51 цитата Грэма Грина, которые стоит перечитать

Грэм Грин — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 51 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   Волны монотонно набегали на берег и отступали, будто кто-то стелил постель и все никак не мог положить как следует простыню.

   Волны монотонно набегали на берег и отступали, будто кто-то стелил постель и все никак не мог положить как следует простыню.

   — Путешествия с тётушкой · книга
2. «

   Когда грань перейдена, любовная связь становится такой же прозаичной, как дружба. Пламя обожгло их и перекинулось на другую часть леса; оно оставило лишь чувство ответственности и одиночества.

   Когда грань перейдена, любовная связь становится такой же прозаичной, как дружба. Пламя обожгло их и перекинулось на другую часть леса; оно оставило лишь чувство ответственности и одиночества.

   — Суть дела · книга
3. «

   Он журналист особого рода — их называют дипломатическими обозревателями. Он заранее составляет себе какую-нибудь концепцию, а потом подгоняет под нее все факты.

   Он журналист особого рода — их называют дипломатическими обозревателями. Он заранее составляет себе какую-нибудь концепцию, а потом подгоняет под нее все факты.

   — Томас Фаулер · книга
4. «

   Но как выразить словами счастье? Описать ощущение несчастья легко: я был несчастлив, говорим мы, потому что... Мы вспоминаем то и это, приводим всякие причины, а счастье подобно островам далеко в Тихом океане, которые, по рассказам матросов, выплывают из дымки там, где их никогда не отмечал ни один картограф. Потом остров снова исчезает на целое поколение, но ни один мореплаватель не может быть уверен, что он существовал только в воображении какого-то давно умершего моряка. Я повторяю себе снова и снова, как я был счастлив в те дни, но, когда пытаюсь мысленно найти причину этого счастья, не нахожу ничего осязаемого.

   Но как выразить словами счастье? Описать ощущение несчастья легко: я был несчастлив, говорим мы, потому что... Мы вспоминаем то и это, приводим всякие причины, а счастье подобно островам далеко в Тихом океане, которые, по рассказам матросов, выплывают из дымки там, где их никогда не отмечал ни один картограф. Потом остров снова исчезает на целое поколение, но ни один мореплаватель не может быть уверен, что он существовал только в воображении какого-то давно умершего моряка. Я повторяю себе снова и снова, как я был счастлив в те дни, но, когда пытаюсь мысленно найти причину этого счастья, не нахожу ничего осязаемого.

   — Альфред Джонс · книга
5. «

   Интересы наши все же различались – плетение кружев и выращивание георгинов не имеют ничего общего, если только не считать и то, и другое занятием довольно одиноких людей.

   Интересы наши все же различались – плетение кружев и выращивание георгинов не имеют ничего общего, если только не считать и то, и другое занятием довольно одиноких людей.

   — Путешествия с тётушкой · книга
6. «

   Надежда — инстинкт, убить который может только человеческий разум. Животному неведомо отчаяние.

   Надежда — инстинкт, убить который может только человеческий разум. Животному неведомо отчаяние.

   — Сила и слава · книга
7. «

   Условности были куда прочнее нравственных устоев; он ведь поймал себя на том, что ему легче дать себя убить, чем устроить скандал в гостях.

   Условности были куда прочнее нравственных устоев; он ведь поймал себя на том, что ему легче дать себя убить, чем устроить скандал в гостях.

   — Ведомство страха · книга
8. «

   Быть может, я ненавижу так же плохо, как люблю.

   Быть может, я ненавижу так же плохо, как люблю.

   — Конец одного романа · книга
9. «

   Говорят, если присяжные долго не возвращаются, у подсудимого есть надежда.

   Говорят, если присяжные долго не возвращаются, у подсудимого есть надежда.

   — Томас Фаулер · книга
10. «

    Наверное, я заметил Сару, потому что она была счастливая, — в те годы ощущение счастья потихоньку умирало. Счастливыми бывали пьяные, дети, больше никто.

    Наверное, я заметил Сару, потому что она была счастливая, — в те годы ощущение счастья потихоньку умирало. Счастливыми бывали пьяные, дети, больше никто.

    — Конец одного романа · книга
11. «

    Я чувствовал, что у меня сдают нервы. Даже человеку храброго десятка трудно быть смелым до завтрака, а я не смельчак.

    Я чувствовал, что у меня сдают нервы. Даже человеку храброго десятка трудно быть смелым до завтрака, а я не смельчак.

    — Комедианты · книга
12. «

    У каждой шутки есть оборотная сторона – чувства того, над кем пошутили.

    У каждой шутки есть оборотная сторона – чувства того, над кем пошутили.

    — Наш человек в Гаване · книга
13. «

    В игре, где ставкой — любовь, зрелость такая же хорошая карта, как молодость.

    В игре, где ставкой — любовь, зрелость такая же хорошая карта, как молодость.

    — Томас Фаулер · книга
14. «

    Какой ты добрый, Бог. Ты мог бы убить нас счастьем, а дал нам с Тобой быть в горе.

    Какой ты добрый, Бог. Ты мог бы убить нас счастьем, а дал нам с Тобой быть в горе.

    — Конец одного романа · книга
15. «

    Почему ты презираешь наше время? По-моему, любой должен позавидовать тому, кто живёт в наши дни, полные пьянства и блядства без прикрас.

    Почему ты презираешь наше время? По-моему, любой должен позавидовать тому, кто живёт в наши дни, полные пьянства и блядства без прикрас.

    — Распутник. Обезьянка лорда Рочестера, или Жизнь Джона Уилмота, второго графа Рочестера · книга
16. «

    ...женщины народ невероятно практичный: сразу же строят новые планы на развалинах старых.

    ...женщины народ невероятно практичный: сразу же строят новые планы на развалинах старых.

    — Сила и слава · книга
17. «

    Покажите мне счастливого человека, и я покажу вам либо самовлюблённость, эгоизм и злобу, либо полнейшую духовную слепоту.

    Покажите мне счастливого человека, и я покажу вам либо самовлюблённость, эгоизм и злобу, либо полнейшую духовную слепоту.

    — Суть дела · книга
18. «

    Люди, которым нравится цитировать, как правило, любят бессмысленные обобщения.

    Люди, которым нравится цитировать, как правило, любят бессмысленные обобщения.

    — Путешествия с тётушкой · книга
19. «

    Жизнь переносима, когда страдает только один. Нетрудно привыкнуть к собственным страданиям, но невозможно выносить страдания другого.

    Жизнь переносима, когда страдает только один. Нетрудно привыкнуть к собственным страданиям, но невозможно выносить страдания другого.

    — Путешествия с тётушкой · книга
20. «

    Одно из свойств обмана — это потеря доверия к другим. Если я могу лгать и предавать, значит на это способны и другие.

    Одно из свойств обмана — это потеря доверия к другим. Если я могу лгать и предавать, значит на это способны и другие.

    — Скоби · книга