Галина Гончарова: 43 фразы, которые разошлись на цитаты

Ниже 43 цитаты Галины Гончаровы — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Не люблю я тех, кто паразитирует на самом святом в человеке — на любви. Ведь по большому счету, что такое эта религия? Вера в то, что есть кто-то добрый, что он нас любит, что не бросит, что родные и близкие будут ждать нас за гранью… Это так, я согласен. Но это не дает храмовникам права преследовать, жечь, судить, карать и миловать, драть деньги… У них есть обязанности — помогать, защищать, утешать…

   Не люблю я тех, кто паразитирует на самом святом в человеке — на любви. Ведь по большому счету, что такое эта религия? Вера в то, что есть кто-то добрый, что он нас любит, что не бросит, что родные и близкие будут ждать нас за гранью… Это так, я согласен. Но это не дает храмовникам права преследовать, жечь, судить, карать и миловать, драть деньги… У них есть обязанности — помогать, защищать, утешать…

   — Алекс · книга
2. «

   Самое главное, чтобы было кому жить, любить и верить. Трава для коней, вода для людей и будущее для детей. Разве это не счастье?

   Самое главное, чтобы было кому жить, любить и верить. Трава для коней, вода для людей и будущее для детей. Разве это не счастье?

   — Средневековая история. Цена счастья · книга
3. «

   Тепло душевное. Когда всем хорошо и уютно. Когда отогреваешься и чувствуешь себя дома. Когда тебе спокойно и тебя ждут. И понимаешь, что ты – дома. Об этом красиво говорят поэты и писатели. А в жизни… кто знает это чувство – тому повезло. Кто-то принимает за него покой. Кто-то привычку. Но стоит человеку хоть раз понять, какое оно – настоящее, и полумерами он уже никогда не ограничится.

   Тепло душевное. Когда всем хорошо и уютно. Когда отогреваешься и чувствуешь себя дома. Когда тебе спокойно и тебя ждут. И понимаешь, что ты – дома. Об этом красиво говорят поэты и писатели. А в жизни… кто знает это чувство – тому повезло. Кто-то принимает за него покой. Кто-то привычку. Но стоит человеку хоть раз понять, какое оно – настоящее, и полумерами он уже никогда не ограничится.

   — Средневековая история. Цена счастья · книга
4. «

   — Но ты не боишься риска. Несмотря ни на что. — Я могу проиграть слишком многое, но могу и выиграть. Жизнь — это те же шахматы. Здесь есть одно отличие. Я не боюсь рисковать собой, но не хочу рисковать другими.

   — Но ты не боишься риска. Несмотря ни на что. — Я могу проиграть слишком многое, но могу и выиграть. Жизнь — это те же шахматы. Здесь есть одно отличие. Я не боюсь рисковать собой, но не хочу рисковать другими.

   — Против лома нет вампира · книга
5. «

   Безумная война, гражданская война, там жизни грош цена и смерти грош цена… Легко кричать о добре и зле. А если меньшее зло? Если твоей болью будет оплачена не одна тысяча сбереженных жизней? Как легко судить, когда за тобой никто не стоит. Как страшно знать, что за твое решение отдадут свои жизни десятки тысяч людей…

   Безумная война, гражданская война, там жизни грош цена и смерти грош цена… Легко кричать о добре и зле. А если меньшее зло? Если твоей болью будет оплачена не одна тысяча сбереженных жизней? Как легко судить, когда за тобой никто не стоит. Как страшно знать, что за твое решение отдадут свои жизни десятки тысяч людей…

   — Средневековая история. Цена счастья · книга
6. «

   Она дурочка, все верно. Но даже дурочки умеют любить! И даже дурочкам бывает больно, когда душа идет босыми ногами по осколкам разбитых надежд.

   Она дурочка, все верно. Но даже дурочки умеют любить! И даже дурочкам бывает больно, когда душа идет босыми ногами по осколкам разбитых надежд.

   — Ёлка · книга
7. «

   Был бы человек хороший, а дракон он, элвар, вампир или эльф — неважно!

   Был бы человек хороший, а дракон он, элвар, вампир или эльф — неважно!

   — Учиться, влюбиться... убиться? · книга
8. «

   Скольких мы утрачиваем за свою жизнь? Многих. И когда уходит кто-то очень близкий, мы надеемся, что он — там. И что там, за чертой смерти, хоть что-то есть. Я знаю, что встречусь с теми, кто ушел раньше меня. Знаю. Но… пока мы — здесь. И иногда хочется кричать от невозможности увидеть. Услышать. Хотя бы на миг заглянуть в родные глаза, улыбнуться и знать — там или не там, но тебя любят. И знают о твоей любви. Ведь то, что близкий тебе человек ушел за черту смерти, вовсе не отменяет всего остального. Он все равно близкий. Родной. И любимый.

   Скольких мы утрачиваем за свою жизнь? Многих. И когда уходит кто-то очень близкий, мы надеемся, что он — там. И что там, за чертой смерти, хоть что-то есть. Я знаю, что встречусь с теми, кто ушел раньше меня. Знаю. Но… пока мы — здесь. И иногда хочется кричать от невозможности увидеть. Услышать. Хотя бы на миг заглянуть в родные глаза, улыбнуться и знать — там или не там, но тебя любят. И знают о твоей любви. Ведь то, что близкий тебе человек ушел за черту смерти, вовсе не отменяет всего остального. Он все равно близкий. Родной. И любимый.

   — Ёлка · книга
9. «

   Моя ярость — костер. Быстро вспыхнула, быстро сгорела. Ярость Рона — море. Которое вроде бы спокойно, но в любой момент может устроить тебе водоворот или Бермудский треугольник.

   Моя ярость — костер. Быстро вспыхнула, быстро сгорела. Ярость Рона — море. Которое вроде бы спокойно, но в любой момент может устроить тебе водоворот или Бермудский треугольник.

   — Тина · книга
10. «

    Все зло в мире от дураков. А уж сколько его от баб, если баба — дура…

    Все зло в мире от дураков. А уж сколько его от баб, если баба — дура…

    — Ёлка · книга
11. «

    Если человек умышлял на тебя зло, то никакой он тебе не ближний. А вовсе даже дальний. И если ты знаешь, что зло это приведет к твоей болезни, или гибели, или разорению, или вообще он нацелился на твоих близких — ударь его первым. Потому что если ты не сделаешь этого, то он совершит зло. И плохо будет всем. Плохо будет твоим родным и близким без тебя. Плохо будет ему, потому что он согрешил. Плохо будет его родным и близким, потому что они должны будут платить за этот грех. Так останови гада раньше, чем он совершит зло. И ты совершишь благое дело.

    Если человек умышлял на тебя зло, то никакой он тебе не ближний. А вовсе даже дальний. И если ты знаешь, что зло это приведет к твоей болезни, или гибели, или разорению, или вообще он нацелился на твоих близких — ударь его первым. Потому что если ты не сделаешь этого, то он совершит зло. И плохо будет всем. Плохо будет твоим родным и близким без тебя. Плохо будет ему, потому что он согрешил. Плохо будет его родным и близким, потому что они должны будут платить за этот грех. Так останови гада раньше, чем он совершит зло. И ты совершишь благое дело.

    — Корни зла · книга
12. «

    А за двумя зайцами гоняться — мордой дерево поймать.

    А за двумя зайцами гоняться — мордой дерево поймать.

    — Лерг · книга
13. «

    Лучшее оружие в споре — знание.

    Лучшее оружие в споре — знание.

    — Алевтина · книга
14. «

    Когда муж возвращается домой, а жена обязательно встречает его в коридоре и целует, и у него такие глаза… А потом они поворачиваются к дочери, которая тоже выбежала в прихожую, – и улыбаются. И в воздухе словно разливаются теплые солнечные лучи. И когда вдыхаешь запах этого дома – понимаешь, что здесь все счастливы. Можно облить квартиру «Шанелью», но нельзя подделать это. Счастье – словно светлячки, плывущие в воздухе. И проявляется повсюду. В жестах, улыбках, взглядах, прикосновениях…

    Когда муж возвращается домой, а жена обязательно встречает его в коридоре и целует, и у него такие глаза… А потом они поворачиваются к дочери, которая тоже выбежала в прихожую, – и улыбаются. И в воздухе словно разливаются теплые солнечные лучи. И когда вдыхаешь запах этого дома – понимаешь, что здесь все счастливы. Можно облить квартиру «Шанелью», но нельзя подделать это. Счастье – словно светлячки, плывущие в воздухе. И проявляется повсюду. В жестах, улыбках, взглядах, прикосновениях…

    — Средневековая история. Цена счастья · книга
15. «

    Лично я всегда стояла за третий закон Ньютона. Действие должно быть равно противодействию. А сколько раз этот закон до Ньютона открывали! Например, как аукнется, так и откликнется. Или — кто с мечом к нам придет, от него и погибнет. Или — это уже студенческий фольклор: 'дал по морде — получи по уху'. И все эти законы должны работать в самом жестком варианте — и для всех — от королей до распоследних бомжей. Только в этом случае можно обеспечить в стране покой и порядок.

    Лично я всегда стояла за третий закон Ньютона. Действие должно быть равно противодействию. А сколько раз этот закон до Ньютона открывали! Например, как аукнется, так и откликнется. Или — кто с мечом к нам придет, от него и погибнет. Или — это уже студенческий фольклор: 'дал по морде — получи по уху'. И все эти законы должны работать в самом жестком варианте — и для всех — от королей до распоследних бомжей. Только в этом случае можно обеспечить в стране покой и порядок.

    — Ёлка · книга
16. «

    Нельзя превращать то, что тебе дано свыше для защиты слабых и помощи нуждающимся, — в товар.

    Нельзя превращать то, что тебе дано свыше для защиты слабых и помощи нуждающимся, — в товар.

    — Ёлка · книга
17. «

    — ... Ты знаешь, что почти в каждой молитве начинается одно и то же?! Я, раб Божий, душу раба твоего, раб, раб, раб… — Это как? — удивился элвар. — Вы верите, что вы — рабы своего бога? — Не все. Только самые тупые. Я вот не верю, — огрызнулась я. — Так ты уже и не этого мира. — Да и многие другие не верят. Твердят, как попугаи! А вдуматься — куда там! Наша вера… их вера вообще построена с чего? Бог создал мир. Потом создал животных. И под конец… — Набравшись опыта и набив шишек… — Людей. — не дала сбить себя я. — То есть он их создал. Сделал. Он — творец. Но ведь и мы детей делаем! Только вот наши дети нам — не рабы! Они такие же, как мы! А мы созданы по образу и подобию Божьему! Да даже если просто по образу — что с того!? Работай, чтобы стать его подобием! Работай над собой, а не пресмыкайся и не ползай на брюхе! Этого все равно никто не оценит! И Он — меньше всего! Вы бы как оценили своего ребенка, который вопит: «Папа, я твой раб, я был неправ, но я исправлюсь, а за это хочу денюжку и клевую телку! И геморрой мне полечи!»? Вот я бы — пинком по геморрою! А священники полагают, что все это — в порядке и в норме!

    — ... Ты знаешь, что почти в каждой молитве начинается одно и то же?! Я, раб Божий, душу раба твоего, раб, раб, раб… — Это как? — удивился элвар. — Вы верите, что вы — рабы своего бога? — Не все. Только самые тупые. Я вот не верю, — огрызнулась я. — Так ты уже и не этого мира. — Да и многие другие не верят. Твердят, как попугаи! А вдуматься — куда там! Наша вера… их вера вообще построена с чего? Бог создал мир. Потом создал животных. И под конец… — Набравшись опыта и набив шишек… — Людей. — не дала сбить себя я. — То есть он их создал. Сделал. Он — творец. Но ведь и мы детей делаем! Только вот наши дети нам — не рабы! Они такие же, как мы! А мы созданы по образу и подобию Божьему! Да даже если просто по образу — что с того!? Работай, чтобы стать его подобием! Работай над собой, а не пресмыкайся и не ползай на брюхе! Этого все равно никто не оценит! И Он — меньше всего! Вы бы как оценили своего ребенка, который вопит: «Папа, я твой раб, я был неправ, но я исправлюсь, а за это хочу денюжку и клевую телку! И геморрой мне полечи!»? Вот я бы — пинком по геморрою! А священники полагают, что все это — в порядке и в норме!

    — Ёлка · книга
18. «

    — Ты одна такая нахалка на весь Элварион. — Я всегда знала, что я уникальная, единственная и неповторимая… — А уж какая скромная… — Так сама себя не похвалишь — никто не озаботится!

    — Ты одна такая нахалка на весь Элварион. — Я всегда знала, что я уникальная, единственная и неповторимая… — А уж какая скромная… — Так сама себя не похвалишь — никто не озаботится!

    — Терн · книга
19. «

    Люди — теплокровные — сказал он, разглядывая свои ногти и на миг замирая живой статуей. — Им нужно дышать, разгонять кровь и кислород по венам. Мы в этом не нуждаемся. И можем позволить себе отдохнуть. Знаешь, как змеи замирают на солнце? Они греются. А мы расслабляемся душой и телом. Хотя бы пару секунд, прежде чем нас опять подомнет окружающий мир. Он ведь бывает очень и очень жестоким... Алкоголь на нас не действует, наркотики — тоже. Так как же расслабляться бедным кровопийцам? Только медитацией!

    Люди — теплокровные — сказал он, разглядывая свои ногти и на миг замирая живой статуей. — Им нужно дышать, разгонять кровь и кислород по венам. Мы в этом не нуждаемся. И можем позволить себе отдохнуть. Знаешь, как змеи замирают на солнце? Они греются. А мы расслабляемся душой и телом. Хотя бы пару секунд, прежде чем нас опять подомнет окружающий мир. Он ведь бывает очень и очень жестоким... Алкоголь на нас не действует, наркотики — тоже. Так как же расслабляться бедным кровопийцам? Только медитацией!

    — Клыкастые страсти · книга
20. «

    Да я бы на твоем месте уже объявила вендетту всем своим родственникам! Если бы мой отец торговал мной, а мой любимый меня предал, я бы им обоим показала, где раки зимуют и рыбы ночуют! Я бы им сперва насолила, потом наперчила, а потом бы еще и сожрать все заставила! С чесночным соусом!

    Да я бы на твоем месте уже объявила вендетту всем своим родственникам! Если бы мой отец торговал мной, а мой любимый меня предал, я бы им обоим показала, где раки зимуют и рыбы ночуют! Я бы им сперва насолила, потом наперчила, а потом бы еще и сожрать все заставила! С чесночным соусом!

    — Ёлка · книга