29 цитат Германа Мелвилла — коротко и по делу

Подборка из 29 цитат Германа Мелвилла: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Какая не выпадает мне судьба, я буду встречать её смеясь.

   Какая не выпадает мне судьба, я буду встречать её смеясь.

   — Стабб · книга
2. «

   Календарь, иди сюда! Начнем: вот Овен, или Баран, — распутный пес, он плодит нас на земле; а тут же Телец, или Бык, уже наготове и спешит пырнуть нас рогами; дальше идут Близнецы — то есть Порок и Добродетель; мы стремимся достичь Добродетели, но тут появляется Рак и тянет нас назад, а здесь, как идти от Добродетели, лежит на дороге рыкающий Лев — он кусает нас в ярости и грубо ударяет лапой по плечу; мы едва спасаемся от него, и приветствуем Деву! то есть нашу первую любовь; женимся и считаем, что счастливы навеки, как вдруг перед нами очутились Весы — счастье взвешено и оказывается недостаточным; мы сильно грустим об этом и вдруг как подпрыгнем! — это Скорпион ужалил нас сзади; тогда мы принимаемся залечивать рану, и тут — пью-и! — со всех сторон летят в нас стрелы; это Стрелец забавляется на досуге. Приходится вытаскивать вонзенные стрелы, как вдруг — посторонись! — появляется таран Козерог, иначе Козел; он мчится на нас со всех ног и зашвыривает нас бог знает куда; а там Водолей обрушивает нам на голову целый потоп, и вот мы уже утонули и спим в довершение всего вместе с Рыбами под водой. А вот и проповедь, начертанная высоко в небе, а солнце проходит через нее каждый год, и каждый год из нее выбирается живым и невредимым.

   Календарь, иди сюда! Начнем: вот Овен, или Баран, — распутный пес, он плодит нас на земле; а тут же Телец, или Бык, уже наготове и спешит пырнуть нас рогами; дальше идут Близнецы — то есть Порок и Добродетель; мы стремимся достичь Добродетели, но тут появляется Рак и тянет нас назад, а здесь, как идти от Добродетели, лежит на дороге рыкающий Лев — он кусает нас в ярости и грубо ударяет лапой по плечу; мы едва спасаемся от него, и приветствуем Деву! то есть нашу первую любовь; женимся и считаем, что счастливы навеки, как вдруг перед нами очутились Весы — счастье взвешено и оказывается недостаточным; мы сильно грустим об этом и вдруг как подпрыгнем! — это Скорпион ужалил нас сзади; тогда мы принимаемся залечивать рану, и тут — пью-и! — со всех сторон летят в нас стрелы; это Стрелец забавляется на досуге. Приходится вытаскивать вонзенные стрелы, как вдруг — посторонись! — появляется таран Козерог, иначе Козел; он мчится на нас со всех ног и зашвыривает нас бог знает куда; а там Водолей обрушивает нам на голову целый потоп, и вот мы уже утонули и спим в довершение всего вместе с Рыбами под водой. А вот и проповедь, начертанная высоко в небе, а солнце проходит через нее каждый год, и каждый год из нее выбирается живым и невредимым.

   — Стабб · книга
3. «

   Я знаю многих, у кого нет души, — им просто повезло. Душа — это вроде пятого колеса у телеги.

   Я знаю многих, у кого нет души, — им просто повезло. Душа — это вроде пятого колеса у телеги.

   — Моби Дик, или Белый кит · книга
4. «

   Он был цивилизован ровно настолько, чтобы всевозможными невероятными способами выставлять напоказ свою дикость.

   Он был цивилизован ровно настолько, чтобы всевозможными невероятными способами выставлять напоказ свою дикость.

   — Моби Дик, или Белый кит · книга
5. «

   В этом странном и запутанном деле, которое зовется жизнью, бывают такие непонятные моменты и обстоятельства, когда вся вселенная представляется человеку одной большой злой шуткой, хотя, что в этой шутке остроумного, он понимает весьма смутно и имеет более чем достаточно оснований подозревать, что осмеянным оказывается не кто иной, как он сам. И тем не менее он не падает духом и не пускается в препирательства. Он готов проглотить все происходящее, все религии, верования и убеждения, все тяготы, видимые и невидимые, как бы сучковаты и узловаты они ни были, подобно страусу, которому превосходное пищеварение позволяет заглатывать пули и ружейные кремни. А что до мелких трудностей и забот, что до предстоящих катастроф, гибельных опасностей и увечий — все это, включая саму смерть, для него лишь легкие, добродушные пинки и дружеские тычки в бок, которыми угощает его незримый, непостижимый старый шутник. Такое редкостное, необыкновенное состояние духа охватывает человека лишь в минуты величайших несчастий; оно приходит к нему в самый разгар его глубоких и мрачных переживаний, и то, что мгновение назад казалось преисполненным величайшего значения, теперь представляется лишь частью одной вселенской шутки.

   В этом странном и запутанном деле, которое зовется жизнью, бывают такие непонятные моменты и обстоятельства, когда вся вселенная представляется человеку одной большой злой шуткой, хотя, что в этой шутке остроумного, он понимает весьма смутно и имеет более чем достаточно оснований подозревать, что осмеянным оказывается не кто иной, как он сам. И тем не менее он не падает духом и не пускается в препирательства. Он готов проглотить все происходящее, все религии, верования и убеждения, все тяготы, видимые и невидимые, как бы сучковаты и узловаты они ни были, подобно страусу, которому превосходное пищеварение позволяет заглатывать пули и ружейные кремни. А что до мелких трудностей и забот, что до предстоящих катастроф, гибельных опасностей и увечий — все это, включая саму смерть, для него лишь легкие, добродушные пинки и дружеские тычки в бок, которыми угощает его незримый, непостижимый старый шутник. Такое редкостное, необыкновенное состояние духа охватывает человека лишь в минуты величайших несчастий; оно приходит к нему в самый разгар его глубоких и мрачных переживаний, и то, что мгновение назад казалось преисполненным величайшего значения, теперь представляется лишь частью одной вселенской шутки.

   — Моби Дик, или Белый кит · книга
6. «

   Вероятно, мы, смертные, только тогда можем быть истинными философами, когда сознательно к этому не стремимся.

   Вероятно, мы, смертные, только тогда можем быть истинными философами, когда сознательно к этому не стремимся.

   — Моби Дик, или Белый кит · книга
7. «

   Никогда городскому франту не сравниться с деревенским, со стопроцентным дэнди-мужланом, который на сенокос надевает перчатки из оленьей кожи, дабы уберечь от загара руки.

   Никогда городскому франту не сравниться с деревенским, со стопроцентным дэнди-мужланом, который на сенокос надевает перчатки из оленьей кожи, дабы уберечь от загара руки.

   — Моби Дик, или Белый кит · книга
8. «

   Чтобы воспламенить других, спичка и сама сгорает.

   Чтобы воспламенить других, спичка и сама сгорает.

   — Ахав · книга
9. «

   Только тогда можно до конца насладиться теплом, когда какой-нибудь небольшой участок вашего тела остается в холоде, ибо нет такого качества в нашем мире, которое продолжало бы существовать вне контраста, ничего не существует само по себе.

   Только тогда можно до конца насладиться теплом, когда какой-нибудь небольшой участок вашего тела остается в холоде, ибо нет такого качества в нашем мире, которое продолжало бы существовать вне контраста, ничего не существует само по себе.

   — Моби Дик, или Белый кит · книга
10. «

    ... упиваясь пролитыми слезами, проникаться дружелюбием к своему собеседнику; и хочется сказать вам прямо, без обиняков, пока глаза наши мокры, а стаканы сухи и на сердце – сладкая печаль: «Бросьте вы это дело. Младшие Помощники! Ведь чем больше усилий будете вы прилагать к тому, чтобы угодить миру, тем меньше благодарности вы дождетесь!»

    ... упиваясь пролитыми слезами, проникаться дружелюбием к своему собеседнику; и хочется сказать вам прямо, без обиняков, пока глаза наши мокры, а стаканы сухи и на сердце – сладкая печаль: «Бросьте вы это дело. Младшие Помощники! Ведь чем больше усилий будете вы прилагать к тому, чтобы угодить миру, тем меньше благодарности вы дождетесь!»

    — Моби Дик, или Белый кит · книга
11. «

    Разве можем мы по приглушенному, то тут, то там раздающемуся стуку лопаты угадать, куда ведет свою штольню тот подземный труженик, что копается внутри каждого из нас?

    Разве можем мы по приглушенному, то тут, то там раздающемуся стуку лопаты угадать, куда ведет свою штольню тот подземный труженик, что копается внутри каждого из нас?

    — Моби Дик, или Белый кит · книга
12. «

    .... Но глотайте скорее ваши слезы и вскиньте голову, воспарите духом! выше, выше, на самый топ грот-мачты! ибо товарищи ваши, опередившие вас, освобождают для вас семиэтажные небеса, изгоняя прочь перед вашим приходом истинных баловней – Гавриила, Михаила и Рафаила. Здесь мы только чокаемся разбитыми сердцами – там вы сможете сдвинуть разом свои небьющиеся кубки!»

    .... Но глотайте скорее ваши слезы и вскиньте голову, воспарите духом! выше, выше, на самый топ грот-мачты! ибо товарищи ваши, опередившие вас, освобождают для вас семиэтажные небеса, изгоняя прочь перед вашим приходом истинных баловней – Гавриила, Михаила и Рафаила. Здесь мы только чокаемся разбитыми сердцами – там вы сможете сдвинуть разом свои небьющиеся кубки!»

    — Младший Помощник · книга
13. «

    Старость не любит спать; кажется, что чем длительнее связь человека с жизнью, тем менее привлекательно для него все, что напоминает смерть.

    Старость не любит спать; кажется, что чем длительнее связь человека с жизнью, тем менее привлекательно для него все, что напоминает смерть.

    — Моби Дик, или Белый кит · книга
14. «

    Ему нравилось стирать пыль со старых грамматик; это мирное занятие наводило его на мысль о смерти.

    Ему нравилось стирать пыль со старых грамматик; это мирное занятие наводило его на мысль о смерти.

    — Помощник учителя классической гимназии · книга
15. «

    Тщетны попытки сделать глубины доступными всякому, а истина всегда скрыта в глубине.

    Тщетны попытки сделать глубины доступными всякому, а истина всегда скрыта в глубине.

    — Моби Дик, или Белый кит · книга
16. «

    Киска, опустел наш дом! Подурачимся вдвоём - Человек и кошка, Бланш, похожи мы с тобой: Мы воспитаны в одной Школе — без зубрёжки. Сгиньте, слава и почёт, Книги и наука, Нудных нужд круговорот, Долгих дел докука. Хоть работай, хоть резвись - Не прожить без боли жизнь. <...> Но раздумия скучны И в забавах не нужны: Их отложим мы пока, Чтоб душа была легка. Бланш! мудрец, кто бед не множит И дурачится, коль может!

    Киска, опустел наш дом! Подурачимся вдвоём - Человек и кошка, Бланш, похожи мы с тобой: Мы воспитаны в одной Школе — без зубрёжки. Сгиньте, слава и почёт, Книги и наука, Нудных нужд круговорот, Долгих дел докука. Хоть работай, хоть резвись - Не прожить без боли жизнь. <...> Но раздумия скучны И в забавах не нужны: Их отложим мы пока, Чтоб душа была легка. Бланш! мудрец, кто бед не множит И дурачится, коль может!
17. «

    Подумайте обо всем этом, а затем взгляните на нашу зеленую, добрую, смирную землю — сравните их, море и землю, не замечаете ли вы тут странного сходства с тем, что внутри вас? Ибо как ужасный океан со всех сторон окружает цветущую землю, так и в душе у человека есть свой Таити, свой островок радости и покоя, а вокруг него бушуют бессчетные ужасы неведомой жизни. Упаси тебя бог, человек! Не вздумай покинуть этот остров и пуститься в плавание. Возврата не будет.

    Подумайте обо всем этом, а затем взгляните на нашу зеленую, добрую, смирную землю — сравните их, море и землю, не замечаете ли вы тут странного сходства с тем, что внутри вас? Ибо как ужасный океан со всех сторон окружает цветущую землю, так и в душе у человека есть свой Таити, свой островок радости и покоя, а вокруг него бушуют бессчетные ужасы неведомой жизни. Упаси тебя бог, человек! Не вздумай покинуть этот остров и пуститься в плавание. Возврата не будет.

    — Моби Дик, или Белый кит · книга
18. «

    Всё умирает... Ждёт забвенье Не только сад, людей, мечты, Но и прекрасного черты, Душ благороднейших свершенья.

    Всё умирает... Ждёт забвенье Не только сад, людей, мечты, Но и прекрасного черты, Душ благороднейших свершенья.
19. «

    Как бы неразумно ни вели себя животные, человек всех неизмеримо превосходит своим безумием.

    Как бы неразумно ни вели себя животные, человек всех неизмеримо превосходит своим безумием.

    — Моби Дик, или Белый кит · книга
20. «

    Хотя он и был дикарём и хоть лицо его, по крайней мере на мой вкус, так жутко уродовала татуировка, всё-таки в его внешности было что-то приятное. Душу не спрячешь.

    Хотя он и был дикарём и хоть лицо его, по крайней мере на мой вкус, так жутко уродовала татуировка, всё-таки в его внешности было что-то приятное. Душу не спрячешь.

    — Измаил · книга