115 афоризмов Генри Лайона Олди

Ниже 115 цитат Генри Лайона Олди — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   У меня на редкость ясная голова и горячее сердце. Ах да, еще чистые руки, потому что я их часто умываю.

   У меня на редкость ясная голова и горячее сердце. Ах да, еще чистые руки, потому что я их часто умываю.

   — Вильгельм Цимбал · книга
2. «

   – Дружок, хочешь послушать сказку? – Нет! Нет! Не хочу!!! – А придется, дружок…

   – Дружок, хочешь послушать сказку? – Нет! Нет! Не хочу!!! – А придется, дружок…

   — Приют героев · книга
3. «

   Я заворочался, вспоминая прошлые обиды. И расслабился, вспомнив, что обиды — прошлые.

   Я заворочался, вспоминая прошлые обиды. И расслабился, вспомнив, что обиды — прошлые.

   — Путь меча · книга
4. «

   Перестань различать работу и отдых, операцию и беседу с другом. Сделайся трудоголиком, вечной бригадой, всегда начеку, всегда готовой действовать – и перед тобой откроется путь в дурдом, устланный ковровой дорожкой.

   Перестань различать работу и отдых, операцию и беседу с другом. Сделайся трудоголиком, вечной бригадой, всегда начеку, всегда готовой действовать – и перед тобой откроется путь в дурдом, устланный ковровой дорожкой.

   — Тераучи Оэ · книга
5. «

   Банальность...это та мудрость, которую мы разучились понимать. Привыкли.

   Банальность...это та мудрость, которую мы разучились понимать. Привыкли.

   — Словоблуд-Брихас · книга
6. «

   Глупое сердце вовремя спохватилось, протолкнув в сосуды свежую порцию крови. В висках заныло, предвещая мигрень. Отгораживайся от прошлого, запирай его на сто замков, прячь в самом дальнем чулане памяти – ночью, темной, как обида, прошлое выбирается наружу, находит тебя, садится у изголовья…

   Глупое сердце вовремя спохватилось, протолкнув в сосуды свежую порцию крови. В висках заныло, предвещая мигрень. Отгораживайся от прошлого, запирай его на сто замков, прячь в самом дальнем чулане памяти – ночью, темной, как обида, прошлое выбирается наружу, находит тебя, садится у изголовья…

   — Королева Ойкумены · книга
7. «

   — Судьба благосклонна к людям вашего склада ума. А нам, неудачникам, надо лишь вовремя ухватиться за плащ чужой удачи. Джеймс подумал, что это самое вежливое и изысканное «дуракам везет», какое он слышал за всю свою жизнь.

   — Судьба благосклонна к людям вашего склада ума. А нам, неудачникам, надо лишь вовремя ухватиться за плащ чужой удачи. Джеймс подумал, что это самое вежливое и изысканное «дуракам везет», какое он слышал за всю свою жизнь.

   — Захребетник · книга
8. «

   Всех никогда нельзя спасти. Значит, надо спасать, кого можно.

   Всех никогда нельзя спасти. Значит, надо спасать, кого можно.

   — Изгнанница Ойкумены · книга
9. «

   Малыш и впрямь слишком любил жизнь. Не свою собственную жизнь, а жизнь вообще, во всех ее проявлениях. Если любить, так навсегда, если смеяться, так до упаду, плакать — навзрыд, мечтать — взахлеб, драться — неистово, дружить — верно... Без полутонов, только мрак и свет... Слишком любить жизнь означает не надеяться на взаимность.

   Малыш и впрямь слишком любил жизнь. Не свою собственную жизнь, а жизнь вообще, во всех ее проявлениях. Если любить, так навсегда, если смеяться, так до упаду, плакать — навзрыд, мечтать — взахлеб, драться — неистово, дружить — верно... Без полутонов, только мрак и свет... Слишком любить жизнь означает не надеяться на взаимность.

   — Дрона · книга
10. «

    Как много девушек хороших! Но слушай, друг, протри очки - У них зелёные глаза и вертикальные зрачки...

    Как много девушек хороших! Но слушай, друг, протри очки - У них зелёные глаза и вертикальные зрачки...
11. «

    Есть Малый круг отшельничества – в горах и лесах; и есть Большой круг – на площадях и базарах; и кто скажет, где труднее оставаться собой – в прохладе и покое, или в ругани и сутолоке?…

    Есть Малый круг отшельничества – в горах и лесах; и есть Большой круг – на площадях и базарах; и кто скажет, где труднее оставаться собой – в прохладе и покое, или в ругани и сутолоке?…

    — Дорога · книга
12. «

    Я из последних сил бегу по раскаленной сковороде своей пропащей жизни, я смеюсь, чтоб не позволить копящемуся крику разорвать горло, я гашу полыхающий внутри пожар поленьями чужих душ, проданных душ, проклятых душ — когда-нибудь бушующий во мне адский огонь захлебнется обильным приношением или сожжет меня дотла!

    Я из последних сил бегу по раскаленной сковороде своей пропащей жизни, я смеюсь, чтоб не позволить копящемуся крику разорвать горло, я гашу полыхающий внутри пожар поленьями чужих душ, проданных душ, проклятых душ — когда-нибудь бушующий во мне адский огонь захлебнется обильным приношением или сожжет меня дотла!

    — Пасынки восьмой заповеди · книга
13. «

    Да вот незадача — не вижу я пути истинного, а вижу великое множество всяких путей, и истины в них поровну.

    Да вот незадача — не вижу я пути истинного, а вижу великое множество всяких путей, и истины в них поровну.

    — Путь меча · книга
14. «

    Любовь прощает многое. Иногда — всё.

    Любовь прощает многое. Иногда — всё.

    — Персей · книга
15. «

    Паника отступила на заранее подготовленные позиции. Ее место занял юмор — черный и вонючий, как гуталин.

    Паника отступила на заранее подготовленные позиции. Ее место занял юмор — черный и вонючий, как гуталин.

    — Золотарь, или Просите, и дано будет… · книга
16. «

    Впервые я подумал не о героях мифов – несокрушимых и отважных – а о сотнях несчастных врагов, попадающихся им под руку. И о том, что любой герой – безумен.

    Впервые я подумал не о героях мифов – несокрушимых и отважных – а о сотнях несчастных врагов, попадающихся им под руку. И о том, что любой герой – безумен.

    — Сарт · книга
17. «

    Ибо воистину страшен тот час, когда человеку нечего делать, и идти некуда, и обрыв манит лишь тем, что он – обрыв.

    Ибо воистину страшен тот час, когда человеку нечего делать, и идти некуда, и обрыв манит лишь тем, что он – обрыв.

    — Восставшие из рая · книга
18. «

    Выбор всегда остается за нами. Мы идем вперед, мы торопимся, но хватит ли нам отваги прервать движение, остановиться, превозмогая страх, и повернуться спиной к опасности или счастью, которые всегда впереди, и лицом – к выбору, который всегда, вечно, неумолимо и невидимо остается за нами?!

    Выбор всегда остается за нами. Мы идем вперед, мы торопимся, но хватит ли нам отваги прервать движение, остановиться, превозмогая страх, и повернуться спиной к опасности или счастью, которые всегда впереди, и лицом – к выбору, который всегда, вечно, неумолимо и невидимо остается за нами?!

    — Бьярн Задумчивый · книга
19. «

    Шарль Касхоун, историк, автор «Принципов свободы», утверждал, что Первую Куклу изобрела Первая Девочка, реализуя материнский инстинкт. Таким образом кукла стала прообразом человека, а ее взаимоотношения с девочкой – прообразом творчества в целом, и театрального искусства в частности. Современник Касхоуна, искусствовед Ингре Тинжан выдвинул альтернативную гипотезу. По Тинжану, кукла есть результат желания Первого Верующего создать образ Первобожества – образ подвижный и доступный, позволяющий, так сказать, обеим сторонам «дергать за ниточки». Сторонники каждой из версий по сей день ведут яростные споры. А девочки играют в куклы. И фанатики воздвигают идолов.

    Шарль Касхоун, историк, автор «Принципов свободы», утверждал, что Первую Куклу изобрела Первая Девочка, реализуя материнский инстинкт. Таким образом кукла стала прообразом человека, а ее взаимоотношения с девочкой – прообразом творчества в целом, и театрального искусства в частности. Современник Касхоуна, искусствовед Ингре Тинжан выдвинул альтернативную гипотезу. По Тинжану, кукла есть результат желания Первого Верующего создать образ Первобожества – образ подвижный и доступный, позволяющий, так сказать, обеим сторонам «дергать за ниточки». Сторонники каждой из версий по сей день ведут яростные споры. А девочки играют в куклы. И фанатики воздвигают идолов.

    — Куколка · книга
20. «

    С мужчиной все ясно: руки, ноги — душа от Создателя. В женщине присутствовало еще нечто, причем вряд ли от Бога.

    С мужчиной все ясно: руки, ноги — душа от Создателя. В женщине присутствовало еще нечто, причем вряд ли от Бога.

    — Торбен Йене Торвен · книга