226 коротких цитат Генри Лайона Олди

Ниже 226 цитат Генри Лайона Олди — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Рафинированное Добро и концентрированное Зло легко выделить в каждой точке любого отдельно взятого конфликта, если не вдаваться в общую суть самого конфликта и не персонифицировать эти силы в конкретных личностях – опять же потому, что мир и люди утратили совершенство.

   Рафинированное Добро и концентрированное Зло легко выделить в каждой точке любого отдельно взятого конфликта, если не вдаваться в общую суть самого конфликта и не персонифицировать эти силы в конкретных личностях – опять же потому, что мир и люди утратили совершенство.

   — Приют героев · книга
2. «

   Да вот незадача — не вижу я пути истинного, а вижу великое множество всяких путей, и истины в них поровну.

   Да вот незадача — не вижу я пути истинного, а вижу великое множество всяких путей, и истины в них поровну.

   — Путь меча · книга
3. «

   Я заворочался, вспоминая прошлые обиды. И расслабился, вспомнив, что обиды — прошлые.

   Я заворочался, вспоминая прошлые обиды. И расслабился, вспомнив, что обиды — прошлые.

   — Путь меча · книга
4. «

   Ограничивая себя, мы провоцируем и выход за границы.

   Ограничивая себя, мы провоцируем и выход за границы.

   — Тераучи Оэ · книга
5. «

   И после трапезы – один час для отдыха. Всего один, невозможно короткий час. В первый же день монашества Маленький Архат незаметно подсказал Змеенышу, задержавшись на миг около Цая и шепнув, ни к кому вроде бы конкретно не обращаясь: – Новички не отдыхают. Как правило, первым делом они идут осматривать оружейную… И Змееныш покорно двинулся осматривать Большой зал оружия. Час пролетал подобно мигу. И вновь наступал черед воинского искусства, но уже не общий для всей братии: отдельно строились новички, отдельно – «опоясанные веревкой», отдельно от тех и других – знатоки-шифу, хранители секретов и умений. И – что сразу заинтересовало Змееныша – в отличие от мирских школ и школ иных обителей, здесь никогда не допускали свободного поединка (пусть даже и учебного, пусть по договоренности!), если монах-воин провел в усердных занятиях менее трех лет. До того – нет тебе соперника, нет тебе помощника! Сам трудись! Воистину: Пока готовится рука Для ноши кулака — Пройдет снаружи год иль два, В душе пройдут века! И на закате – ужин.

   И после трапезы – один час для отдыха. Всего один, невозможно короткий час. В первый же день монашества Маленький Архат незаметно подсказал Змеенышу, задержавшись на миг около Цая и шепнув, ни к кому вроде бы конкретно не обращаясь: – Новички не отдыхают. Как правило, первым делом они идут осматривать оружейную… И Змееныш покорно двинулся осматривать Большой зал оружия. Час пролетал подобно мигу. И вновь наступал черед воинского искусства, но уже не общий для всей братии: отдельно строились новички, отдельно – «опоясанные веревкой», отдельно от тех и других – знатоки-шифу, хранители секретов и умений. И – что сразу заинтересовало Змееныша – в отличие от мирских школ и школ иных обителей, здесь никогда не допускали свободного поединка (пусть даже и учебного, пусть по договоренности!), если монах-воин провел в усердных занятиях менее трех лет. До того – нет тебе соперника, нет тебе помощника! Сам трудись! Воистину: Пока готовится рука Для ноши кулака — Пройдет снаружи год иль два, В душе пройдут века! И на закате – ужин.

   — Маленький Архат · книга
6. «

   На память пришел Лентулл с его рассказами о неверных женах. Измена – пустяки, говорил Лентулл. Куда хуже, если она раскаялась, вернулась, а ты принял. Теперь думай: котлета – это просто котлета, или она так заглаживает вину? Секс – просто секс, или она, угадывая твои желания, просит прощения?

   На память пришел Лентулл с его рассказами о неверных женах. Измена – пустяки, говорил Лентулл. Куда хуже, если она раскаялась, вернулась, а ты принял. Теперь думай: котлета – это просто котлета, или она так заглаживает вину? Секс – просто секс, или она, угадывая твои желания, просит прощения?

   — Дикари Ойкумены. Вожак · книга
7. «

   Честь приданым не отмоешь.

   Честь приданым не отмоешь.

   — Ясь Мисюр · книга
8. «

   Дед Фелиции рассказывал внучке, что кукла не принадлежит к миру живых, но и к миру мертвых – тоже. Промежуток, грань, обоюдоострый нож. Поэтому кукле разрешено делать то, что запретно и для людей, и для вещей. Выходить за пределы ограничений, положенных материи. Объединять возможное с невозможным. Каким образом? – зависит от мастерства кукольника.

   Дед Фелиции рассказывал внучке, что кукла не принадлежит к миру живых, но и к миру мертвых – тоже. Промежуток, грань, обоюдоострый нож. Поэтому кукле разрешено делать то, что запретно и для людей, и для вещей. Выходить за пределы ограничений, положенных материи. Объединять возможное с невозможным. Каким образом? – зависит от мастерства кукольника.

   — Кукольных дел мастер · книга
9. «

   На Хиззаце всех пассажиров, ожидающих старта, бесплатно увеселяли в честь рождения правнучки у местного верфевладельца Берсаля. Шесть часов песен, танцев, комических скетчей, галлюциногенных взаимо-губок, выпивки на дармовщину и прочего насилия над свободной личностью – это, знаете ли, слишком.

   На Хиззаце всех пассажиров, ожидающих старта, бесплатно увеселяли в честь рождения правнучки у местного верфевладельца Берсаля. Шесть часов песен, танцев, комических скетчей, галлюциногенных взаимо-губок, выпивки на дармовщину и прочего насилия над свободной личностью – это, знаете ли, слишком.

   — Куколка · книга
10. «

    Быстро — значит гореть, долго — значит гнить.

    Быстро — значит гореть, долго — значит гнить.

    — Сумерки мира · книга
11. «

    Ограничения связывают идеалы с реальностью.

    Ограничения связывают идеалы с реальностью.

    — Дитя Ойкумены · книга
12. «

    Для чего стоять на крыше? Для того, чтоб быть всех выше – И точить, точить слезу По оставшимся внизу.

    Для чего стоять на крыше? Для того, чтоб быть всех выше – И точить, точить слезу По оставшимся внизу.

    — Томас Биннори · книга
13. «

    Месть — болезнь заразная, вроде чумы.

    Месть — болезнь заразная, вроде чумы.

    — Путь меча · книга
14. «

    Память — такая забавная штука... вроде личного палача.

    Память — такая забавная штука... вроде личного палача.

    — Жаворонок · книга
15. «

    Глупое сердце вовремя спохватилось, протолкнув в сосуды свежую порцию крови. В висках заныло, предвещая мигрень. Отгораживайся от прошлого, запирай его на сто замков, прячь в самом дальнем чулане памяти – ночью, темной, как обида, прошлое выбирается наружу, находит тебя, садится у изголовья…

    Глупое сердце вовремя спохватилось, протолкнув в сосуды свежую порцию крови. В висках заныло, предвещая мигрень. Отгораживайся от прошлого, запирай его на сто замков, прячь в самом дальнем чулане памяти – ночью, темной, как обида, прошлое выбирается наружу, находит тебя, садится у изголовья…

    — Королева Ойкумены · книга
16. «

    Дрона смотрел на неё так, словно сотню раз видел ее во сне, лишь сейчас сумев встретить наяву.

    Дрона смотрел на неё так, словно сотню раз видел ее во сне, лишь сейчас сумев встретить наяву.

    — Сеть для Миродержцев · книга
17. «

    — Над башней пляшут языки огня. Пора расстаться с праздничным нарядом. — Пожалуйста, не забывай меня: Мы в день последней битвы встанем рядом.

    — Над башней пляшут языки огня. Пора расстаться с праздничным нарядом. — Пожалуйста, не забывай меня: Мы в день последней битвы встанем рядом.

    — Э. Р. Транк · книга
18. «

    Не сравнивайте былое с грядущим, вход с выходом, смертного с вечным и рождение с тризной — иначе быть вам тогда подобным Фемиде Неподкупной, дочери Урановой, что добровольно отказалась от зрения телесного, получив взамен беспристрастие судьбы, ибо суждено зрячим судьям ослепление красотой и уродством, мольбой и гневом, отвагой и трусостью; слепым же — никогда, и в том отличие судьи от судьбы.

    Не сравнивайте былое с грядущим, вход с выходом, смертного с вечным и рождение с тризной — иначе быть вам тогда подобным Фемиде Неподкупной, дочери Урановой, что добровольно отказалась от зрения телесного, получив взамен беспристрастие судьбы, ибо суждено зрячим судьям ослепление красотой и уродством, мольбой и гневом, отвагой и трусостью; слепым же — никогда, и в том отличие судьи от судьбы.

    — Одиссей, сын Лаэрта. Человек номоса · книга
19. «

    Кто способен вовремя остановить свой собственный удар, тот наверняка сумеет в нужный момент ударить с полной силой, сокрушающей горы.

    Кто способен вовремя остановить свой собственный удар, тот наверняка сумеет в нужный момент ударить с полной силой, сокрушающей горы.

    — Мессия очищает диск · книга
20. «

    У обнажённого меча Из всех времён одно — Сейчас.

    У обнажённого меча Из всех времён одно — Сейчас.

    — Ниру Бобовай · книга