108 коротких цитат Гюстава Флобера

Подборка из 108 цитат Гюстава Флобера: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Будем верить, не понимая.

   Будем верить, не понимая.

   — кюре · книга
2. «

   Слово – это не что иное, как отдалённое и ослабленное эхо мысли.

   Слово – это не что иное, как отдалённое и ослабленное эхо мысли.
3. «

   Для детей не существует будущего. Как их ни пичкали положением: «Трудиться почетно, и богачи бывают иногда несчастны», — они знавали тружеников, никакого почета не снискавших, и вспоминали замок, где люди жили как будто хорошо.

   Для детей не существует будущего. Как их ни пичкали положением: «Трудиться почетно, и богачи бывают иногда несчастны», — они знавали тружеников, никакого почета не снискавших, и вспоминали замок, где люди жили как будто хорошо.

   — Бувар и Пекюше · книга
4. «

   Пекюше, работая над исторической литературой, изучал драматические произведения. Почти все драмы показались ему еще глупее романов, ибо для театра существует условная история, которую ничто не способно поколебать.

   Пекюше, работая над исторической литературой, изучал драматические произведения. Почти все драмы показались ему еще глупее романов, ибо для театра существует условная история, которую ничто не способно поколебать.

   — Бувар и Пекюше · книга
5. «

   Изнашивается всё — даже горе.

   Изнашивается всё — даже горе.
6. «

   Мы ищем прибежища в посредственности, отчаявшись в той красоте, о которой мечтали.

   Мы ищем прибежища в посредственности, отчаявшись в той красоте, о которой мечтали.

   — Воспитание чувств · книга
7. «

   Перед расставанием бывает минута, когда любимый человек уже не с нами.

   Перед расставанием бывает минута, когда любимый человек уже не с нами.

   — Воспитание чувств · книга
8. «

   Разочарование — свойство слабых. Не доверяйте разочарованным — это почти всегда бессильные.

   Разочарование — свойство слабых. Не доверяйте разочарованным — это почти всегда бессильные.
9. «

   — Ведь чтобы нравиться женщинам, нужно держать себя беззаботно, точно шут, или неистовствовать, как в трагедии. Они над нами смеются, когда мы просто говорим, что любим их. По-моему, гиперболы, которые их забавляют, это осквернение подлинной любви. В конце концов не знаешь, как ее выразить, особенно когда вас слушают… женщины… умные. Она смотрела на него прищурившись. Он понижал голос, наклонялся к ее лицу. — Да! Я вас боюсь! Я, может быть, оскорбил вас?... Простите! Ведь я всего этого не хотел говорить! Это не моя вина! Вы так прекрасны! Г-жа Дамбрёз закрыла глаза, и он изумился, как легко одержана победа.

   — Ведь чтобы нравиться женщинам, нужно держать себя беззаботно, точно шут, или неистовствовать, как в трагедии. Они над нами смеются, когда мы просто говорим, что любим их. По-моему, гиперболы, которые их забавляют, это осквернение подлинной любви. В конце концов не знаешь, как ее выразить, особенно когда вас слушают… женщины… умные. Она смотрела на него прищурившись. Он понижал голос, наклонялся к ее лицу. — Да! Я вас боюсь! Я, может быть, оскорбил вас?... Простите! Ведь я всего этого не хотел говорить! Это не моя вина! Вы так прекрасны! Г-жа Дамбрёз закрыла глаза, и он изумился, как легко одержана победа.

   — Фредерик Моро · книга
10. «

    Ограниченность средств, которую она скрывала как порок, была причиной ее постоянной озабоченности.

    Ограниченность средств, которую она скрывала как порок, была причиной ее постоянной озабоченности.

    — Воспитание чувств · книга
11. «

    Я не понимаю людей, которые ухитряются жить, не находясь с утра до вечера в состоянии эстетической увлеченности.

    Я не понимаю людей, которые ухитряются жить, не находясь с утра до вечера в состоянии эстетической увлеченности.

    — Воспитание чувств · книга
12. «

    А я бы отдала тебе всё, я бы всё продала, я бы работала на тебя, пошла бы милостыню просить за одну твою улыбку, за один взгляд, только за то, чтобы услышать от тебя спасибо.

    А я бы отдала тебе всё, я бы всё продала, я бы работала на тебя, пошла бы милостыню просить за одну твою улыбку, за один взгляд, только за то, чтобы услышать от тебя спасибо.

    — Госпожа Бовари · книга
13. «

    В сердце самого добродетельного человека мелькают отблески ужасающих искушений.

    В сердце самого добродетельного человека мелькают отблески ужасающих искушений.
14. «

    Она вступала в осеннюю пору женской жизни, пору нежности и размышлений, когда зрелость зажигает взгляд пламенем более глубоким, когда сила чувства сочетается с жизненным опытом, и женщина, достигнув полного расцвета, расточает сокровища гармонии и красоты.

    Она вступала в осеннюю пору женской жизни, пору нежности и размышлений, когда зрелость зажигает взгляд пламенем более глубоким, когда сила чувства сочетается с жизненным опытом, и женщина, достигнув полного расцвета, расточает сокровища гармонии и красоты.

    — Воспитание чувств · книга
15. «

    Ей очень хотелось опереться на что-нибудь посолиднее любви.

    Ей очень хотелось опереться на что-нибудь посолиднее любви.

    — Госпожа Бовари · книга
16. «

    Никаких высших классов нет; человека возвышает лишь его сердце.

    Никаких высших классов нет; человека возвышает лишь его сердце.

    — Воспитание чувств · книга
17. «

    Высокопарными словами обычно прикрывается весьма неглубокая привязанность.

    Высокопарными словами обычно прикрывается весьма неглубокая привязанность.

    — Родольф Буланже · книга
18. «

    Она купила себе план Парижа и кончиком пальца блуждала по столице. Скиталась по бульварам, останавливалась на каждом углу, на перекрёстках улиц, перед белыми квадратиками домов. Когда глаза уставали, она закрывала веки и видела во мраке колеблемые ветром языки газовых огней и подножки колясок, мгновенно откидывающиеся у подъезда театров.

    Она купила себе план Парижа и кончиком пальца блуждала по столице. Скиталась по бульварам, останавливалась на каждом углу, на перекрёстках улиц, перед белыми квадратиками домов. Когда глаза уставали, она закрывала веки и видела во мраке колеблемые ветром языки газовых огней и подножки колясок, мгновенно откидывающиеся у подъезда театров.

    — Госпожа Бовари · книга
19. «

    А ее жизнь холодна, как чердак со слуховым окошком на север, и тоска бессловесным пауком оплетала в тени паутиной все уголки ее сердца.

    А ее жизнь холодна, как чердак со слуховым окошком на север, и тоска бессловесным пауком оплетала в тени паутиной все уголки ее сердца.

    — Госпожа Бовари · книга
20. «

    Граф еще раз распространился насчет железной руки, в которой дети нуждаются так же, как народы.

    Граф еще раз распространился насчет железной руки, в которой дети нуждаются так же, как народы.

    — Бувар и Пекюше · книга