258 цитат Гюстава Флобера — подборка на все случаи

Подборка из 258 цитат Гюстава Флобера: от иронии до философии. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   ... Человеческая речь подобна треснутому котлу, и когда нам хочется растрогать своей музыкой звёзды, у нас получается собачий вальс.

   ... Человеческая речь подобна треснутому котлу, и когда нам хочется растрогать своей музыкой звёзды, у нас получается собачий вальс.

   — Госпожа Бовари · книга
2. «

   Не трогайте кумиров руками. Позолота остаётся на пальцах.

   Не трогайте кумиров руками. Позолота остаётся на пальцах.
3. «

   Редко люди нуждаются в сверхъестественном. Философия всегда будет уделом аристократов. Сколько бы вы ни утучняли человеческое стадо, сколько бы ни клали подстилки под брюхо, можете даже позолотить его стойло, — все равно оно останется скотом.

   Редко люди нуждаются в сверхъестественном. Философия всегда будет уделом аристократов. Сколько бы вы ни утучняли человеческое стадо, сколько бы ни клали подстилки под брюхо, можете даже позолотить его стойло, — все равно оно останется скотом.

   — Письма · книга
4. «

   Какая низость вечно думать о продлении своего существования! Жизнь только тогда хороша, когда наслаждаешься ею.

   Какая низость вечно думать о продлении своего существования! Жизнь только тогда хороша, когда наслаждаешься ею.

   — Бувар · книга
5. «

   Сговариваться друг с другом нужно лгунам, люди праведные об этом не думают! Смущаясь душою, будем искать прибежище в Церкви. Она всегда непогрешима.

   Сговариваться друг с другом нужно лгунам, люди праведные об этом не думают! Смущаясь душою, будем искать прибежище в Церкви. Она всегда непогрешима.

   — Жефруа · книга
6. «

   Неслись темные облака, временами заволакивая луну. Фредерик смотрел на нее и думал о беспредельности пространств, о ничтожности жизни, о тщете всего сущего.

   Неслись темные облака, временами заволакивая луну. Фредерик смотрел на нее и думал о беспредельности пространств, о ничтожности жизни, о тщете всего сущего.

   — Воспитание чувств · книга
7. «

   Пекюше, погруженный в своего рода забытье, грезил о бесчисленных, рассеянных вокруг него существованиях, о жужжавших насекомых, о притаившихся под муравою источниках, о соке растений, о птицах в гнездах, о ветре, облаках, о всей природе, не пытаясь проникнуть в ее тайны, увлеченный ее мощью, подавленный ее величием.

   Пекюше, погруженный в своего рода забытье, грезил о бесчисленных, рассеянных вокруг него существованиях, о жужжавших насекомых, о притаившихся под муравою источниках, о соке растений, о птицах в гнездах, о ветре, облаках, о всей природе, не пытаясь проникнуть в ее тайны, увлеченный ее мощью, подавленный ее величием.

   — Бувар и Пекюше · книга
8. «

   Я должен дать объяснения на несколько строк твоего письма, из которых я вижу, что ты питаешь иллюзии относительно меня. Оставлять тебя в заблуждении было бы с моей стороны трусостью, а трусость — порок, который я ненавижу во всех его проявлениях.

   Я должен дать объяснения на несколько строк твоего письма, из которых я вижу, что ты питаешь иллюзии относительно меня. Оставлять тебя в заблуждении было бы с моей стороны трусостью, а трусость — порок, который я ненавижу во всех его проявлениях.
9. «

   Итак, абсолют — это одновременно субъект и объект, единство, в котором сливаются все различия. Таким образом противоречия разрешены. Тень делает возможным свет, холод, смешанный с теплом, производит температуру, организм поддерживает себя лишь посредством разрушения организма, повсюду — начало разобщающее, начало сцепляющее.

   Итак, абсолют — это одновременно субъект и объект, единство, в котором сливаются все различия. Таким образом противоречия разрешены. Тень делает возможным свет, холод, смешанный с теплом, производит температуру, организм поддерживает себя лишь посредством разрушения организма, повсюду — начало разобщающее, начало сцепляющее.

   — Пекюше · книга
10. «

    И последний мой совет: сдай все экзамены! Знание всегда пригодится.

    И последний мой совет: сдай все экзамены! Знание всегда пригодится.

    — Делорье · книга
11. «

    Любовь — это пища и как бы атмосфера для таланта. Необычайные переживания порождают высокие творения.

    Любовь — это пища и как бы атмосфера для таланта. Необычайные переживания порождают высокие творения.

    — Делорье · книга
12. «

    — Ты меня любишь? — Конечно люблю! — отвечал он. — Очень? — Ну ещё бы! — А других ты не любил? — Ты что же думаешь, до тебя я был девственником?

    — Ты меня любишь? — Конечно люблю! — отвечал он. — Очень? — Ну ещё бы! — А других ты не любил? — Ты что же думаешь, до тебя я был девственником?

    — Госпожа Бовари · книга
13. «

    «У меня есть любовник! Любовник!» — повторяла она, радуясь этой мысли, точно вновь наступившей зрелости. Значит, у неё будет теперь трепет счастья, радость любви, которую она уже перестала ждать. Перед ней открывалась область чудесного, где властвуют страсть, восторг, исступление. Лазоревая бесконечность окружала её; мысль её прозревала искрящиеся вершины чувства, а жизнь обыденная виднелась лишь где-то глубоко внизу, между высотами.

    «У меня есть любовник! Любовник!» — повторяла она, радуясь этой мысли, точно вновь наступившей зрелости. Значит, у неё будет теперь трепет счастья, радость любви, которую она уже перестала ждать. Перед ней открывалась область чудесного, где властвуют страсть, восторг, исступление. Лазоревая бесконечность окружала её; мысль её прозревала искрящиеся вершины чувства, а жизнь обыденная виднелась лишь где-то глубоко внизу, между высотами.

    — Эмма Бовари · книга
14. «

    Она проклинала себя за то, что не полюбила тогда Леона, – теперь она жаждала его поцелуев. Ей хотелось бежать за ним, упасть в его объятия, сказать ему: «Это я, я – твоя!» Но ее заранее отпугивали препятствия, и чувство горечи, примешиваясь к желаниям, лишь усиливало их. С той поры память о Леоне стала как бы средоточием ее тоски. Она горела в ее душе ярче, нежели костер, разведенный на снегу путешественниками в русской степи. Эмма бросалась к огню, грелась около него, осторожно помешивала в этом догоравшем очаге, всюду искала, что бы еще в него подбросить. Самые далекие воспоминания и совсем недавние происшествия, то, что она испытала, и то, что она воображала, разлетевшиеся сладострастные мечты, думы о счастье, ломавшиеся на ветру, как сухие ветки, ее никому не нужная нравственность, ее неутоленные чаяния, домашние дрязги – все это она подбирала, все это она ловила, все это годилось, чтобы разжечь ее кручину.

    Она проклинала себя за то, что не полюбила тогда Леона, – теперь она жаждала его поцелуев. Ей хотелось бежать за ним, упасть в его объятия, сказать ему: «Это я, я – твоя!» Но ее заранее отпугивали препятствия, и чувство горечи, примешиваясь к желаниям, лишь усиливало их. С той поры память о Леоне стала как бы средоточием ее тоски. Она горела в ее душе ярче, нежели костер, разведенный на снегу путешественниками в русской степи. Эмма бросалась к огню, грелась около него, осторожно помешивала в этом догоравшем очаге, всюду искала, что бы еще в него подбросить. Самые далекие воспоминания и совсем недавние происшествия, то, что она испытала, и то, что она воображала, разлетевшиеся сладострастные мечты, думы о счастье, ломавшиеся на ветру, как сухие ветки, ее никому не нужная нравственность, ее неутоленные чаяния, домашние дрязги – все это она подбирала, все это она ловила, все это годилось, чтобы разжечь ее кручину.

    — Госпожа Бовари · книга
15. «

    В тот день, когда мне нечем будет возмущаться, я съёжусь, как кукла, когда из нее вынимают палку, на которой она держится.

    В тот день, когда мне нечем будет возмущаться, я съёжусь, как кукла, когда из нее вынимают палку, на которой она держится.

    — Письма · книга
16. «

    Искусство должно преследовать цель: стремиться к совершенствованию масс.

    Искусство должно преследовать цель: стремиться к совершенствованию масс.

    — Вокорбей · книга
17. «

    Настойчивость смягчает судьбу.

    Настойчивость смягчает судьбу.
18. «

    Существует, однако способ находить сюжеты. Берешь наудачу какое-нибудь заглавие, а из него вытекает фабула; разрабатываешь пословицу, соединяешь несколько происшествий в одно.

    Существует, однако способ находить сюжеты. Берешь наудачу какое-нибудь заглавие, а из него вытекает фабула; разрабатываешь пословицу, соединяешь несколько происшествий в одно.

    — Бувар · книга
19. «

    Во мне умерли все чувства...

    Во мне умерли все чувства...

    — Эмма Бовари · книга
20. «

    Я считаю счастьем своей жизни, что не пишу в газетах. Кошелек мой страдает, зато совесть чиста, а это главное.

    Я считаю счастьем своей жизни, что не пишу в газетах. Кошелек мой страдает, зато совесть чиста, а это главное.

    — Письма · книга