525 мыслей Игоря Губермана без воды

Ниже 525 цитат Игоря Губермана — из книг, писем и интервью. Каждую можно скопировать или сохранить картинкой.

1. «

   России посреди, в навечной дреме, лежит ее растлитель и творец; не будет никогда порядка в доме, где есть непохороненный мертвец.

   России посреди, в навечной дреме, лежит ее растлитель и творец; не будет никогда порядка в доме, где есть непохороненный мертвец.
2. «

   Куда кругом ни погляди в любом из канувших столетий, Бог так смеется над людьми, как будто нет Его на свете.

   Куда кругом ни погляди в любом из канувших столетий, Бог так смеется над людьми, как будто нет Его на свете.
3. «

   Поскольку жизнь, верша полет, чуть воспарив — опять в навозе, всерьез разумен только тот, кто не избыточно серьезен.

   Поскольку жизнь, верша полет, чуть воспарив — опять в навозе, всерьез разумен только тот, кто не избыточно серьезен.
4. «

   Моей бы ангельской державушке — Два чистых ангельских крыла; Но если был бы хуй у бабушки, Она бы дедушкой была.

   Моей бы ангельской державушке — Два чистых ангельских крыла; Но если был бы хуй у бабушки, Она бы дедушкой была.
5. «

   Не зная покоя и роздыха, при лунном и солнечном свете я делаю деньги из воздуха, чтоб тут же пустить их на ветер.

   Не зная покоя и роздыха, при лунном и солнечном свете я делаю деньги из воздуха, чтоб тут же пустить их на ветер.
6. «

   Я волоку телегу с бытом без напряженья и нытья, воспринимая быт омытым высоким светом бытия.

   Я волоку телегу с бытом без напряженья и нытья, воспринимая быт омытым высоким светом бытия.
7. «

   На дружеской негромкой сидя тризне, я думал, пепел стряхивая в блюдце, как часто неудачники по жизни в столетиях по смерти остаются.

   На дружеской негромкой сидя тризне, я думал, пепел стряхивая в блюдце, как часто неудачники по жизни в столетиях по смерти остаются.
8. «

   Не прыгая с веком наравне, будь человеком; не то окажешься в говне совместно с веком.

   Не прыгая с веком наравне, будь человеком; не то окажешься в говне совместно с веком.
9. «

   Свистит соблазн, алкая денег, а я креплюсь, угрюм и тих, былых утех роскошный веник подмел казну штанов моих.

   Свистит соблазн, алкая денег, а я креплюсь, угрюм и тих, былых утех роскошный веник подмел казну штанов моих.
10. «

    Мы радуемся или стонем и тем судьбу отчасти правим: смеясь, мы прошлое хороним, а плача — будущее травим.

    Мы радуемся или стонем и тем судьбу отчасти правим: смеясь, мы прошлое хороним, а плача — будущее травим.
11. «

    Не стесняйся, пьяница, носа своего, Он ведь с нашим знаменем цвета одного.

    Не стесняйся, пьяница, носа своего, Он ведь с нашим знаменем цвета одного.
12. «

    Кто томим духовной жаждой, тот не жди любви сограждан.

    Кто томим духовной жаждой, тот не жди любви сограждан.
13. «

    Мужчина — хам, зануда, деспот, мучитель, скряга и тупица; чтоб это стало нам известно, нам просто следует жениться.

    Мужчина — хам, зануда, деспот, мучитель, скряга и тупица; чтоб это стало нам известно, нам просто следует жениться.
14. «

    Тонко и точно продумана этика Всякого крупного кровопролития: Чистые руки — у теоретика, Чистая совесть — у исполнителя.

    Тонко и точно продумана этика Всякого крупного кровопролития: Чистые руки — у теоретика, Чистая совесть — у исполнителя.
15. «

    Прельщаясь возникшей химерой, мы пламенем жарко горим, и вновь ослепляемся верой, что ведаем то, что творим.

    Прельщаясь возникшей химерой, мы пламенем жарко горим, и вновь ослепляемся верой, что ведаем то, что творим.
16. «

    Когда мне скучно, тускло, душно и жизнь истерлась, как пословица, к себе гостей зову радушно, и много хуже мне становится.

    Когда мне скучно, тускло, душно и жизнь истерлась, как пословица, к себе гостей зову радушно, и много хуже мне становится.

    — Третий иерусалимский дневник · книга
17. «

    В России дух свободы анонимен И только потому неистребим.

    В России дух свободы анонимен И только потому неистребим.
18. «

    Дана лишь тем была недаром текучка здешней суеты, кто растопил душевным жаром хоть каплю вечной мерзлоты.

    Дана лишь тем была недаром текучка здешней суеты, кто растопил душевным жаром хоть каплю вечной мерзлоты.
19. «

    Жаждущих уверовать так много, что во храмах тесно стало вновь, там через обряды ищут Бога, как через соитие — любовь.

    Жаждущих уверовать так много, что во храмах тесно стало вновь, там через обряды ищут Бога, как через соитие — любовь.

    — Гарики на все времена · книга
20. «

    Смешно, как люто гонит нас в толкучку гомона и пира боязнь остаться лишний раз в пустыне собственного мира.

    Смешно, как люто гонит нас в толкучку гомона и пира боязнь остаться лишний раз в пустыне собственного мира.