77 цитат Грэма Грина

Грэм Грин — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 77 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   — Если Бога нет, все на свете бессмысленно. — А для меня всё бессмысленно, если он есть.

   — Если Бога нет, все на свете бессмысленно. — А для меня всё бессмысленно, если он есть.

   — Тихий американец · книга
2. «

   Он очень любил говорить о демократии, и у него было непоколебимое и сильно преувеличенное представление о том, как много Соединенные Штаты делают для всего мира.

   Он очень любил говорить о демократии, и у него было непоколебимое и сильно преувеличенное представление о том, как много Соединенные Штаты делают для всего мира.

   — Томас Фаулер · книга
3. «

   Он знал по опыту, как умирает страсть и уходит любовь, но жалость остается навсегда. Ее никто не в силах утолить. Ее питает сама жизнь.

   Он знал по опыту, как умирает страсть и уходит любовь, но жалость остается навсегда. Ее никто не в силах утолить. Ее питает сама жизнь.

   — Суть дела · книга
4. «

   Несчастье, как и набожность, может войти в при­вычку.

   Несчастье, как и набожность, может войти в при­вычку.
5. «

   Почему ты презираешь наше время? По-моему, любой должен позавидовать тому, кто живёт в наши дни, полные пьянства и блядства без прикрас.

   Почему ты презираешь наше время? По-моему, любой должен позавидовать тому, кто живёт в наши дни, полные пьянства и блядства без прикрас.

   — Распутник. Обезьянка лорда Рочестера, или Жизнь Джона Уилмота, второго графа Рочестера · книга
6. «

   Нельзя любить человечество. Можно любить людей.

   Нельзя любить человечество. Можно любить людей.

   — Ведомство страха · книга
7. «

   Когда пишешь о войне, то для того, чтобы сохранить уважение к самому себе, надо время от времени подвергаться опасности наравне с другими.

   Когда пишешь о войне, то для того, чтобы сохранить уважение к самому себе, надо время от времени подвергаться опасности наравне с другими.

   — Томас Фаулер · книга
8. «

   Природа ставит нам нашу собственную глупость в качестве западни.

   Природа ставит нам нашу собственную глупость в качестве западни.
9. «

   У каждой шутки есть оборотная сторона – чувства того, над кем пошутили.

   У каждой шутки есть оборотная сторона – чувства того, над кем пошутили.

   — Наш человек в Гаване · книга
10. «

    Я отсутствовал всего двое суток, но дом сразу, как капризная женщина, приобрел демонстративно заброшенный вид.

    Я отсутствовал всего двое суток, но дом сразу, как капризная женщина, приобрел демонстративно заброшенный вид.

    — Путешествия с тётушкой · книга
11. «

    Я вообще питаю слабость к похоронам. Тут люди предстают в своем лучшем виде — серьезные, собранные и преисполеннные оптимизма по части собственного бессмертия.

    Я вообще питаю слабость к похоронам. Тут люди предстают в своем лучшем виде — серьезные, собранные и преисполеннные оптимизма по части собственного бессмертия.

    — Путешествия с тётушкой · книга
12. «

    Какой ты добрый, Бог. Ты мог бы убить нас счастьем, а дал нам с Тобой быть в горе.

    Какой ты добрый, Бог. Ты мог бы убить нас счастьем, а дал нам с Тобой быть в горе.

    — Конец одного романа · книга
13. «

    Ни один человек не может до конца понять другого, и никто не может устроить чужое счастье.

    Ни один человек не может до конца понять другого, и никто не может устроить чужое счастье.

    — Суть дела · книга
14. «

    Наверное, я заметил Сару, потому что она была счастливая, — в те годы ощущение счастья потихоньку умирало. Счастливыми бывали пьяные, дети, больше никто.

    Наверное, я заметил Сару, потому что она была счастливая, — в те годы ощущение счастья потихоньку умирало. Счастливыми бывали пьяные, дети, больше никто.

    — Конец одного романа · книга
15. «

    Мальчишка всегда мечтает стать героем. Великим путешественником. Великим писателем… Но обычно мечту и реальность связывает тонкая нить неудачи… Мальчик, мечтавший стать богатым, поступает на службу в банк. Отважный путешественник становится колониальным чиновником с нищенским окладом и считает минуты до конца рабочего дня в раскаленной конторе. Неудавшийся писатель идет работать в грошовую газетенку…

    Мальчишка всегда мечтает стать героем. Великим путешественником. Великим писателем… Но обычно мечту и реальность связывает тонкая нить неудачи… Мальчик, мечтавший стать богатым, поступает на службу в банк. Отважный путешественник становится колониальным чиновником с нищенским окладом и считает минуты до конца рабочего дня в раскаленной конторе. Неудавшийся писатель идет работать в грошовую газетенку…

    — Ведомство страха · книга
16. «

    На дальнем берегу к устам подносит вновь Иной Тристан все тот же кубок с ядом, И Марк иной следит все тем же взглядом, Как скрыться от него торопится любовь.

    На дальнем берегу к устам подносит вновь Иной Тристан все тот же кубок с ядом, И Марк иной следит все тем же взглядом, Как скрыться от него торопится любовь.

    — Уилсон · книга
17. «

    Ненависть — это не такая уж и важная штука. Ненависть не заразна. Она не распространяется. Можно ненавидеть человека — и точка. Но вот когда вы начинаете презирать, вы кончаете тем, что презираете весь мир.

    Ненависть — это не такая уж и важная штука. Ненависть не заразна. Она не распространяется. Можно ненавидеть человека — и точка. Но вот когда вы начинаете презирать, вы кончаете тем, что презираете весь мир.

    — Доктор Фишер из Женевы или ужин с бомбой · книга
18. «

    Неужели любовь всегда идет проторенной дорожкой? И не только физическая близость — всё всегда одно и то же...

    Неужели любовь всегда идет проторенной дорожкой? И не только физическая близость — всё всегда одно и то же...

    — Скоби · книга
19. «

    Любому католику известно, что легенда, в которую верят, обладает той же ценностью и силой воздействия, что и истина.

    Любому католику известно, что легенда, в которую верят, обладает той же ценностью и силой воздействия, что и истина.

    — Путешествия с тётушкой · книга
20. «

    Я часто замечал, что взятка <...> меняет отношения между тем, кто даёт, и тем, кто берёт. Дающий взятку жертвует своим достоинством; если взятку у него берут, он сразу чувствует себя униженным, как человек, который платит женщине за любовь.

    Я часто замечал, что взятка <...> меняет отношения между тем, кто даёт, и тем, кто берёт. Дающий взятку жертвует своим достоинством; если взятку у него берут, он сразу чувствует себя униженным, как человек, который платит женщине за любовь.

    — Генри Браун · книга