Харуки Мураками: 434 фразы, которые разошлись на цитаты

Харуки Мураками — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 434 цитаты: коротко, точно, без воды.

1. «

   Мне было тяжело с ней рядом — грудь разрывалась от боли, словно кто-то вонзил в нее ледяное лезвие. Острая боль пронизывала до костей, но я был даже благодарен за это. Я сливал себя с ее пронизывающим холодом, и боль становилась якорем, который притягивал меня к этому месту.

   Мне было тяжело с ней рядом — грудь разрывалась от боли, словно кто-то вонзил в нее ледяное лезвие. Острая боль пронизывала до костей, но я был даже благодарен за это. Я сливал себя с ее пронизывающим холодом, и боль становилась якорем, который притягивал меня к этому месту.

   — Кафка Тамура · книга
2. «

   Никто не нуждается в смысле и не собирается ни к чему приходить. Все мы здесь роем свои идеальные ямы. Бесцельные движения. Бесплодные усилия. Никуда не ведущие шаги. Замечательно, ты не находишь? Никто не обижает и никто не обижается. Никто не обгоняет и никого не обгоняют. Никто не побеждает и не проигрывает.

   Никто не нуждается в смысле и не собирается ни к чему приходить. Все мы здесь роем свои идеальные ямы. Бесцельные движения. Бесплодные усилия. Никуда не ведущие шаги. Замечательно, ты не находишь? Никто не обижает и никто не обижается. Никто не обгоняет и никого не обгоняют. Никто не побеждает и не проигрывает.

   — Страна Чудес без тормозов и Конец Света · книга
3. «

   Как все-таки тяжело — навсегда расставаться с теми, кто стал тебе по-настоящему близок.

   Как все-таки тяжело — навсегда расставаться с теми, кто стал тебе по-настоящему близок.

   — 1Q84 · книга
4. «

   Чем старше человек, тем больше в его жизни того, чего уже не исправить.

   Чем старше человек, тем больше в его жизни того, чего уже не исправить.

   — Страна Чудес без тормозов и Конец Света · книга
5. «

   Я вот думаю, человеческое сердце похоже на глубокий колодец. Никто не знает, что у него на дне. Остается лишь воображать, исходя из формы того, что временами поднимается наверх.

   Я вот думаю, человеческое сердце похоже на глубокий колодец. Никто не знает, что у него на дне. Остается лишь воображать, исходя из формы того, что временами поднимается наверх.

   — Она · книга
6. «

   Мне иногда кажется, что человеческую жизнь определяют довольно большие сгустки энергии, которые вызываются смертями других людей. Это можно еще назвать чувством потери или как-нибудь по-другому.

   Мне иногда кажется, что человеческую жизнь определяют довольно большие сгустки энергии, которые вызываются смертями других людей. Это можно еще назвать чувством потери или как-нибудь по-другому.

   — Принцессе, которой больше нет · книга
7. «

   Я в очередной раз поразился, какие все-таки разные в мире бывают мечты и цели в жизни.

   Я в очередной раз поразился, какие все-таки разные в мире бывают мечты и цели в жизни.

   — Тоору Ватанабэ · книга
8. «

   Отпусти себя. Ты же не узник в тюрьме. Ты — птица, улетевшая в небо за своим сном.

   Отпусти себя. Ты же не узник в тюрьме. Ты — птица, улетевшая в небо за своим сном.

   — Страна Чудес без тормозов и Конец Света · книга
9. «

   Вот так всю жизнь. Строишь что-то, тратишь кучу времени, а потом все в один миг летит к черту.

   Вот так всю жизнь. Строишь что-то, тратишь кучу времени, а потом все в один миг летит к черту.

   — Страна Чудес без тормозов и Конец Света · книга
10. «

    Достаточно одной метафоры, чтобы расстояние до цели стало намного короче.

    Достаточно одной метафоры, чтобы расстояние до цели стало намного короче.

    — Кафка Тамура · книга
11. «

    Хорошо, когда есть кому написать. Как это прекрасно — сесть за стол, взять ручку и писать, перенося на бумагу свои мысли.

    Хорошо, когда есть кому написать. Как это прекрасно — сесть за стол, взять ручку и писать, перенося на бумагу свои мысли.

    — Тоору Ватанабэ · книга
12. «

    Но приходит время, когда каждый возвращается на свое место. Только мне некуда вернуться. Знаешь, есть такая игра — все вокруг стульев бегают, потом садятся — а одному стула не хватает.

    Но приходит время, когда каждый возвращается на свое место. Только мне некуда вернуться. Знаешь, есть такая игра — все вокруг стульев бегают, потом садятся — а одному стула не хватает.

    — Слушай песню ветра · книга
13. «

    Иллюзии, чем больше о них думаешь, имеют свойство множиться, приобретать более выраженную форму. И может статься, перестают быть иллюзиями.

    Иллюзии, чем больше о них думаешь, имеют свойство множиться, приобретать более выраженную форму. И может статься, перестают быть иллюзиями.

    — Кафка Тамура · книга
14. «

    ... Жизнь устроена несправедливо. Некоторые вынуждены прилагать массу усилий, чтобы получить то, что другим достается просто так, за красивые глаза.

    ... Жизнь устроена несправедливо. Некоторые вынуждены прилагать массу усилий, чтобы получить то, что другим достается просто так, за красивые глаза.

    — О чём я говорю, когда говорю о беге · книга
15. «

    Все хотят сказки, только ищет ее каждый по-своему. Поэтому люди так часто не понимают друг друга. И совершают ошибки. А иногда умирают.

    Все хотят сказки, только ищет ее каждый по-своему. Поэтому люди так часто не понимают друг друга. И совершают ошибки. А иногда умирают.

    — Дэнс, дэнс, дэнс · книга
16. «

    Она мне увиделась ещё красивее, чем казалась до сих пор. Я что-то хотел ей сказать об этом, но не знал, как это выразить, и в итоге ничего не сказал.

    Она мне увиделась ещё красивее, чем казалась до сих пор. Я что-то хотел ей сказать об этом, но не знал, как это выразить, и в итоге ничего не сказал.

    — Тоору Ватанабэ · книга
17. «

    Вычеркнул из памяти отца и мать, но гены то никуда не денутся. И, если бы я задумал от них избавится, пришлось бы избавиться от самого себя.

    Вычеркнул из памяти отца и мать, но гены то никуда не денутся. И, если бы я задумал от них избавится, пришлось бы избавиться от самого себя.

    — Кафка Тамура · книга
18. «

    Я вижу сны. Иногда мне кажется, что это единственное правильное занятие на свете.

    Я вижу сны. Иногда мне кажется, что это единственное правильное занятие на свете.

    — Мой любимый sputnik · книга
19. «

    Причина моего провала очевидна: я мало тренировался. И кроме того, я мало тренировался. И еще — я мало тренировался. Это если так, вкратце.

    Причина моего провала очевидна: я мало тренировался. И кроме того, я мало тренировался. И еще — я мало тренировался. Это если так, вкратце.

    — О чём я говорю, когда говорю о беге · книга
20. «

    Не жизнь, а сплошные потемки.

    Не жизнь, а сплошные потемки.

    — Тоору Ватанабэ · книга