270 цитат Харуки Мураками, которые стоит перечитать

Харуки Мураками — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 270 цитат: коротко, точно, без воды.

1. «

   ...в жизни каждого человека случаются времена, когда наваливается какая-то тяжесть, охватывает тоска, депрессия. Всего колотит, кажется, сейчас вывернет наизнанку.

   ...в жизни каждого человека случаются времена, когда наваливается какая-то тяжесть, охватывает тоска, депрессия. Всего колотит, кажется, сейчас вывернет наизнанку.

   — Тамон Тэрахата · книга
2. «

   Она умна. И у неё свой стиль. Она знает много того, о чём не знаешь ты, испытывает такие чувства, каких ты ещё не пережил. Может различить, что в жизни важно, а что — не очень. Ей приходилось принимать немало важных решений и видеть, что из этого вышло.

   Она умна. И у неё свой стиль. Она знает много того, о чём не знаешь ты, испытывает такие чувства, каких ты ещё не пережил. Может различить, что в жизни важно, а что — не очень. Ей приходилось принимать немало важных решений и видеть, что из этого вышло.

   — Кафка на пляже · книга
3. «

   Если всё будет так, как тебе хочется, то жить станет неинтересно.

   Если всё будет так, как тебе хочется, то жить станет неинтересно.

   — Хосино · книга
4. «

   Четыре утра — самое мёртвое время суток.

   Четыре утра — самое мёртвое время суток.

   — Послемрак · книга
5. «

   Уж если кошка к чему-то привыкла, она так и живет по правилам и ничего менять не будет, пока не случится что-то такое...серьезное. Ну там... кошачья любовь или несчастный случай.

   Уж если кошка к чему-то привыкла, она так и живет по правилам и ничего менять не будет, пока не случится что-то такое...серьезное. Ну там... кошачья любовь или несчастный случай.

   — Кафка на пляже · книга
6. «

   Моё жилище выглядело так, словно целая рота сапёров-лилипутов хорошенько заминировала его, а потом рванула все детонаторы сразу.

   Моё жилище выглядело так, словно целая рота сапёров-лилипутов хорошенько заминировала его, а потом рванула все детонаторы сразу.

   — Страна Чудес без тормозов и Конец Света · книга
7. «

   Как это прекрасно — жить.

   Как это прекрасно — жить.

   — Норвежский лес · книга
8. «

   – Простите... Я как-то неуклюже спросила. Просто мне трудно представить, что вы чувствуете, если вам делают больно. Что в душе происходит? Что вы делаете, как реагируете? – Нацепляю значок с Китом Харингом, – ответил я. Она рассмеялась. – И все? – Дело в том, – продолжал я, – что со временем такая боль становится хронической. Рассасывается внутри, становится частью твоей ежедневности – так, что самой боли как бы уже и не видно. Но она там, внутри. Просто различить ее, показать кому-то – вот она, моя боль, – уже невозможно. Показать, как правило, удается лишь какие-то мелкие болячки...

   – Простите... Я как-то неуклюже спросила. Просто мне трудно представить, что вы чувствуете, если вам делают больно. Что в душе происходит? Что вы делаете, как реагируете? – Нацепляю значок с Китом Харингом, – ответил я. Она рассмеялась. – И все? – Дело в том, – продолжал я, – что со временем такая боль становится хронической. Рассасывается внутри, становится частью твоей ежедневности – так, что самой боли как бы уже и не видно. Но она там, внутри. Просто различить ее, показать кому-то – вот она, моя боль, – уже невозможно. Показать, как правило, удается лишь какие-то мелкие болячки...

   — Дэнс, дэнс, дэнс · книга
9. «

   Я думаю, куда же это мы подевались? Как так может быть? Она, которая столько тогда для меня значила, и я, и мой мир — куда это все подевалось?

   Я думаю, куда же это мы подевались? Как так может быть? Она, которая столько тогда для меня значила, и я, и мой мир — куда это все подевалось?

   — Тоору Ватанабэ · книга
10. «

    Наступит завтра, и мы, в полутысяче километров друг от друга, будем продолжать бесцельную борьбу со скукой, которая у каждого тоже своя.

    Наступит завтра, и мы, в полутысяче километров друг от друга, будем продолжать бесцельную борьбу со скукой, которая у каждого тоже своя.

    — Вампир в такси · книга
11. «

    — Замечательно, — сказал я. Слово «замечательно» я употребляю лишь в особо тяжёлых случаях, когда слов одобрения в голову не приходит, а промолчать неудобно.

    — Замечательно, — сказал я. Слово «замечательно» я употребляю лишь в особо тяжёлых случаях, когда слов одобрения в голову не приходит, а промолчать неудобно.

    — Дэнс, дэнс, дэнс · книга
12. «

    Куда бы тебя жизнью не заносило, ты — это ты. Со своими проблемами, со своими способностями, единственный и неповторимый.

    Куда бы тебя жизнью не заносило, ты — это ты. Со своими проблемами, со своими способностями, единственный и неповторимый.

    — Тэнго · книга
13. «

    Я ведь писала тебе. Я куда более неполноценный человек, чем ты можешь предположить. Я больна куда сильнее, чем ты думаешь. И корни этой болезни очень глубоки. Поэтому если ты сможешь пойти дальше, иди один. Не жди меня. За меня не беспокойся. Делай то, что тебе захочется. Иначе я собью тебя с верного пути. Только этого я ни за что не хочу — не хочу портить тебе жизнь. Я уже говорила: ты время от времени навещай меня и никогда не забывай. Больше я ничего не желаю.

    Я ведь писала тебе. Я куда более неполноценный человек, чем ты можешь предположить. Я больна куда сильнее, чем ты думаешь. И корни этой болезни очень глубоки. Поэтому если ты сможешь пойти дальше, иди один. Не жди меня. За меня не беспокойся. Делай то, что тебе захочется. Иначе я собью тебя с верного пути. Только этого я ни за что не хочу — не хочу портить тебе жизнь. Я уже говорила: ты время от времени навещай меня и никогда не забывай. Больше я ничего не желаю.

    — Наоко · книга
14. «

    А ты слыхала про тибетское колесо Сансары? Оно постоянно вращается, и все наши чувства и ценности оказываются то внизу, то наверху. То сверкают на солнце, то утопают во тьме. И только настоящая любовь – ось этого колеса, а потому не движется с места.

    А ты слыхала про тибетское колесо Сансары? Оно постоянно вращается, и все наши чувства и ценности оказываются то внизу, то наверху. То сверкают на солнце, то утопают во тьме. И только настоящая любовь – ось этого колеса, а потому не движется с места.

    — Аюми · книга
15. «

    Иногда ведь со мной бывает: кто-нибудь напрочь забывает о моем существовании.

    Иногда ведь со мной бывает: кто-нибудь напрочь забывает о моем существовании.

    — Страна Чудес без тормозов и Конец Света · книга
16. «

    Человек живет, постоянно балансируя на грани между гордыней и низменными страстями. Только вспоминает он об этой грани часто уже после того, как баланс потеряет...

    Человек живет, постоянно балансируя на грани между гордыней и низменными страстями. Только вспоминает он об этой грани часто уже после того, как баланс потеряет...

    — Охота на овец · книга
17. «

    Мы были в ссоре, И я послал письмо. Просил прощенья, Но не дошло оно.

    Мы были в ссоре, И я послал письмо. Просил прощенья, Но не дошло оно.

    — Слушай песню ветра · книга
18. «

    — По-моему, нам с тобой всю жизнь удается поговорить по душам, лишь когда мы оба помираем со скуки.

    — По-моему, нам с тобой всю жизнь удается поговорить по душам, лишь когда мы оба помираем со скуки.

    — Охота на овец · книга
19. «

    Заморочек у каждого из нас было выше крыши. Заморочки падали с неба, как дождь; мы увлечённо их собирали и рассовывали по карманам. Что за нужда была в них, не пойму до сих пор. Наверное, мы с чем-нибудь их путали.

    Заморочек у каждого из нас было выше крыши. Заморочки падали с неба, как дождь; мы увлечённо их собирали и рассовывали по карманам. Что за нужда была в них, не пойму до сих пор. Наверное, мы с чем-нибудь их путали.

    — Пинбол-1973 · книга
20. «

    Самое жуткое в нашей жизни – не страх. Он был всегда, он и до сих пор является нам в разных обличьях, иногда портя жизнь. Самое жуткое – повернуться спиной к страху и закрыть глаза. И тогда мы невольно уступаем ЧЕМУ-НИБУДЬ свое самое сокровенное.

    Самое жуткое в нашей жизни – не страх. Он был всегда, он и до сих пор является нам в разных обличьях, иногда портя жизнь. Самое жуткое – повернуться спиной к страху и закрыть глаза. И тогда мы невольно уступаем ЧЕМУ-НИБУДЬ свое самое сокровенное.

    — Седьмой · книга