116 цитат, которые говорил Герберт Уэллс

Ниже 116 цитат Герберта Уэллса — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   Земная стыдливость почти заставила мистера Коттеджа проглотить вопрос: «Но ведь вы сами еще не имели сексуального опыта?» — Я интересовался, — сказал мальчик, очевидно, отвечая так, как его учили. — Но заниматься сексом или поддаваться желанию в таком раннем возрасте нет необходимости и даже вредно. Желание, если ему уступить слишком рано, ослабляет молодого человека и нередко не отпускает потом. Оно портит и калечит воображение. Я хочу стать хорошим работником, как мой отец.

   Земная стыдливость почти заставила мистера Коттеджа проглотить вопрос: «Но ведь вы сами еще не имели сексуального опыта?» — Я интересовался, — сказал мальчик, очевидно, отвечая так, как его учили. — Но заниматься сексом или поддаваться желанию в таком раннем возрасте нет необходимости и даже вредно. Желание, если ему уступить слишком рано, ослабляет молодого человека и нередко не отпускает потом. Оно портит и калечит воображение. Я хочу стать хорошим работником, как мой отец.

   — мистер Коттедж · книга
2. «

   Для меня будущее неведомо, полно загадок и только кое-где освещено его удивительным рассказом. И я храню в утешение два странных белых цветка, засохших и блеклых, с хрупкими лепестками, как свидетельство того, что даже в то время, когда исчезают сила и ум человека, благодарность и нежность продолжают жить в сердцах.

   Для меня будущее неведомо, полно загадок и только кое-где освещено его удивительным рассказом. И я храню в утешение два странных белых цветка, засохших и блеклых, с хрупкими лепестками, как свидетельство того, что даже в то время, когда исчезают сила и ум человека, благодарность и нежность продолжают жить в сердцах.

   — Машина времени · книга
3. «

   Я понял, что человечество прежде всего и больше всего нуждается в руководстве, что основная задача — найти руководство, забыть себя в стремлении к цели, стоящей перед всем человеческим родом.

   Я понял, что человечество прежде всего и больше всего нуждается в руководстве, что основная задача — найти руководство, забыть себя в стремлении к цели, стоящей перед всем человеческим родом.

   — Фредерик Барнет · книга
4. «

   Даже в наши дни некоторые склонности и желания, когда-то необходимые для выживания человека, стали источником его гибели. Храбрость и воинственность, например, не помогают, а скорее даже мешают жизни цивилизованного человека. В государстве же, основанном на физическом равновесии и обеспеченности, превосходство — физическое или умственное — было бы совершенно неуместно.

   Даже в наши дни некоторые склонности и желания, когда-то необходимые для выживания человека, стали источником его гибели. Храбрость и воинственность, например, не помогают, а скорее даже мешают жизни цивилизованного человека. В государстве же, основанном на физическом равновесии и обеспеченности, превосходство — физическое или умственное — было бы совершенно неуместно.

   — Машина времени · книга
5. «

   Я видел безграничный эгоизм, чудовищное безразличие ко всему, кроме наслаждений и стяжательства, у тех, кто был наверху, но я видел также всю неизбежность этого, понимал, как неотвратимо произошло бы то же самое, если бы богачи и бедняки поменялись местами.

   Я видел безграничный эгоизм, чудовищное безразличие ко всему, кроме наслаждений и стяжательства, у тех, кто был наверху, но я видел также всю неизбежность этого, понимал, как неотвратимо произошло бы то же самое, если бы богачи и бедняки поменялись местами.

   — Фредерик Барнет · книга
6. «

   Каждый утопиец свободен обсуждать и критиковать все, что угодно, разумеется, при условии, что он не будет лгать ни прямо, ни косвенно.

   Каждый утопиец свободен обсуждать и критиковать все, что угодно, разумеется, при условии, что он не будет лгать ни прямо, ни косвенно.

   — Люди как боги · книга
7. «

   Странная, непостижимая судьба: вернуться к жизни затем, чтобы быть оторванным от неё и обреченным на полное одиночество!

   Странная, непостижимая судьба: вернуться к жизни затем, чтобы быть оторванным от неё и обреченным на полное одиночество!

   — Грехэм · книга
8. «

   Они принимают мир таким, каков он есть и подсознательно требуют, чтобы он не менялся слишком быстро, уважал их надежды, уверенность, привычки, маленькие будничные дела и их место в жизни, завоеванное ценой упорного и тяжкого труда.

   Они принимают мир таким, каков он есть и подсознательно требуют, чтобы он не менялся слишком быстро, уважал их надежды, уверенность, привычки, маленькие будничные дела и их место в жизни, завоеванное ценой упорного и тяжкого труда.

   — Холстен · книга
9. «

   Богач тупел, а бедняк дичал и озлоблялся, и каждая новая возможность, открывавшаяся перед человечеством, делала богача все более богатым, а бедняка — все менее необходимым и поэтому менее свободным.

   Богач тупел, а бедняк дичал и озлоблялся, и каждая новая возможность, открывавшаяся перед человечеством, делала богача все более богатым, а бедняка — все менее необходимым и поэтому менее свободным.

   — Фредерик Барнет · книга
10. «

    Нравственное негодование — это зависть с нимбом вокруг головы.

    Нравственное негодование — это зависть с нимбом вокруг головы.
11. «

    Они вечно торопятся на работу, — я видел их тысячи, с завтраком в кармане, они бегут как сумасшедшие, думая только о том, как бы попасть на поезд, в страхе, что их уволят, если они опоздают. Работают они, не вникая в дело; потом торопятся домой, боясь опоздать к обеду; вечером сидят дома, опасаясь ходить по глухим улицам; спят с женами, на которых женились не по любви, а потому, что у тех были деньжонки и они надеялись обеспечить свое жалкое существование. Жизнь их застрахована от несчастных случаев. А по воскресеньям они боятся погубить свою душу. Как будто ад создан для кроликов!

    Они вечно торопятся на работу, — я видел их тысячи, с завтраком в кармане, они бегут как сумасшедшие, думая только о том, как бы попасть на поезд, в страхе, что их уволят, если они опоздают. Работают они, не вникая в дело; потом торопятся домой, боясь опоздать к обеду; вечером сидят дома, опасаясь ходить по глухим улицам; спят с женами, на которых женились не по любви, а потому, что у тех были деньжонки и они надеялись обеспечить свое жалкое существование. Жизнь их застрахована от несчастных случаев. А по воскресеньям они боятся погубить свою душу. Как будто ад создан для кроликов!

    — Война миров · книга
12. «

    Организм мистера Барнстейпла переставал вырабатывать надежду, а для людей его типа надежда — необходимый фермент, без которого они оказываются неспособными переваривать жизнь.

    Организм мистера Барнстейпла переставал вырабатывать надежду, а для людей его типа надежда — необходимый фермент, без которого они оказываются неспособными переваривать жизнь.

    — Люди как боги · книга
13. «

    Вы никогда не ставите перед собой ясной цели. Каждую работу вы начинаете с самыми смутными намерениями, наобум. Вы уверены только в одном — что создадите нечто прекрасное, возвышенное, может быть, даже трагическое, но при этом полагаетесь на удачу, на счастливый случай. Милый мой, неужели вы думаете, что таким путем можно создать шедевр?

    Вы никогда не ставите перед собой ясной цели. Каждую работу вы начинаете с самыми смутными намерениями, наобум. Вы уверены только в одном — что создадите нечто прекрасное, возвышенное, может быть, даже трагическое, но при этом полагаетесь на удачу, на счастливый случай. Милый мой, неужели вы думаете, что таким путем можно создать шедевр?

    — Волшебная лавка · книга
14. «

    Политика, коммерция и конкуренция — это формы приспособления к жизни общества, еще очень далекого от совершенства.

    Политика, коммерция и конкуренция — это формы приспособления к жизни общества, еще очень далекого от совершенства.

    — Лев · книга
15. «

    ...она переставала быть для меня только целью моих эгоистических устремлений, только предметом моей мужской гордости — она воплотилась в живое существо и стала самостоятельной личностью, личностью и загадкой, сфинксом, от которого я ускользнул лишь для того, чтобы снова с ним встретиться.

    ...она переставала быть для меня только целью моих эгоистических устремлений, только предметом моей мужской гордости — она воплотилась в живое существо и стала самостоятельной личностью, личностью и загадкой, сфинксом, от которого я ускользнул лишь для того, чтобы снова с ним встретиться.

    — В дни кометы · книга
16. «

    Ни одна страсть в мире не может сравниться со страстным желанием править чужую рукопись.

    Ни одна страсть в мире не может сравниться со страстным желанием править чужую рукопись.
17. «

    Действовать — это значит непременно впасть в ошибку, а говорить — значит признаваться в своих ошибках, и тот, кто действует медленно, упорно, а главное молча, может скорее других рассчитывать на успех.

    Действовать — это значит непременно впасть в ошибку, а говорить — значит признаваться в своих ошибках, и тот, кто действует медленно, упорно, а главное молча, может скорее других рассчитывать на успех.

    — маршал Дюбуа · книга
18. «

    Время только особый вид пространства.

    Время только особый вид пространства.

    — Путешественник во времени · книга
19. «

    Если люди любят друг друга, то не все ли равно, чем вызвана эта любовь?

    Если люди любят друг друга, то не все ли равно, чем вызвана эта любовь?

    — Харлан · книга
20. «

    Голод и слабость лишают человека мужества.

    Голод и слабость лишают человека мужества.

    — Остров доктора Моро · книга