33 лучших цитаты — Генри Лайон Олди

Ниже 33 цитаты Генри Лайона Олди — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   – И не вздумай худеть… – Повторюша-хрюша. – Я сто раз повторю. Не вздумай. – У меня толстая задница. – У тебя отличная задница. – У меня нет талии. – Ты врешь. – Это правда. – На месте твоей талии я подал бы в суд за клевету. – Я похожа на плюшку. – Обожаю плюшки.

   – И не вздумай худеть… – Повторюша-хрюша. – Я сто раз повторю. Не вздумай. – У меня толстая задница. – У тебя отличная задница. – У меня нет талии. – Ты врешь. – Это правда. – На месте твоей талии я подал бы в суд за клевету. – Я похожа на плюшку. – Обожаю плюшки.

   — Регина Ван Фрассен · книга
2. «

   «Мы живем в очень смешном мире, братец! Животики надорвать можно…» Правда, боевой маг сразу уточнил: «Это если смотреть со стороны. Если смотришь изнутри, надорванный животик не вызывает особого смеха».

   «Мы живем в очень смешном мире, братец! Животики надорвать можно…» Правда, боевой маг сразу уточнил: «Это если смотреть со стороны. Если смотришь изнутри, надорванный животик не вызывает особого смеха».

   — Шмагия · книга
3. «

   ... наивность сильна, она позволяет нам не задумываться над последствиями.

   ... наивность сильна, она позволяет нам не задумываться над последствиями.

   — Бьярн Задумчивый · книга
4. «

   Ибо где нет сомнения, там нет и веры; где нет сомнения, там нет знания; где нет сомнения, там нет милосердия.

   Ибо где нет сомнения, там нет и веры; где нет сомнения, там нет знания; где нет сомнения, там нет милосердия.

   — отец Ремедий · книга
5. «

   Есть такая дружба, которая на шаг отстает от «закадычной», но давным-давно опередила и «близкое знакомство», и «взаимную симпатию».

   Есть такая дружба, которая на шаг отстает от «закадычной», но давным-давно опередила и «близкое знакомство», и «взаимную симпатию».

   — Гарпия · книга
6. «

   Надежды, как известно, питают юношей и умирают последними — вместе со старцами, которым исправно придают бодрость до гробовой доски.

   Надежды, как известно, питают юношей и умирают последними — вместе со старцами, которым исправно придают бодрость до гробовой доски.

   — Песни Петера Сьлядека · книга
7. «

   Никогда не надо жаловаться на трудности. Придет время и расставит все на свои места. Если вчера что-то казалось подвигом, вчерашний подвиг – жалкий лепет на фоне злобы дня нынешнего.

   Никогда не надо жаловаться на трудности. Придет время и расставит все на свои места. Если вчера что-то казалось подвигом, вчерашний подвиг – жалкий лепет на фоне злобы дня нынешнего.

   — Кукольных дел мастер · книга
8. «

   Основательность – это умение разделять, опираясь на разум. Но смелость – это талант смешивать, опираясь на интуицию. Одно без другого ущербно.

   Основательность – это умение разделять, опираясь на разум. Но смелость – это талант смешивать, опираясь на интуицию. Одно без другого ущербно.

   — Регина Ван Фрассен · книга
9. «

   Женщины так глядят на своих мужчин, оставшись с ними наедине. На пожилых, лысых, смешных мужчин, зачастую еще не выяснивших, что они – свои. Глядят, не видя лысины. Не замечая возраста. Обращая комическое в величественное.

   Женщины так глядят на своих мужчин, оставшись с ними наедине. На пожилых, лысых, смешных мужчин, зачастую еще не выяснивших, что они – свои. Глядят, не видя лысины. Не замечая возраста. Обращая комическое в величественное.

   — Куколка · книга
10. «

    Мы не скандалили. Не повышали голос. Просто разучились радоваться друг другу. Привычка не спасала.

    Мы не скандалили. Не повышали голос. Просто разучились радоваться друг другу. Привычка не спасала.

    — Золотарь, или Просите, и дано будет… · книга
11. «

    У обнажённого меча Из всех времён одно — Сейчас.

    У обнажённого меча Из всех времён одно — Сейчас.

    — Ниру Бобовай · книга
12. «

    Страшно ждать. Страшно бояться. А когда дождался, то уже не страшно. Страх — лучшие в мире кандалы.

    Страшно ждать. Страшно бояться. А когда дождался, то уже не страшно. Страх — лучшие в мире кандалы.

    — Песни Петера Сьлядека · книга
13. «

    Боль — она разная. Не всегда больно от гнева делают. Бывает, что и от любви...

    Боль — она разная. Не всегда больно от гнева делают. Бывает, что и от любви...

    — Кукольник · книга
14. «

    Какие простые истины узнаем мы иногда, и до чего же трудно привыкать к жизни, в которой есть место вот таким простым истинам!

    Какие простые истины узнаем мы иногда, и до чего же трудно привыкать к жизни, в которой есть место вот таким простым истинам!

    — Чэн · книга
15. «

    Память — такая забавная штука... вроде личного палача.

    Память — такая забавная штука... вроде личного палача.

    — Жаворонок · книга
16. «

    Иногда мне кажется, что реальные события и воспоминания о них имеют между собой мало общего. Прошлое — спектакль. Каждый раз его приходится играть заново. Вспоминая, я беру в руки и заставляю танцевать незнакомую куклу, другую, совсем не ту, что танцевала вчера или на прошлой неделе. Комплексы, неврозы, возрастные изменения, застенчивость и гордыня, сомнения и уверенность — все новые нити тянутся к кукле, прорастая в колени, локти, виски, стопы и ладони. Я чувствую: они щекочут тело памяти. Кукла пляшет, как взбесившийся шаман, дергая конечностями и содрогаясь в конвульсиях, а я думаю: «Это я? Неужели это я?» И радуюсь, что завтра, когда мне взбредет в голову блажь снова окунуться в реку времени, я буду иной: и тот, который смотрит из неподвижного сегодня, и тот, который пляшет в изменчивом вчера.

    Иногда мне кажется, что реальные события и воспоминания о них имеют между собой мало общего. Прошлое — спектакль. Каждый раз его приходится играть заново. Вспоминая, я беру в руки и заставляю танцевать незнакомую куклу, другую, совсем не ту, что танцевала вчера или на прошлой неделе. Комплексы, неврозы, возрастные изменения, застенчивость и гордыня, сомнения и уверенность — все новые нити тянутся к кукле, прорастая в колени, локти, виски, стопы и ладони. Я чувствую: они щекочут тело памяти. Кукла пляшет, как взбесившийся шаман, дергая конечностями и содрогаясь в конвульсиях, а я думаю: «Это я? Неужели это я?» И радуюсь, что завтра, когда мне взбредет в голову блажь снова окунуться в реку времени, я буду иной: и тот, который смотрит из неподвижного сегодня, и тот, который пляшет в изменчивом вчера.

    — Кукольник · книга
17. «

    Впервые я подумал не о героях мифов – несокрушимых и отважных – а о сотнях несчастных врагов, попадающихся им под руку. И о том, что любой герой – безумен.

    Впервые я подумал не о героях мифов – несокрушимых и отважных – а о сотнях несчастных врагов, попадающихся им под руку. И о том, что любой герой – безумен.

    — Сарт · книга
18. «

    — Победителей не судят. — Разумеется, друг мой! Кто же рискнет судить победителей! Их казнят без суда и следствия!

    — Победителей не судят. — Разумеется, друг мой! Кто же рискнет судить победителей! Их казнят без суда и следствия!

    — Шмагия · книга
19. «

    Надо пользоваться радостью в настоящем. Грустить сейчас, восхищаться здесь; беспокоиться над обрывом, а не в ста шагах от него или в падении. Сиюминутность – единственная крепость, которая заслуживает обороны.

    Надо пользоваться радостью в настоящем. Грустить сейчас, восхищаться здесь; беспокоиться над обрывом, а не в ста шагах от него или в падении. Сиюминутность – единственная крепость, которая заслуживает обороны.

    — Гарпия · книга
20. «

    С возрастом начинаешь ценить традиции, в какой бы форме они ни проявлялись.

    С возрастом начинаешь ценить традиции, в какой бы форме они ни проявлялись.

    — Приют героев · книга