151 цитата от Игоря Ивановича Гарина

Игорь Иванович Гарин — автор, чьи слова цитируют десятилетиями. Мы выбрали 151 цитата: коротко, точно, без воды.

1. «

   Да, я знаю, кто я: Я, как пламя, чужд покоя.

   Да, я знаю, кто я: Я, как пламя, чужд покоя.

   — И. В. Гёте · книга
2. «

   И все же радость глубже, нежели скорбь. Но всякая радость жаждет вечности.

   И все же радость глубже, нежели скорбь. Но всякая радость жаждет вечности.

   — Фридрих Ницше · книга
3. «

   Культура обладает свойством пробивать толщу невежества во все времена.

   Культура обладает свойством пробивать толщу невежества во все времена.

   — Пророки и поэты · книга
4. «

   Суть добра — в том, чтоб душа была добра.

   Суть добра — в том, чтоб душа была добра.

   — Лев Гинзбург · книга
5. «

   Вся жизнь в конечном счете жиждется на примирении, на компромиссе.

   Вся жизнь в конечном счете жиждется на примирении, на компромиссе.

   — Ницше · книга
6. «

   Деньги — средство, а не цель. Превратить их в цель — значит погубить душу.

   Деньги — средство, а не цель. Превратить их в цель — значит погубить душу.

   — Фома Аквинский · книга
7. «

   Великие эпохи нашей жизни начинаются тогда, когда мы приобретаем смелость переименовать в добро то, что мы в себе считали злом.

   Великие эпохи нашей жизни начинаются тогда, когда мы приобретаем смелость переименовать в добро то, что мы в себе считали злом.

   — Фридрих Ницше · книга
8. «

   Писать — значит исповедываться. Писать, как пишут дневники, как Поэзию и правду — эту настольную книгу для всех пишущих о себе. Надо вглядываться в себя, поставить себя под вопрос, и тотчас же под вопросом окажется мир, в котором ты живешь.

   Писать — значит исповедываться. Писать, как пишут дневники, как Поэзию и правду — эту настольную книгу для всех пишущих о себе. Надо вглядываться в себя, поставить себя под вопрос, и тотчас же под вопросом окажется мир, в котором ты живешь.

   — Пророки и поэты · книга
9. «

   Писать надо лишь тогда, когда невмоготу терпеть, когда лопается гололва и льются слезы. Надо, чтобы мысль созрела настолько, чтобы вы горели ею, рыдали над нею, чтобы она отравляла вам покой, — тогда пишите.

   Писать надо лишь тогда, когда невмоготу терпеть, когда лопается гололва и льются слезы. Надо, чтобы мысль созрела настолько, чтобы вы горели ею, рыдали над нею, чтобы она отравляла вам покой, — тогда пишите.

   — Пророки и поэты · книга
10. «

    Страдания сопровождают одинаково и процесс роста и развития, и процесс разложения. Все болит у древа жизни людской...

    Страдания сопровождают одинаково и процесс роста и развития, и процесс разложения. Все болит у древа жизни людской...

    — К. Н. Леонтьев · книга
11. «

    Бесполезность — такова определяющая черта гениальности. Гениальность случайна и уникальна. Гений одинок; он появляется слишком редко, чтобы встретить подобного себе.

    Бесполезность — такова определяющая черта гениальности. Гениальность случайна и уникальна. Гений одинок; он появляется слишком редко, чтобы встретить подобного себе.

    — Пророки и поэты · книга
12. «

    Воля — сущность мира, ее таинственная первооснова. Это — темная бездна жизни, сущность скрытого бытия, движитель мира. Воля бесцельна, неумеренна, безудержна, движение без начала и конца. Она в разладе сама с собой: неистовство против самой себя. Борьба и насилие мира — выражение диссонанса мировой воли.

    Воля — сущность мира, ее таинственная первооснова. Это — темная бездна жизни, сущность скрытого бытия, движитель мира. Воля бесцельна, неумеренна, безудержна, движение без начала и конца. Она в разладе сама с собой: неистовство против самой себя. Борьба и насилие мира — выражение диссонанса мировой воли.

    — Артур Шопенгауэр · книга
13. «

    Как легко разрушать и как трудно созидать!

    Как легко разрушать и как трудно созидать!

    — Ницше · книга
14. «

    Шеллинг понял, что само творчество мифологично и что наука тоже миф. Какой гениальной прозорливостью надо было обладать, чтобы провозгласить главный принцип науки: «всё дозволено» и упредить грядущую науку, прообразом которой станет искусство.

    Шеллинг понял, что само творчество мифологично и что наука тоже миф. Какой гениальной прозорливостью надо было обладать, чтобы провозгласить главный принцип науки: «всё дозволено» и упредить грядущую науку, прообразом которой станет искусство.

    — Пророки и поэты · книга
15. «

    Всё для него — мост и стремление к дальнему. Он приглашает любить страну наших детей; он запрещает смотреть туда, откуда мы идем; наша честь в том, чтобы поняли мы, куда приближаемся в детях.

    Всё для него — мост и стремление к дальнему. Он приглашает любить страну наших детей; он запрещает смотреть туда, откуда мы идем; наша честь в том, чтобы поняли мы, куда приближаемся в детях.

    — Ницше · книга
16. «

    Религия множественна: каждый — сознательно или бессознательно — творит Бога сам. Скажи мне, кто твой Бог, и я скажу, кто ты. Как только не добывают Бога: рвением, нирваной, самоистязанием, трудом, покорностью, насилием, преследованием еретиков, благостью, молчанием, распятием, наукой, искусством, атеизмом, болтовней...

    Религия множественна: каждый — сознательно или бессознательно — творит Бога сам. Скажи мне, кто твой Бог, и я скажу, кто ты. Как только не добывают Бога: рвением, нирваной, самоистязанием, трудом, покорностью, насилием, преследованием еретиков, благостью, молчанием, распятием, наукой, искусством, атеизмом, болтовней...

    — Пророки и поэты · книга
17. «

    Разрушение Парижа, пожар в Лувре в майские дни 1871 года Ницше воспринял как собственную вину, как собственную неспособность достучаться со своими прдостережениями до сильных мира сего.

    Разрушение Парижа, пожар в Лувре в майские дни 1871 года Ницше воспринял как собственную вину, как собственную неспособность достучаться со своими прдостережениями до сильных мира сего.

    — Ницше · книга
18. «

    Когда позади века, когда истлели кости и рассыпался мрамор, мы говорим о прошлом спокойно и рассудительно. Правдиво. Когда же события происходят у нас на глазах, когда мы являемся их участниками, — трудно оставаться незаинтересованным. Запальчивость, экспансивность, желчность — плохое подспорье, но... прекрасный документ. Никто не знает, какая парадигма восторжествует в будущем, а вот оставить документ, сочащийся теплой кровью, — большая польза для истории.

    Когда позади века, когда истлели кости и рассыпался мрамор, мы говорим о прошлом спокойно и рассудительно. Правдиво. Когда же события происходят у нас на глазах, когда мы являемся их участниками, — трудно оставаться незаинтересованным. Запальчивость, экспансивность, желчность — плохое подспорье, но... прекрасный документ. Никто не знает, какая парадигма восторжествует в будущем, а вот оставить документ, сочащийся теплой кровью, — большая польза для истории.

    — Пророки и поэты · книга
19. «

    Цель не достигнута. Знает поэт: Жизнь не постигнута, Истины нет.

    Цель не достигнута. Знает поэт: Жизнь не постигнута, Истины нет.

    — Фридрих Ницше · книга
20. «

    Если уж мы должны выносить нашу жизнь, то постараемся, по крайней мере, прожить ее так, чтобы после смерти мы могли рассчитывать на уважение!

    Если уж мы должны выносить нашу жизнь, то постараемся, по крайней мере, прожить ее так, чтобы после смерти мы могли рассчитывать на уважение!

    — Фридрих Ницше · книга