176 известных цитат Ги де Мопассана

Подборка из 176 цитат Ги де Мопассана: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Всякий, стоящий у государственной власти, обязан избегать войны точно так же, как капитан корабля избегает кораблекрушения.

   Всякий, стоящий у государственной власти, обязан избегать войны точно так же, как капитан корабля избегает кораблекрушения.
2. «

   Неужели мерзавец перестает быть мерзавцем только оттого, что дрался на дуэли? И с какой радости честный человек, которого оскорбила какая-то мразь, должен подставлять свою грудь под пули?

   Неужели мерзавец перестает быть мерзавцем только оттого, что дрался на дуэли? И с какой радости честный человек, которого оскорбила какая-то мразь, должен подставлять свою грудь под пули?

   — Жорж Дюруа · книга
3. «

   ... вероятно, нельзя глубоко любить, не испытывая при этом глубоких страданий.

   ... вероятно, нельзя глубоко любить, не испытывая при этом глубоких страданий.

   — Наше сердце · книга
4. «

   Как он прекрасен! Какой страх наводит он на этих людей и как они любят его! Посмотрите на его голову, на его глаза, — как все в нем просто и вместе с тем сверхъестественно!

   Как он прекрасен! Какой страх наводит он на этих людей и как они любят его! Посмотрите на его голову, на его глаза, — как все в нем просто и вместе с тем сверхъестественно!

   — Г-жа Вальтер · книга
5. «

   Показалась Триумфальная арка на своих чудовищных лапах, — как будто при въезде в город стоял нескладный великан, который вот сейчас зашагает по широко раскинувшейся перед ним улице.

   Показалась Триумфальная арка на своих чудовищных лапах, — как будто при въезде в город стоял нескладный великан, который вот сейчас зашагает по широко раскинувшейся перед ним улице.

   — Милый друг · книга
6. «

   Иногда мне кажется, что он был прав, а иногда — что он потерял рассудок.

   Иногда мне кажется, что он был прав, а иногда — что он потерял рассудок.

   — Одиночество · книга
7. «

   Ибо законная любовь всегда с презрением смотрит на свою свободную сестру.

   Ибо законная любовь всегда с презрением смотрит на свою свободную сестру.

   — Пышка · книга
8. «

   Со смертью было покончено, и они стремились вернуться к жизни.

   Со смертью было покончено, и они стремились вернуться к жизни.

   — Милый друг · книга
9. «

   <В своих письмах она продолжала красивый, поэтический роман, начавшийся на горе Сен-Мишель.> Это была любовная литература, а не любовь.

   <В своих письмах она продолжала красивый, поэтический роман, начавшийся на горе Сен-Мишель.> Это была любовная литература, а не любовь.

   — Наше сердце · книга
10. «

    Писатель может сделать только одно: честно наблюдать правду жизни и талантливо изображать ее; все прочее — бессильные потуги старых ханжей.

    Писатель может сделать только одно: честно наблюдать правду жизни и талантливо изображать ее; все прочее — бессильные потуги старых ханжей.
11. «

    К чему любить и беззаветно отдавать себя целиком, если тот, которому ты отдала всё своё существо, всю свою жизнь, всё, всё что у тебя было в этом мире, так внезапно уходит от тебя, потому что ему понравилось другое лицо, и за какие-нибудь несколько дней становится почти чужим?

    К чему любить и беззаветно отдавать себя целиком, если тот, которому ты отдала всё своё существо, всю свою жизнь, всё, всё что у тебя было в этом мире, так внезапно уходит от тебя, потому что ему понравилось другое лицо, и за какие-нибудь несколько дней становится почти чужим?

    — Сильна как смерть · книга
12. «

    Сколько грусти в этом глубоком молчании комнаты, где ты живёшь один!

    Сколько грусти в этом глубоком молчании комнаты, где ты живёшь один!

    — Норбер де Варен · книга
13. «

    Сильнее всего ощущаю я одиночество, когда раскрывают сердце другу, потому что непреодолимость преграды становится мне тогда еще виднее. Вот он здесь, передо мной, смотрит на меня ясным взглядом, но душа, скрытая за этим взглядом, недоступна мне. Он слушает меня. А что он думает? Да, что он думает? Понимаешь ты, как это страшно? Что, если он ненавидит меня? Или презирает? Или издевается надо мной? Он обдумывает мои слова, порицает меня, осуждает, решает, что я ограничен или глуп. Как узнать, что он думает? Как узнать, любит ли он меня, как я люблю его? Какими мыслями полна эта круглая, как шар, голова?

    Сильнее всего ощущаю я одиночество, когда раскрывают сердце другу, потому что непреодолимость преграды становится мне тогда еще виднее. Вот он здесь, передо мной, смотрит на меня ясным взглядом, но душа, скрытая за этим взглядом, недоступна мне. Он слушает меня. А что он думает? Да, что он думает? Понимаешь ты, как это страшно? Что, если он ненавидит меня? Или презирает? Или издевается надо мной? Он обдумывает мои слова, порицает меня, осуждает, решает, что я ограничен или глуп. Как узнать, что он думает? Как узнать, любит ли он меня, как я люблю его? Какими мыслями полна эта круглая, как шар, голова?

    — Одиночество · книга
14. «

    Что ни говори, сударь, бедняки должны помогать друг другу, войну-то ведь затевают богатые.

    Что ни говори, сударь, бедняки должны помогать друг другу, войну-то ведь затевают богатые.

    — г-жа Фоланви · книга
15. «

    Стремление к радости, к счастью упорно, неистребимо, оно пустило глубокие корни в нашей душе.

    Стремление к радости, к счастью упорно, неистребимо, оно пустило глубокие корни в нашей душе.
16. «

    Сколько раз я замечал влияние жилища на характер и настроение! Бывают комнаты, в которых всегда чувствуешь себя дураком; в других, напротив, всегда бываешь в ударе. Одни нагоняют тоску, хотя бы они были светлые, белые с позолотой; другие почему-то веселят, несмотря на спокойные тона обивки. У нашего глаза, как и у сердца, есть свои пристрастия и глубокие антипатии, в которые мы часто не бываем посвящены, но все же они воздействуют на наше настроение тайно, украдкой. Общий стиль обстановки, гармония мебели и стен непосредственно влияют на нашу духовную природу, как лесной, горный или морской воздух действует на природу физическую.

    Сколько раз я замечал влияние жилища на характер и настроение! Бывают комнаты, в которых всегда чувствуешь себя дураком; в других, напротив, всегда бываешь в ударе. Одни нагоняют тоску, хотя бы они были светлые, белые с позолотой; другие почему-то веселят, несмотря на спокойные тона обивки. У нашего глаза, как и у сердца, есть свои пристрастия и глубокие антипатии, в которые мы часто не бываем посвящены, но все же они воздействуют на наше настроение тайно, украдкой. Общий стиль обстановки, гармония мебели и стен непосредственно влияют на нашу духовную природу, как лесной, горный или морской воздух действует на природу физическую.
17. «

    Все женщины — потаскушки, надо пользоваться их услугами, но нельзя тратить на них душевные силы.

    Все женщины — потаскушки, надо пользоваться их услугами, но нельзя тратить на них душевные силы.

    — Жорж Дюруа · книга
18. «

    …но не лучше бы было убить всех королей, которые затевают войну для собственного удовольствия?

    …но не лучше бы было убить всех королей, которые затевают войну для собственного удовольствия?

    — Пышка · книга
19. «

    Существует, вероятно, обычная любовь — взаимное тяготение двух сердец, двух душ. Но существует, несомненно, и другая любовь, тягостная, жгучая, безжалостная — необоримое влечение двух несхожих людей, которые одновременно ненавидят и обожают друг друга.

    Существует, вероятно, обычная любовь — взаимное тяготение двух сердец, двух душ. Но существует, несомненно, и другая любовь, тягостная, жгучая, безжалостная — необоримое влечение двух несхожих людей, которые одновременно ненавидят и обожают друг друга.

    — Шпилька · книга
20. «

    Из всех загадок человеческого бытия я разгадал одну: больше всего страдаем мы в жизни от нашего одиночества, и все наши поступки, все старания направлены на то, чтобы бежать от него.

    Из всех загадок человеческого бытия я разгадал одну: больше всего страдаем мы в жизни от нашего одиночества, и все наши поступки, все старания направлены на то, чтобы бежать от него.

    — Одиночество · книга