! Я без тебя в огне горю!» Я без тебя не вижу неба и мне не в радость белый свет, Не ощущаю вкуса хлеба, мне без тебя покоя нет… Зову тебя и ежечасно слова простые повторю: «Люблю тебя, моя родная. Тебя одну навек люблю…»

   Люби меня под шум дождя, прими меня, как я тебя, Таким, как есть, таким, как был… Смеялся, плакал, просто жил… Существовал, тебя не зная, сейчас стократно признаю: «К чертям блага! Не надо рая! Я без тебя в огне горю!» Я без тебя не вижу неба и мне не в радость белый свет, Не ощущаю вкуса хлеба, мне без тебя покоя нет… Зову тебя и ежечасно слова простые повторю: «Люблю тебя, моя родная. Тебя одну навек люблю…»

   — Терн · книга
7. «

   Можно уничтожать чудовищ и монстров, но не стоит обращать оружие против себе подобных.

   Можно уничтожать чудовищ и монстров, но не стоит обращать оружие против себе подобных.

   — Руалор мур Тоарлен тир Ревалорр · книга
8. «

   Памяти предков надо быть достойным. Памяти потомков тоже надо быть достойным.

   Памяти предков надо быть достойным. Памяти потомков тоже надо быть достойным.

   — Средневековая история. Цена счастья · книга
9. «

   — Ты ведь веришь в Творца? — ... Я — верю. Искренне. Но — в Творца. Мы — его дети. Маленькие, неразумные… глупо сердиться на своих детей. Их надо просто воспитывать. И воспитывать так, чтобы дети достигли уровня своего отца и превзошли его! Но не так же! Вера — она в душе. А религия… Это вот именно как церковь и кладбище! И там и тут — кресты. Но разница — принципиальная. Верить можно и как и где угодно. А религию придумали люди. Чтобы стричь барыши.

   — Ты ведь веришь в Творца? — ... Я — верю. Искренне. Но — в Творца. Мы — его дети. Маленькие, неразумные… глупо сердиться на своих детей. Их надо просто воспитывать. И воспитывать так, чтобы дети достигли уровня своего отца и превзошли его! Но не так же! Вера — она в душе. А религия… Это вот именно как церковь и кладбище! И там и тут — кресты. Но разница — принципиальная. Верить можно и как и где угодно. А религию придумали люди. Чтобы стричь барыши.

   — Ёлка · книга
10. «

    Добрая слава лежит, а худая бежит. А в век интернета — она не просто бежит! Она еще и летать научилась!

    Добрая слава лежит, а худая бежит. А в век интернета — она не просто бежит! Она еще и летать научилась!

    — Дорога домой · книга
11. «

    Два существа, которые понимают друг друга и не хотят войны, всегда смогут договориться.

    Два существа, которые понимают друг друга и не хотят войны, всегда смогут договориться.

    — Учиться, влюбиться... убиться? · книга
12. «

    Дом может сгореть, любимый человек бросить, с работы могут выгнать, страну может захлестнуть война — возможно все. Но то, что у тебя в голове — и те навыки, которые у тебя в руках, всегда могут дать тебе шанс выжить.

    Дом может сгореть, любимый человек бросить, с работы могут выгнать, страну может захлестнуть война — возможно все. Но то, что у тебя в голове — и те навыки, которые у тебя в руках, всегда могут дать тебе шанс выжить.

    — Средневековая история. Изнанка королевского дворца · книга
13. «

    Мало иметь мужа-миллионера. И важно здесь не второе слово, а первое. Пусть он будет миллиардером — или пусть будет нищим. Это пустяки! Важно другое. Чтобы ты любила — и любили тебя. А если этого нет дома — рано или поздно ты пойдешь искать свою любовь на стороне. Ко всеобщему горю.

    Мало иметь мужа-миллионера. И важно здесь не второе слово, а первое. Пусть он будет миллиардером — или пусть будет нищим. Это пустяки! Важно другое. Чтобы ты любила — и любили тебя. А если этого нет дома — рано или поздно ты пойдешь искать свою любовь на стороне. Ко всеобщему горю.

    — Анна Егоровна · книга
14. «

    – Как вы думаете, жестокость – это привилегия королей? Старый слуга не удивился. За свою долгую придворную жизнь он и не такое слышал. – Я думаю, ваше сиятельство, это беда всех королей.

    – Как вы думаете, жестокость – это привилегия королей? Старый слуга не удивился. За свою долгую придворную жизнь он и не такое слышал. – Я думаю, ваше сиятельство, это беда всех королей.

    — Средневековая история. Цена счастья · книга
15. «

    Вот с моими студентами хоть крокодил заговорит — они не удивятся! Зато могут споить в мгновение ока и продать в зоопарк за хорошие бабки в евро.

    Вот с моими студентами хоть крокодил заговорит — они не удивятся! Зато могут споить в мгновение ока и продать в зоопарк за хорошие бабки в евро.

    — Эльфы, волшебники и биолухи · книга
16. «

    Но мимика, движения, интонация — часто это говорит о человеке больше, чем он сам того желает.

    Но мимика, движения, интонация — часто это говорит о человеке больше, чем он сам того желает.

    — Средневековая история. Интриги королевского двора · книга
17. «

    Любовь — это когда мы. Одно сердце, один разум, одна душа — и только тел — два. И все. А по-другому и не бывает. Мы — и весь мир вокруг. Так легко и понятно. Есть мы. Нет ни тебя, ни меня. Только мы.

    Любовь — это когда мы. Одно сердце, один разум, одна душа — и только тел — два. И все. А по-другому и не бывает. Мы — и весь мир вокруг. Так легко и понятно. Есть мы. Нет ни тебя, ни меня. Только мы.

    — Корни зла · книга
18. «

    — О чем ты думаешь? Том подбирается поближе. Я тоскливо смотрю на друга. — Том, а зачем мы живем? Или они? Она? Троица «молодежников» удачно выхваляется перед «баронессой», давая нам возможность переброситься парой слов. Хотя и не время и не место для таких разговоров. Но ведь мысли не спрашивают, где тебя найти? Они просто есть. Друг пожимает плечами. — Алекс, мы живем не зачем, а скорее, вопреки, — усмехается он. — Ты не должен был родиться, я должен был умереть. Но мы живы. А значит, кому-то это нужно!

    — О чем ты думаешь? Том подбирается поближе. Я тоскливо смотрю на друга. — Том, а зачем мы живем? Или они? Она? Троица «молодежников» удачно выхваляется перед «баронессой», давая нам возможность переброситься парой слов. Хотя и не время и не место для таких разговоров. Но ведь мысли не спрашивают, где тебя найти? Они просто есть. Друг пожимает плечами. — Алекс, мы живем не зачем, а скорее, вопреки, — усмехается он. — Ты не должен был родиться, я должен был умереть. Но мы живы. А значит, кому-то это нужно!

    — Алекс · книга
19. «

    Каирис покачала головой. В который раз ей пришла мысль, что Таши не так прост, как кажется. Но тут шалотта книжника зацепилась за стул, и Таши едва не упал… Да нет! Глупости! Человек так притворяться не сможет! Он просто феерический растяпа.

    Каирис покачала головой. В который раз ей пришла мысль, что Таши не так прост, как кажется. Но тут шалотта книжника зацепилась за стул, и Таши едва не упал… Да нет! Глупости! Человек так притворяться не сможет! Он просто феерический растяпа.

    — Каирис · книга
20. «

    Нельзя сдаваться. Никогда нельзя сдаваться. Есть случаи, когда надо сидеть на месте и ждать. Но не в этот раз.

    Нельзя сдаваться. Никогда нельзя сдаваться. Есть случаи, когда надо сидеть на месте и ждать. Но не в этот раз.

    — Летняя практика · книга