81 цитата Галины Гончаровы: от иронии до философии

Ниже 81 цитата Галины Гончаровы — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Вы рады? До позеленения! Я знаю, вы меня любите! Меня нельзя не любить, я обаятельный…

   Вы рады? До позеленения! Я знаю, вы меня любите! Меня нельзя не любить, я обаятельный…

   — Алекс · книга
2. «

   Вот вы говорите — я верю в Бога. Значит, вы принимаете на веру то, что Бог сотворил мир и человека. Отлично! Но как в эту теорию вписываются динозавры? Черепа и стоянки доисторических людей? То, что еще три тысячи лет назад о Христе даже не знали, а список богов был в мой рост длинной? Почему именно — этот бог. Почему Христос. Не Аллах, не Будда, Вишна, Кришна, кто там у нас еще водится, Зевс — громовержец!? Почему именно христианство? Потому что оно распространено в данной конкретной местности? А если ты родился бы в Арабских Эмиратах? Мусульманином бы ходил? А на Тибете? Буддистом? Нет уж! Я не христианка и не считаю нужным куда-то ходить. Скорее меня можно назвать политеисткой. А верю, что люди сами создают себе богов. А потом — загоняют себя в угол своей верой. Если говорить коротко — как только ты говоришь: «Я верю в этого конкретного Бога» и начинаешь искренне и истово верить, ты лишаешь себя права на свободу разума и свободный от всего выбор.

   Вот вы говорите — я верю в Бога. Значит, вы принимаете на веру то, что Бог сотворил мир и человека. Отлично! Но как в эту теорию вписываются динозавры? Черепа и стоянки доисторических людей? То, что еще три тысячи лет назад о Христе даже не знали, а список богов был в мой рост длинной? Почему именно — этот бог. Почему Христос. Не Аллах, не Будда, Вишна, Кришна, кто там у нас еще водится, Зевс — громовержец!? Почему именно христианство? Потому что оно распространено в данной конкретной местности? А если ты родился бы в Арабских Эмиратах? Мусульманином бы ходил? А на Тибете? Буддистом? Нет уж! Я не христианка и не считаю нужным куда-то ходить. Скорее меня можно назвать политеисткой. А верю, что люди сами создают себе богов. А потом — загоняют себя в угол своей верой. Если говорить коротко — как только ты говоришь: «Я верю в этого конкретного Бога» и начинаешь искренне и истово верить, ты лишаешь себя права на свободу разума и свободный от всего выбор.

   — Против лома нет вампира · книга
3. «

   — Что написано пером… — За то рубят топором.

   — Что написано пером… — За то рубят топором.

   — Летняя практика · книга
4. «

   Настоящий король знает, что он – первый, кто имеет честь отдать все для своей страны. Брать – это право однодневок и мерзавцев. Но король знает, что отдаст все, лишь бы жила его страна и был счастлив его народ.

   Настоящий король знает, что он – первый, кто имеет честь отдать все для своей страны. Брать – это право однодневок и мерзавцев. Но король знает, что отдаст все, лишь бы жила его страна и был счастлив его народ.

   — Средневековая история. Цена счастья · книга
5. «

   Лучше умная дурнушка, чем красивая идиотка.

   Лучше умная дурнушка, чем красивая идиотка.

   — Ричард (Richard) · книга
6. «

   Любой допрос – это парный танец. И если ты попадаешь в ритм… Это кто еще кого допросит.

   Любой допрос – это парный танец. И если ты попадаешь в ритм… Это кто еще кого допросит.

   — Средневековая история. Изнанка королевского дворца · книга
7. «

   Почему зло деятельно? Да потому, что его мало! Вот оно и стремится укрепиться, сохраниться, нагадить, оставить потомство… Его мало. Ничтожная капля. И если оно не будет активным — его просто уничтожат. Растворят, как бочка воды — ложку соли. И даже не заметят.

   Почему зло деятельно? Да потому, что его мало! Вот оно и стремится укрепиться, сохраниться, нагадить, оставить потомство… Его мало. Ничтожная капля. И если оно не будет активным — его просто уничтожат. Растворят, как бочка воды — ложку соли. И даже не заметят.

   — Терн · книга
8. «

   — Ты себя достаточно хорошо чувствуешь? — Нет. Я чувствую себя просто омерзительно. Меня тошнило. И может стошнить еще раз. На тебя. — Переживу. В крайнем случае — примем ванну. Представляешь — ночь, свечи, ванна с пеной… — …я поскальзываюсь на мыле и падаю тебе на голову, сломав обе ноги.

   — Ты себя достаточно хорошо чувствуешь? — Нет. Я чувствую себя просто омерзительно. Меня тошнило. И может стошнить еще раз. На тебя. — Переживу. В крайнем случае — примем ванну. Представляешь — ночь, свечи, ванна с пеной… — …я поскальзываюсь на мыле и падаю тебе на голову, сломав обе ноги.

   — Юлия Евгеньевна Леоверенская · книга
9. «

   Прости... Рано или поздно ты увидишь все это. И тебе опять придется простить. Ты простишь, потому что любишь. А любящее сердце огромно. Любящая душа способна вместить целый мир. Любящий человек по силе своей равен богам.

   Прости... Рано или поздно ты увидишь все это. И тебе опять придется простить. Ты простишь, потому что любишь. А любящее сердце огромно. Любящая душа способна вместить целый мир. Любящий человек по силе своей равен богам.

   — Клыкастые страсти · книга
10. «

    Флакончик с ядом лежал у меня в кармане куртки, я держала его в руке и чувствовала, как он холодит пальцы. Он так и не согрелся в руке. И никогда не согреется. Смерть всегда холодна, даже если тебя сжигают на костре.

    Флакончик с ядом лежал у меня в кармане куртки, я держала его в руке и чувствовала, как он холодит пальцы. Он так и не согрелся в руке. И никогда не согреется. Смерть всегда холодна, даже если тебя сжигают на костре.

    — Эльфы, волшебники и биолухи · книга
11. «

    Если вы хотите от кого-нибудь избавиться, не обязательно так мучить беднягу. Лучше колесуйте или сожгите его. А женить несчастного на мне — это слишком жестоко.

    Если вы хотите от кого-нибудь избавиться, не обязательно так мучить беднягу. Лучше колесуйте или сожгите его. А женить несчастного на мне — это слишком жестоко.

    — Ёлка · книга
12. «

    — Ты ведь веришь в Творца? — ... Я — верю. Искренне. Но — в Творца. Мы — его дети. Маленькие, неразумные… глупо сердиться на своих детей. Их надо просто воспитывать. И воспитывать так, чтобы дети достигли уровня своего отца и превзошли его! Но не так же! Вера — она в душе. А религия… Это вот именно как церковь и кладбище! И там и тут — кресты. Но разница — принципиальная. Верить можно и как и где угодно. А религию придумали люди. Чтобы стричь барыши.

    — Ты ведь веришь в Творца? — ... Я — верю. Искренне. Но — в Творца. Мы — его дети. Маленькие, неразумные… глупо сердиться на своих детей. Их надо просто воспитывать. И воспитывать так, чтобы дети достигли уровня своего отца и превзошли его! Но не так же! Вера — она в душе. А религия… Это вот именно как церковь и кладбище! И там и тут — кресты. Но разница — принципиальная. Верить можно и как и где угодно. А религию придумали люди. Чтобы стричь барыши.

    — Ёлка · книга
13. «

    А если честно — все мужчины ловятся на одно и то же. На то, что им недоступно. И если женщина достаточно умна и стервозна, а также сохранила целомудрие, рано или поздно мужчина поведет ее под венец. Главное — не поддаваться до свадьбы. Сладок запретный плод. Ну а любовь — дело техники.

    А если честно — все мужчины ловятся на одно и то же. На то, что им недоступно. И если женщина достаточно умна и стервозна, а также сохранила целомудрие, рано или поздно мужчина поведет ее под венец. Главное — не поддаваться до свадьбы. Сладок запретный плод. Ну а любовь — дело техники.

    — Ёлка · книга
14. «

    Я же такая нежная, такая чувствительная... не всяким бревном перешибешь!

    Я же такая нежная, такая чувствительная... не всяким бревном перешибешь!

    — Учиться, влюбиться... убиться? · книга
15. «

    — Но ты не боишься риска. Несмотря ни на что. — Я могу проиграть слишком многое, но могу и выиграть. Жизнь — это те же шахматы. Здесь есть одно отличие. Я не боюсь рисковать собой, но не хочу рисковать другими.

    — Но ты не боишься риска. Несмотря ни на что. — Я могу проиграть слишком многое, но могу и выиграть. Жизнь — это те же шахматы. Здесь есть одно отличие. Я не боюсь рисковать собой, но не хочу рисковать другими.

    — Против лома нет вампира · книга
16. «

    Нельзя сдаваться. Никогда нельзя сдаваться. Есть случаи, когда надо сидеть на месте и ждать. Но не в этот раз.

    Нельзя сдаваться. Никогда нельзя сдаваться. Есть случаи, когда надо сидеть на месте и ждать. Но не в этот раз.

    — Летняя практика · книга
17. «

    Друзей мы выбираем сами. Но за это Четырехликий наказывает нас родственниками. Так что держи голову выше. Ты ни в чем не виновата.

    Друзей мы выбираем сами. Но за это Четырехликий наказывает нас родственниками. Так что держи голову выше. Ты ни в чем не виновата.

    — Таши · книга
18. «

    Хочешь, чтобы твой быт во дворце сложился как можно удобнее — налаживай контакты с дворцовыми слугами. Вот и весь секрет. Давно известно, что в стране главный — король, а во дворце — дворецкий.

    Хочешь, чтобы твой быт во дворце сложился как можно удобнее — налаживай контакты с дворцовыми слугами. Вот и весь секрет. Давно известно, что в стране главный — король, а во дворце — дворецкий.

    — Летняя практика · книга
19. «

    Все зло в мире от дураков. А уж сколько его от баб, если баба — дура…

    Все зло в мире от дураков. А уж сколько его от баб, если баба — дура…

    — Ёлка · книга
20. «

    Добро должно быть с кулаками. С клыками, острыми рогами, Копытами и с бородой. Огнем дыша, бия копытом, Колючей шерстию покрыто, Оно придет и за тобой! Ты слышишь — вот оно шагает, С клыков на землю яд стекает, Хвост гневно хлещет по бокам. Добро, зловеще завывая, Рогами тучи задевая, Все ближе подползает к нам! Тебе ж, читатель мой капризный, Hоситель духа гуманизма, Желаю я Добра — и пусть При встрече с ним мой стих ты вспомнишь, И вот тогда глухую полночь Прорежет жуткий крик: «Hа помощь!» А дальше — чавканье и хруст...

    Добро должно быть с кулаками. С клыками, острыми рогами, Копытами и с бородой. Огнем дыша, бия копытом, Колючей шерстию покрыто, Оно придет и за тобой! Ты слышишь — вот оно шагает, С клыков на землю яд стекает, Хвост гневно хлещет по бокам. Добро, зловеще завывая, Рогами тучи задевая, Все ближе подползает к нам! Тебе ж, читатель мой капризный, Hоситель духа гуманизма, Желаю я Добра — и пусть При встрече с ним мой стих ты вспомнишь, И вот тогда глухую полночь Прорежет жуткий крик: «Hа помощь!» А дальше — чавканье и хруст...

    — Крест и крыло · книга